Игумен Кирил (Сахаров): Памяти Соловецких страдальцев! В этом году исполняется 350 лет со времени начала «Соловецкого сидения» — осады Соловецкой обители, отказавшейся принять реформу патриарха Никона. Сотни насельников приняли тогда лютую мученическую кончину от… своих!

KONICA MINOLTA DIGITAL CAMERA

В этом году исполняется 350 лет со времени начала «Соловецкого сидения» — осады Соловецкой обители, отказавшейся принять реформу патриарха Никона. До Соловков далеко, а подворье Соловецкого монастыря находится неподалеку от нашего храма. Здесь, в мясопустную Вселенскую родительскую субботу, когда совершается поминовение «всех, иже от века усопших в православной вере и благочестии христиан», накануне почитания старообрядцами «святых мучеников и исповедников иже в Соловецтей обители за древлецерковное благочестие пострадавших: архимандрита Никанора, инока Макария, сотника Самуила и иже с ними», я прочитал канон об упокоении Соловецких страдальцев.

sidenie_2

Как мы далеки от их твердости и ревности, готовности претерпеть самые лютые казни ради Царствия Божия! Порой даже когда сталкиваемся с малейшими препятствиями для комфортного устроения, и мы уже малодушествуем. Помню, как на тех же Соловках я взмолился перед благочинным, прося его поселить отдельно, т.к. не переношу храп (благочинный, кстати, молдаванин, сразу пошел навстречу).

Отчетливо помню семинарский урок по истории Русской Церкви об осаде Соловков. Преподаватель прот. Вадим Смирнов (ныне игумен Никон, настоятель Афонского подворья в Москве, брат Владимирского митрополита Евлогия), конечно, не рассказывал ни о нескольких десятках бочек вина и пива, которые привез с собой новый архимандрит — сторонник реформы, ни об ужасных казнях защитников обители. В какой-то момент он вдруг говорит: «Авдий (нынешний древлеправославный патриарх Александр (Калинин) — иг. К.), будьте добры принесите мел из соседней аудитории». Как только Авдий вышел, о. Вадим обращается к семинаристам: «Не надо смущать собрата своими взглядами в его сторону по ходу урока. Не хорошо как-то…»

4

Тяжелая драма произошла с главной святыней Русского Севера. Это была первоклассная крепость — военный страж здесь. Как могли отнестись к новым книгам, в которых содержалась хула на двуперстное крестное знамение и россыпь искажений, иноки обители, основатели которой преподобные Зосима и Савватий так знаменовались крестом и так молились? Пять челобитных царю, в которых содержалась единственная просьба оставаться в вере предков, остались безответными. До смерти архимандрита Илии (+1659 г.) иноков, продолжавших служить по старому, не трогали. Новый архимандрит Варфоломей предпринял несколько попыток привести монастырский обиход в соответствии с новыми установками, но все было безуспешно — братия твердо стояла на своем. Не помогла и особая комиссия, присланная на Соловки в 1666 году. После Большого Московского Собора 1666-1667 гг., ставшего водоразделом между новолюбцами и сторонниками древлего благочестия, соловчане на своем «черном соборе» категорически отвергли новые книги и отказались принять нового архимандрита — сторонника реформы. В ответ на новую челобитную 3 мая 1668 года на Соловки была послана воинская команда. Началась осада. Всего лишь 40 человек покинули обитель, а полторы тысячи заперлись в крепости. Местное население активно помогало осажденным. Первые два воеводы безуспешно в течение 6 лет пытались захватить монастырь. В 1674 году прибыл новый воевода Иван Мещеринов со стенобитной техникой. Стрелецких начальников как неблагонадежных сменили иноземцы. Ни обстрелы из орудий, ни подкопы не принесли значительных результатов. И только когда предатель монах Феоктист указал тайный проход через стену, цель была достигнута. Началась расправа. Престарелый архимандрит Никанор после оскорблений и избиений в лютый мороз в одной сорочке был брошен в ров, где на рассвете скончался. Отрубали руки и ноги, подвешивали на острые крюки, волочили по острову, привязав к конским хвостам. 150 человек заморозили живьем, опуская в воду. Всего было замучено около 500 человек. Полтора года лежали исповедники непогребенными. На следующий день после взятия обители царь внезапно заболел и через неделю, в канун воспоминания Страшного Суда, умер…

Meshcherinov

Кровь убиенных вопиет к небу. Можно ли их назвать бунтарями, «непокорниками» царскому величеству? Нет, конечно. Мы ведь знаем слова Писания о том, что надлежит более слушать Бога, нежели человеков. Не аукнулся ли соловецкий погром трагическими событиями в 20-м веке: «изъятием церковных ценностей» в ответ на расхищение монастырских ценностей царским воеводой, а главное, «властью Соловецкой», которая уморила и казнила многие тысячи заключенных, в том числе представителей духовенства официальной Церкви?

Сколько же будет продолжаться это безумное и безсмысленное кровопускание в нашем Отечестве? Не пора ли осознать необходимость покаяния за насилие над совестью вплоть до варварских казней? Как мы можем надеяться на милость Божию к нашей Родине, переживающей непростые времена, если не будет раскаяния за пролитие невинной крови ревнителей древнего благочестия?

Вечная память Соловецким исповедникам, отринувшим компромиссы в делах веры и благочестия и доказавшим свою верность Истине даже до мученической смерти!

Игумен Кирил (Сахаров),

настоятель храма свт. Николы на Берсеневке

One Comment

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *