Ольга Четверикова: Агенты влияния в РПЦ и задачи для современного верующего! (Видео)

1566058047_chetverikova-olga

Доцент МГИМО кафедры истории и политики стран Европы и Америки Ольга Четверикова высказала своё мнение о современной Русской православной церкви, о проблемах насаждения идеологий Западных верований — католицизма и протестанства в РЦП, деятельности РПЦ во времена СССР, задачах для каждого верующего православного христианина.

+ + +

Ведущий: — Ольга Николаевна, РПЦ по оценкам многих людей является информационно-идеологической обслугой правящей на пост-советском пространстве буржуазии. Согласны ли Вы с этим утверждением и совместима ли нынешняя РПЦ с христианской верой?

Ольга Четверикова: — Это серьёзная ловушка, которой нас пытаются загнать, и из которой выхода нет. Потому что есть Церковь, как тело Христово, как сообщество людей, верующих во Христа и связанных на мистическом уровне. И эта Церковь, как мы знаем, её врата ада не одолеют. И в этом плане наша русская Православная Церковь является именно Церковью. Но есть и институт управления, и эти вещи мы не должны категорически путать.

Сейчас, наверное, навязывается такое представление о нашей Церкви, как исключительно некоем институте, которым управляют иерархи, архиереи и, соответственно, всё, что делают они, приписывается Церкви как таковой. То есть, они сливают в единое целое. Это серьёзная ловушка, потому что она фактически позволяет стравливать наш народ между собой, стравливать отдельные группы людей, то есть, натравлять неверующих на верующих и фактически закручивать еще один узел противоречий очень серьёзных, который нужен для того, чтобы организовать полномасштабный хаос. Потому что мы видим как сталкивают людей на всех уровнях: на политических, социальных , этнических, религиозных.

Поскольку сейчас одна часть олигархии хочет взять реванш над другой частью олигархии, мы видим, идёт политическая борьба, связанная с деятельностью, так называемой, оппозиции которую мы видели на Тверской и совсем недавно.

Последние события – это вообще чистый спектакль, который совершенно очевидно разыгрывается правящей верхушкой для того, чтобы создать видимость некоего противостояния. А на самом деле это делается для того, чтобы убрать ненужных некоторых политиков, заменить их более эффективными и создать — под видом маленькой революции. Поэтому в этих условиях используется и церковный вопрос.

И надо сказать, что здесь вот эта агентура внутри Церкви работает очень давно, потому что фактически Церковь нашу, если сначала ослабляли извне со стороны государственной власти. Но вера людей от этого только укреплялась, то когда олигархические силы начали использовать свою агентуру внутри, то это оказалось намного эффективнее.

Вот что активно делается. Я не буду ходить глубоко в историю, потому что это очень сложный вопрос, но наша Церковь выжила после революции. Самое главное, она сохранила фактически все составляющие религиозной жизни, это: догматика, этика и таинство.

Советский человек и его мораль

Мораль советского человека очень близка морали верующего человека, так как она этим питалась. Другое дело, что светское государство не принимало догматику, тут мы видели противоречия.
Советский человек, не зная догматики, не зная литургии, все равно жил в соответствии с христианской моралью. Это был тот нравственный стержень, который держал наше общество.

Хрущев и церковь

А вот когда к власти пришел Хрущев (те силы, которые стояли за ним – это неотроцкистский вариант), то решили активно и открыто использовать церковный институт для реализации своих внешнеполитических планов.

Хрущев открывался Западу, он хотел наладить очень сильное сотрудничество и связи с нашим геополитическим противником. И Церковь стала инструментом, разменной монетой, потому что мы знаем, что при Хрущеве начались одни из самых серьёзных преследований Церкви. Перед руководством было поставлено условие, либо вы идёте на диалог, либо Церковь в СССР будет ликвидирована.

Союз РПЦ со светской властью

И руководство Церкви на это пошло при Никодиме Ротове, который сделал всё для того, чтобы начать этот диалог не только с католической церковью, но и со всеми советами церквей и начал утверждать эту политику.
Дальше в 1970-е годы немного заглохло, а вот с перестройкой начался новый этап этой открытости. Условия были уже другие. Если там речь шла о выживании Церкви в стране, то теперь церковную паству стали давить, обещая большие привилегии, большую помощь и полную свободу. Тогда и был принят закон о религиозных свободах.

Это сработало более эффективно, и тогда все силы РПЦ, которые были приемниками и наследниками позиции Ротова, они поднялись, стали очень активными и сегодня можно говорить, что управляющие Русской Православной Церковью пребывают в союзе со светскими властями.
Однако, эти вещи недопустимы, потому что верующий человек, он всегда живёт по заповедям Христовым и эти заповеди не вписываются в социально-политический строй, а также не прикрытый ничем агрессивной эксплуатации во всех сферах.

РПЦ в союзе с олигархией

И либералы, и демократы, которые громили Сталинский режим за его богоборчество, сегодня занимают риски антихристианские позиции, критикуя церковное руководство за эти примирения с олигархами, они на самом деле бьют по Церкви.
На самом деле иерархи, которые пребывают в союзе с олигархическим режимом, — они не воплощают Русскую Православную Церковь, потому что РПЦ живёт по своим заповедям, она живет тем, что было заповедовано Христом.

Но в силу того, что у нас в 80-е и 90-е годы, когда перестройка только начиналась, люди воцерковлялись, они изучали, читали Евангелие, они старались жить по заповедям. То в конце 90-х, особенно в начале 2000-х годов православие стало модным.

Модное православие в России 2000-х годов

Стало утверждаться, так называемое, «розовое православие», когда люди внешне соблюдают все необходимые ритуалы, но содержание уже иное, но не живет по заповедям Божьим. Потому что руководство Церкви не стало ставить главным святое учение, а священство. Стали служить те священники, которые сформировались в период либеральной перестройки, и которые уже пошли на компромисс с этими новыми принципами, которые несовместимы с православным учением.

И поскольку часть таких священников стали ведущими, они стали определять поведение верующих, то получилось, что это стало очень удобным для властей и для агрессивно-капиталистического эксплуатационного строя.
Поэтому мы должны это понимать, что РПЦ как была, так и остаётся церковью Христовой, и её нельзя рассматривать как оправдание при создании этого олигархического режима.

Ведущий: — Как Вы считаете, возможно ли очистить РПЦ от агентов влияния, колумнистов и прочих персоналий, которые её уничтожают изнутри? Или прав полковник Квачков, который сказал, что нынешнее РПЦ реформировать невозможно, её можно только уничтожить и создать новую русскую вселенскую православную церковь?

Ольга Четверикова: — Дело в том, что Русская Православная Церковь жива, даже если останется один верующий, один священник, даже если останутся миряне, Церковь все равно будет жить. Поэтому она не может погибнуть.
Мы должны исходить из того, что есть верующие миряне, есть верующие священники. И мы не знаем, как это произойдёт и когда это произойдёт, но ситуация будет развиваться таким образом, когда будет необходимо услышать их слово. И оно будет сказано, и Церковь будет играть ведущую роль в духовном укреплении народа. А что касается тех, кто ведёт изнутри антицерковную политику, кто уже отошел от православного учения, они уже пребывают вне Церкви.

Ведущий: — Но по факту они находятся в руководстве Церкви.

Ольга Четверикова: — Церковь – это не светский институт. Мы все время оцениваем РПЦ с позиции светской или государственной позиции. Рассматриваем как институт министерства, а церковь – это мистическое тело. Поэтому всё, что с этим связано, надо воспринимать совсем на другом уровне.
Поэтому, когда вставал вопрос в 50-е годы о вхождении РПЦ в всемирный совет церквей, то тогда на архиерейском Соборе, который был создан в конце 40-х годов, было заявлено следующее: Так как Церковь – это тело Христово, мы не можем участвовать в неких международных структурах, которые представляют собой институты политические или общественные. Как мы сообщество верующих можем участвовать в каком-то институте политическом?

Поэтому вопрос о том, что это недопустимо был поставлен очень четко, поэтому тогда на Соборе было принято решение категорически отказаться рассматривать такую возможность.
А вот именно при Хрущеве стало доминировать такое представление о нашей Церкви как об исключительном институте, политическом институте, который может входить в какие-то организации, принимать политические решения.

Например, митрополит Иларион, вынося политические решения, осуждая Сталина и сталинизм, говорит почему-то от имени всей Церкви. Он не может представлять всю Церковь. Это его позиция как митрополита Илариона. Но Церковь – не институт. Для управления нужна какая-то организационная структура, но не более.
Сейчас наша Церковь живёт в Русской Православной Церкви. Поэтому говорить, что нужно какую-то новую Церковь создать нельзя. Речь идёт тогда опять о том, что надо создать какой-то новый институт. Но поменяв организационную структуру, поменяв форму, вы можете изменить содержание? Это значит, что не совсем хорошо понимать жизнь самой Церкви. А что тогда будет с богословием? Что, изменится богословие?

РПЦ и католическая церковь

А мы знаем, что сейчас главный удар наносится именно по богословскому образованию. Потому что с тех пор как руководство РПЦ вошло в активный диалог с католиками и с протестантами, то это сотрудничество распространилось и на богословие. А богословские идеи католицизма и идеи протестантизма сейчас активно внедряются и в православное богословие в образовании.

Главная диверсия – включение в РПЦ западных теологических учений

Самая серьёзная диверсия – это изменение самого православного богословия, которое было определено как теология, она была определена как наука. Хотя богословие не может быть как наука, так как оно основано на Откровении, которое получали Святые Отцы. Вся эта дисциплина была основана на этом, и не может быть наукой.

Её превратили в научную дисциплину, включили в систему ВАК, перешли на принципы Балонской системы образования. И вот это , я считаю, самой страшной диверсией, потому что начали активно внедрять западные теологические учения. И на этих западных теологических учениях воспитываются новые поколения священников.
Кстати, коммунисты в 80-е, 90-е годы, митрополит Иларион об этом активно говорил, что наша задача подготовить новое поколение священства. Поэтому речь идёт о том, что подрывается изнутри Церковь, происходит размывание учения, через внесение новшеств в литургию, через изменение моральных и нравственных подходов.
Сейчас очень трудно жить по заповедям Христовым, поэтому можно создать какой-то новый институт. Но что это изменит? Люди начнут жить по заповедям Христовым?

Главная задача – духовная эволюция в себе

Поэтому сейчас наша главная задача – концентрироваться на том, чтобы сохранить православную веру в её чистоте. А это делается не с помощью каких-то институциональных решений, это делается исключительно на уровне духовной жизни. Поэтому сейчас зависит всё от каждого верующего человека. Принимает ли он христианское учение на той чистоте, или он будет пытаться приспособить его к духу времени. Это иезуитское понятие «дух времени», они его приспосабливают, его извращая.

Я думаю, что это будет самым сложным, потому что вряд ли люди, которые живут сегодня в комфорте, захотят уходить из этого комфорта. А христианские заповеди требуют очень твёрдой аскезы, они требуют очень серьёзной духовной работы, на которую наш современный человек не готов, так как за эти годы он привык жить с ценностями потребительскими.
Это очень серьёзная вещь. Поэтому, в первую очередь, необходимо произвести духовную эволюцию в себе.

Сейчас потребительское отношение к жизни и у богатых, и у бедных. Потому что, если бедные сегодня ругают богатых, то это в значительной степени потому, что они хотят жить также богато как эти олигархи, так называемые избранные. А не потому, что они понимают, что это не соответствует христианским заповедям. Вот здесь надо проводить серьёзную работу.

И наоборот, если богатые лишатся своего богатства и станут бедными, они от этого не изменятся. У них ценности останутся теми же, и они будут пытаться восстановить своё богатство.

Я думаю, что нам нужно переносить акцент на другое — на воспитание, на изменение подхода к жизни, подхода к людям. Нужен переход к истинному христианству. Это большая интенсивная работа, верующий человек понимает, что он идёт к этому всю свою жизнь, что он только на пути.
Даже те, которые живут в соответствии с христианскими заповедями, даже праведники — они считают, что не заслуживают того, чтобы считать себя как праведника.

Это путь, который мы идём в течение всей жизни.

 

One Comment

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *