ОЧЕНЬ ВАЖНО!!! Священник Андрей Горбунов: «ТАЙНА ЗВЕРЯ. Опыт объяснения пророчеств Апокалипсиса» (Издание 4-е, исправленное и дополненное, 2005 год). Книга, которую должен прочесть каждый, кто озабочен спасением своей души! (публикация находится в стадии доработки)

3rim.info_15584616141

Апокалипсис сегодня исполняется на наших глазах. Образно говоря, сегодня мы живем на одной странице Апокалипсиса, а завтра уже на следующей. Основной отрицательный образ Апокалипсиса — «зверь». О чем говорит этот образ? В чем различие между «зверем из моря», «зверем из земли» и «зверем из бездны»? Как понимать слова Апокалипсиса о «числе имени зверя», «говорящей иконе зверя» и «блуднице, сидящей на звере»? Ответы на эти вопросы попытался дать автор книги «Тайна зверя». При этом автор показывает, что апокалиптические образы трех зверей и звериных имени и иконы объединены единой «идеей» духовного озверения людей, которого добиваются устроители «нового мирового порядка» и их «отец» диавол.

Авторское толкование Апокалипсиса основано на святоотеческой традиции, а также мыслях и оценках духоносных старцев, православных мыслителей и других духовно авторитетных людей. Книга изобилует цитатами, подтверждающими выводы автора. И все же это толкование несколько отличается от известных ранее, позволяя по-новому, через призму Апокалипсиса, взглянуть на современный мир.

На издание книги, кроме благословения архиерейского, получено также благословение известного современного старца иеросхимонаха Рафаила (Берестова).

Настоящий труд может свободно воспроизводиться любым лицом и в любой форме (включая издание платных книг), целиком и по частям, только при условии невнесения изменений в авторский текст.

+ + +

И сказал мне Ангел: что ты дивишься? Я скажу тебе тайну… зверя…

Откр. 17: 7

Когда начнет это сбываться, тогда восклонитесь и поднимите головы ваши, потому что приближается избавление

ваше Лк. 21: 28

 ОГЛАВЛЕНИЕ

ПРЕДИСЛОВИЕ
Глава 1. ЗВЕРОПОДОБИЕ И БОГОПОДОБИЕ
Три зверя
Человек-зверь
Отчужденность
Личность
Общение
Имя

Глава 3. ОБЕЗЛИЧЕНИЕ Отрицание личности Охлаждение любви «Горе вам, смеющиеся…» Цифровое обезличивание Просвещение и помрачение «Новый мировой порядок» и Талмуд

Глава 4. ТАЙНА ИМЕНИ И ИКОНЫ ЗВЕРЯ
Печать или начертание?
Что такое 666?
Человеческий штрих-код
Экран вместо Бога
Ложные чудеса
Говорящая икона

Глава 6. ТАЙНА ЖЕНЫ, СИДЯЩЕЙ НА ЗВЕРЕ Новый Вавилон Новая Римская империя Третья мировая война

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Приложение 1. Вот такое письмо…

Приложение 2. «Конец, а они торгуют…»

+ + +

ПРЕДИСЛОВИЕ

«Нужно крайнее внимание к слову Божию, оправдываемому самими событиями враждебного ему времени и настроения, да не когда отпадем».

Святитель Игнатий (Брянчанинов)

«Судя по Писаниям и по характеру нынешнего народа, конец близ, при дверех», — говорил еще 60 лет назад преподобный Силуан Афонский. Сегодня всем нам крайне необходимо понять, в какой период мировой истории мы живем. Многие уже начали осознавать, что идущий ныне процесс глобализации — это не что иное, как подготовка мира к воцарению антихриста.

«Нынешний процесс глобализации, — отмечает митрополит Одесский и Измаильский Агафангел, — несомненно, приведет к воцарению антихриста и кончине мира. Этот процесс является реализацией «тайны беззакония». Величайшей ошибкой является утверждение, что принятие внешних знаков, символов, правил поведения, навязываемых новым временем, не может нам повредить. Они как раз и созданы по внушению диавола, для того, чтобы посредством их повредить и «прельстить, если возможно, и избранных» (Мф. 24: 24). Не повредить все предлагаемое глобализацией может только тогда, когда оно вовсе не принимается, или, после опрометчивого принятия, тотчас отвергается. Сейчас происходит всемирная компьютеризация, стремительное развитие глобальной сети Интернет — «мировой паутины». Создаются мощнейшие биотехнологии, способные управлять человеческой психикой и манипулировать сознанием огромных масс людей. Во всем мире вводится цифровой учет населения через присвоение идентификационных кодов. В этой системе создается возможность контролировать и управлять каждым человеком»1.

«Глазами веры, — сказано в Послании Священного Синода Украинской Православной Церкви (Московский Патриархат) от 29 декабря 2003 г., — мы можем различить в сегодняшнем ходе истории определенные эсхатологические2 признаки. Поскольку нам в контексте Божественного Откровения указана эсхатологическая направленность и губительность всестороннего технического контроля над личностью, мы не можем проявлять равнодушие к внедрению его в нашей Родине»3.

Современная жизнь требует от каждого из нас самого внимательного и, главное, духовного отношения ко всем явлениям, чтобы предохранить себя от принятия лжи за истину, чтобы удержаться от ошибочных шагов в направлении погибели. Поэтому сегодня нужно крайнее внимание к тому, о чем говорит нам Откровение святого апостола Иоанна Богослова (Апокалипсис). Эта новозаветная книга в таинственных символах и образах изображает всю мировую историю как величайшую трагедию. Апокалипсис открывается в истории, и будет еще открываться до Страшного Суда.

Существует расхожее мнение, что Церковь во избежание произвольных толкований Апокалипсиса определила «никогда не читать» эту новозаветную книгу за богослужением4. Однако это не совсем так. Апокалипсис действительно не читается на

1 См.: Доклад Высокопреосвященнейшего Агафангела, Митрополита Одесского и Измаильского, на Всемирном Русском Народном Соборе, посвященном теме «Россия и православный мир». Москва, 3-4 февраля 2004 г. // «Первый и Последний». 2004, № 3 (19).

2 Эсхатология — учение Церкви о конце мира, антихристе и Втором Пришествии Христовом.

3 «Первый и Последний». 2004, № 2(18).

4 Такого мнения придерживается, напр., диакон Андрей Кураев, который утверждает: «Церковь никогда не читает Апокалипсис во время своих богослужений». См., напр., его кн. «Сегодня ли дают печать антихриста?» («Троицкое слово», 2001, с. 157). А в книге «О нашем поражении. Христианство на пределе истории» (2004 г.) этому вопросу отец диакон посвятил целую главу, которую так и назвал: «Почему в храме не читают Апокалипсис?»

Божественной Литургии, но это не значит, что под сводами храма в рамках православного богослужения он вообще не должен звучать. Церковный Устав (глава 2 Типикона) назначает читать Апокалипсис Великим постом на воскресных всенощных бдениях, в качестве первого уставного чтения (называемого еще «великим» и «затрезвонным») — между великой вечерней и утреней, непосредственно перед шестопсалмием5. (Другое дело, что на практике в наше время эта часть богослужения, к сожалению, почти везде опускается.) Так что ошибаются те, кто пытается как-то умалить значимость Апокалипсиса в жизни Церкви и поставить под сомнение саму необходимость и полезность его чтения.

Да, Апокалипсис — книга таинственная, и немногие из Святых Отцов Церкви Христовой дерзали толковать ее, так как дать сколько-нибудь точное объяснение пророчеств о вещах еще не совершившихся было крайне затруднительно. Но при толковании Апокалипсиса Святые Отцы всегда замечали, что полное раскрытие его образов станет возможным тогда, когда будут совершаться те самые события, о которых в нем идет речь. Печать тайны, то есть зашифровка пророчеств, в последние времена будет снята окончательно. Само время, сама историческая картина раскроет содержание этих пророчеств, но раскроет, конечно, только тому, кто будет не только читать их в последние времена, но и размышлять над ними, вдумываться в них, сличать исторические явления и события, войны, государства, царей-правителей с тем, о чем говорится в Апокалипсисе.

Оптинский старец Варсонофий (+ 1913 г.) говорил: «В Апокалипсисе сказано: «Блажен читающий словеса пророчества сего» (Откр. 1: 3). Если это написано, значит, это действительно так, ибо слова Священного Писания — слова Духа Святого. Но в чем заключается это блаженство? Тот, кто будет читать Апокалипсис перед концом мира, будет поистине блажен, ибо будет понимать то, что совершается. А понимая, будет готовить себя. Читая, он будет видеть в событиях, описываемых в Апокалипсисе, те или другие современные ему события»6.

Знаменитый старец Паисий Святогорец (+1994), один из величайших столпов афонского монашества в ХХ веке, говорил о том, что Апокалипсис исполняется уже сегодня, однако не все, к сожалению, это видят. Он указывал на то, что апостол

5 См.: Иером. Михаил. Литургика. Курс лекций. М., 1996. С. 98-100.

6 Сб. «Россия перед Вторым Пришествием» / Сост. С. Фомин. ТСЛ., 1993. С. 79.

Иоанн Богослов дал нам подробное и ясное описание грядущих событий. «Возможно, — говорил старец Паисий, — нам придется пережить многое из того, о чем говорится в Апокалипсисе. Наступила апостасия, и сейчас осталось только придти «сыну погибели» (2 Фес. 2: 3) <…> Сегодня читать Апокалипсис, как читать газету, так все ясно написано». В качестве примера он приводил пророчество о падении звезды «полынь», отравившей третью часть вод, что привело к смерти многих людей (Откр. 8: 10-11). Это пророчество, утверждал богомудрый старец, уже осуществилось в виде Чернобыльской трагедии 1986 года (полынь по-украински — чернобыльник), а потому «глубоко заблуждаются те, которые ожидают падения звезды, и никак не поймут, что это уже исполнилось»7.

Тот же ход мыслей применим и к другим образам Апокалипсиса. Уже в современной действительности можно увидеть исполнение многих пророчеств о последних временах мира сего. Такие пророчества, заметим, обильно представлены в Священном Писании не только Откровением Иоанна Богослова, но и у пророков Даниила и Ездры. Все эти пророчества дополняют друг друга. Полное их раскрытие с помощью исторической действительности, как видно, дано только нашему времени.

И в этом опыте истолкования пророчеств Апокалипсиса автор говорит о том, что обнаружило перед нами время. Однако, сознавая свои немощи и недостоинство, автор не настаивает на признании абсолютной точности именно этого толкования. Признавая несовершенство своего труда, автор просит, как просили в дни оные: «Аще же приключися некое прегрешение в труде, милостива нам будите, братие, а не зазорлива, ума нашего немощи и недоумению, сами же сподобишеся от Богатодавца больших дарований духовных, исправляйте». И паки: «Ежели где прегрешение какое усмотриши, любовным, молим, исправи сердцем».

Блаженный Августин в конце своего трактата «О Троице» написал: «Господи, Боже Единый, Боже Троице, то, что я сказал в этой книге от Тебя, пусть будет принято как Твое; если же что-то я сказал от себя, то да простишь меня Ты и те, кто Твои». С такой же молитвой обращается и автор книги «Тайна зверя» к Богу и Спасителю нашему.

7 «Отче, помоги!» Наш современник афонский старец Паисий. — Сост. О. Казаков. СПб., 2002. С. 94. Характерно, что одна из статей в журнале «Огонек» в конце 80-х годов, посвященная аварии на чернобыльской АЭС, имела прямо апокалиптический заголовок — «И с неба упала звезда полынь».

Прошу боголюбивого читателя не только простить возможные погрешности в рассуждениях и выводах, но и помянуть недостойного иерея Андрея в своих святых молитвах.

Следует также отметить здесь, что само выражение «тайна зверя», выбранное в качестве названия книги, взято из текста Апокалипсиса. «И сказал мне Ангел, — говорит тайнозритель, -что ты дивишься? Я скажу тебе тайну жены сей и зверя, носящего ее, имеющего семь голов и десять рогов» (Откр. 17: 7).

Глава 1

ЗВЕРОПОДОБИЕ И БОГОПОДОБИЕ

И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя… И поклонятся ему все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания міра. Кто имеет ухо, да слышит

Откр. 13: 1, 8-9

Три зверя

Основной отрицательный образ Апокалипсиса — «зверь». Как понимать этот таинственный образ? В творениях Святых Отцов и в работах других исследователей Апокалипсиса можно найти несколько возможных вариантов его истолкования8. Зверь Апокалипсиса это:

■ сатана;

■ антихрист;

■ лжепророк;

■ язычество, идолопоклонство;

■ антихристианское государство, восстановленная перед кончиной мира Римская империя, всемирное царство антихриста (царство зверя);

■ сама система антихристианской власти, антихристианство;

■ общество людей, отступивших от Бога;

■  духовное    озверение    людей,    их звероподобие, звериность.

8 См., напр.: Сборник статей по истолковательному и назидательному чтению Апокалипсиса / Сост. М. Барсов. М., 1994.

В существовании нескольких объяснений одного и того же образа Откровения нет ничего удивительного. Так, по мысли выдающегося духовного писателя современности иеромонаха Серафима (Роуза) Платинского (+ 1982), «имеется много различных степеней толкования Апокалипсиса, поэтому разные его объяснения вполне могут быть верными», ибо «однозначного (от — «одно значение». — Авт.) соответствия образов реальности не существует»9. Другими словами, пророчество может иметь не одно только исполнение -исполнившееся может иметь продолжение и по-новому раскрываться на новом этапе истории. Одни и те же образы Апокалипсиса часто имеют несколько смысловых планов. Об этом мы будем помнить в дальнейшем при раскрытии смысла слов Откровения.

Важно нам иметь в виду и то, что в Откровении говорится о трех различных зверях: это «зверь из моря» (13: 1), «зверь из земли» (13: 11) и «зверь из бездны» (17: 8). Приведем некоторые из объяснений этих образов.

Исследователь Апокалипсиса Н. Виноградов в своей книге «О конечных судьбах мира и человека», изданной в 1878 году, писал, что зверя, выходящего из моря, «который нередко принимается толкователями исключительно за единичное лицо антихриста», «правильнее и ближе к тексту можно и нужно признавать за живой, совокупный образ всех вообще богопротивных, антихристианских сил»10.

«Некоторые под «зверем, выходящим из моря» понимали богоборческое государство, каковым во времена первохристианства была Римская империя, а в последние времена будет всемирное царство антихриста» (архиепископ Аверкий)11.

«Затем тайнозритель описывает зверя, вышедшего из земли, которого позже именует лжепророком. Земля здесь символизирует полное отсутствие духовности в учении ложного пророка: все оно пропитано материализмом и угождением грехолюбивой плоти.  Два зверя  13-й главы

9 Иером. Серафим (Роуз). Знамения времен. Тайны книги Апокалипсис. М., 2000.

С. 58-59.

10 Виноградов Н. О конечных судьбах мира и человека. Антихристианство и Антихрист. — В сб.: О последних временах / Сост. прот. В. Свешников. М., 1996.

1С1. 81.

11 Архиеп. Аверкий (Таушев), иером. Серафим (Роуз). Апокалипсис в учении древнего Христианства / Пер. с англ. М., 2001. С. 161.

символизируют совокупность всех ненавистников христианства. Зверь из моря — символ гражданской богоборческой власти, а зверь из земли — совокупность лжеучителей и всякой извращенной церковной власти» (епископ Александр (Милеант))12.

«Зверь из моря и зверь из бездны — антихристианство и антихрист… Зверь апокалипсический, именуемый восьмым и означающий, собственно, злейшего врага Бога и Богохранимого социального порядка, имеет близкое отношение к четырехсоставному зверю апокалипсическому (т. е. зверю из моря. — Авт.): среди условий и обстоятельств, олицетворяемых этим аллегорическим зверем, он возникнет и разовьется. Вот поэтому-то и Апокалиптик в конце речи о звере из моря говорит словами, имеющими отношение собственно к антихристу -последнему противнику Христа (Апок. 13, 5). (Обозначение времени деятельности антихриста). Тем не менее зверя, именуемого «восьмым», нужно отличать от зверя из моря. Этот зверь не из моря, но из бездны, имеет непосредственную связь с бездной, то есть с тайниками демонических сил пагубы (Апок. 17, 8; 11, 7; 9, 11). Он зверь багряный (Ibid. 17, 3), в знак расположенности его к крови, преследованиям и козням; имена богохульные, бывшие на головах зверя четырехсоставного, покрывают все его тело, в знак того, что боговраждебность проникнет его всецело и проявится в нем вполне. Он выйдет из среды 7 голов (или царей) зверя из моря, — это значит воплотит в себе все то, что в течение долгих веков накоплялось греховного, злого, боговраждебного.

При полном развитии антихристианского, противозаконного бытия или сущности земная среда антихриста сближается с его подземною средой происхождения — адом, пагубой. При тесной связи с пагубной силой самого сатаны и при своих отличительных, характеристических признаках «восьмой» зверь в Апокалипсисе у Иоанна Богослова не есть воплощение самого диавола   —   сатаны,   а   личность   особая,   единичная, -представитель антихристианской идеи» (Н. Виноградов)13.

На основании приведенных выше и ряда других истолкований трех зверей Апокалипсиса можно дать следующие определения:

12 Еп. Александр (Милеант). Апокалипсис. Руководство к изучению Откровения апостола Иоанна Богослова. СПб., 2000. С. 37-39, 42.

13 Сборник статей по истолковательному и назидательному чтению Апокалипсиса. С. 326; Виноградов Н. О конечных судьбах мира и человека. Антихристианство и Антихрист. С. 84.

■ «Зверь из моря» (он же — «зверь первый») — это антихристианство, сама система антихристианской власти, особенно сильно проявляющаяся в построении антихристианского всемирного государства;

■ «Зверь из земли» (он же — «зверь другой» и «лжепророк») — это система идеологической обработки «масс», насаждающая антихристианство и готовящая воцарение антихриста;

■ «Зверь из бездны» (он же — «зверь восьмой») — это уже сам антихрист, как отдельная личность — «человек греха» и «сын погибели».

Если сопоставим эти определения с современной действительностью, то получим следующее:

□ «Зверь из моря» — это тайное Мировое правительство и система «нового мирового порядка», построением которой заняты сионисты и масоны, и которая, действительно, на наших глазах все больше оформляется и надвигается на весь мир — как бы «выходит из моря» — из моря хаоса и безвластия (анархии), утвердившегося в мире после упразднения монархий в результате революций и лукаво называющегося демократией14.

□ «Зверь из земли» («лжепророк») — это вся система печатных и электронных средств массовой (ложной) информации и псевдоискусство (кино, видео, отрицательная литература и т. д.), а также другие средства управления массовым сознанием, при помощи которых насаждается антихристианская мораль и идеология «нового мирового порядка» и Мирового правительства.

□ «Зверь из бездны» — грядущий антихрист, всемирный президент, будущий глава Мирового правительства и лидер «нового мирового порядка».

В том, что Мировое правительство в самом деле существует сегодня сомневаться уже просто нелепо. Доказательств этого предостаточно и они неопровержимы. Вот, например, какие материалы можно было найти в зарубежной прессе об очередном ежегодном заседании одного из главных

14 «Слово «демос» (народ — чернь) встречается в Библии в самых неприглядных контекстах: 1) когда толпа язычников строила Вавилонскую башню (Быт. 11); 2) когда толпа развращенных людей окружила дом праведного Лота (Быт. 19); 3) когда толпа кричала: «распни, распни Его» (Мк. 15). Как слово «чернь» в русском языке — производное от «черный», «черт» и т. д., так и греческое «демос» -производное от «демон», «демиург» (мятежный и злой дух). Следовательно, правильно понимать термин «демократия» как власть толпы, движимой дьяволом» (Свящ. Олег Стеняев. Маги, заклинатели, колдуны и чародеи. Библейский опыт осмысления проблемы // Что делать пострадавшему от колдунов, «целителей» и экстрасенсов. М., 1998. С. 7-8).

органов Мирового правительства — Бильдербергского клуба. 16 мая 2003 г. на интернет-сайте WorldNetDaily.com появилась статья Джозефа Фара под заголовком «Мировое правительство в действии». Автор сделал вывод, что действительно существует ограниченный круг могущественных людей, которые в тайне вынашивают планы создания «нового мирового порядка», управляемого «теневым правительством», состоящим из участников Бильдербергской группы. Он также отметил, что «заговор молчания прессы лишний раз доказывает, насколько серьезны и влиятельны люди, собирающиеся ежегодно на бильдербергских встречах… Молчат СМИ, молчат сами бильдербергские заговорщики, а люди завтра могут проснуться и с удивлением обнаружить, что они живут в новом, организованном кем-то другим, мире». В небольшой заметке о встрече Бильдербергской группы, вывешенной 15 мая на сайте BBC, корреспондент Эмма Джейн Керби назвала упомянутое собрание «бильдербергских мудрецов» «секретными переговорами закулисных правителей мира» и подчеркнула, что не всегда можно узнать или предположить, о чем дискутируют на Бильдербергских «конференциях», всегда сокрытых от посторонних глаз «плотной завесой секретности»15.

«К настоящему моменту, — считает Агентство «НАМАКОН», — в результате отсутствия сдерживающего фактора, каким являлся политический, а также военно-промышленный потенциал СССР и стран социалистического содружества, на мировую арену из тени постепенно выходит (как зверь выходит из моря. — Авт.) монополярная надгосударственная система управления. Ее метастазы, проникнув в правящие структуры суверенных стран, планомерно подменяют сущность национально ориентированных эшелонов власти, заменяя последние подчиненными внешнему управлению администрациями. И хотя в глазах обывателей те пока еще выступают внешне «демократически» избранными структурами управления «суверенных» стран, на деле же через механизмы финансово-долговых обязательств они все более глубоко подпадают под влияние нелегитимных организаций, проводя нужную им внешнюю и внутреннюю политику».

«Море», из которого выходит первый зверь, — это, как уже было сказано, хаос, анархия, море «народных масс» (ср. Откр. 17: 15), которые управляются злонамеренными силами, сами того не осознавая, думая, что существует «народовластие». «Порядок из хаоса», пишут на своих печатях масоны. «Новый мировой порядок» (зверь) — из хаоса и безвластия (моря). «Там, где некогда был Бог, теперь есть только ничто, — пишет иеромонах Серафим (Роуз), — там, где была власть, порядок, уверенность, вера, теперь анархия, смятение, безпринципные, неоправданные действия, сомнение и отчаяние»16. И вот сегодня мы в самом деле являемся свидетелями того, что так

15 Цит. по: Агентство «НАМАКОН». «Империя лжи. За фасадом государственного терроризма» // «Завтра». 2003, № 39.

16 Иером. Серафим (Роуз). Человек против Бога. М., 1995. С. 65.

называемая демократия (по сути же — анархия) деградирует в тоталитаризм, и эта деградация прикрывается необходимостью17 борьбы с «международным терроризмом» .

Обратим внимание на то, что из трех аллегорических зверей только один обозначает самого антихриста, а другие два обозначают антихристианские системы: систему власти и систему идеологической обработки людей. Это очень важно для понимания современных явлений, при сопоставлении их с пророчествами Апокалипсиса.

«Государство будет и уже является главным врагом спасения. Это чудовище многоголовое (т. е. апокалиптический зверь, дракон. — Авт.), без имени, без звания, живущее только за счет высасывания последних соков из людей, преклоняющихся перед ним. Головы сего монстра -суть разные власти: президент и министры, советы, парламенты всякие, бандиты разных мастей: в милицейской форме и в этих тренировочных костюмах, суды, особые части армии, в общем, все те, кто, пожирая плоды труда человеческого, питает тело чудовища. Власть последнего времени — власть бесовская, растлевающая. Только благодаря ее действиям удалось сейчас добиться такого разрушения нравов, но еще пуще будет через некоторое время. Все эти правительства, парламенты, подчиняясь мохнатой лапе рогатого хозяина, подведут людей на поклон ему» (из книги «Духовные беседы и наставления старца Антония»)18.

Различие в понимании аллегорических зверей не мешает им быть объединенными единой идеей — идеей духовного озверения, звериности, звероподобия людей. Апокалиптический «зверь» несет в себе такой отрицательный смысл, который не просто разрушителен с нравственной стороны, но и онтологически противоположен богозданной природе человека, антагонистичен разумно-личному (духовному) бытию. Все три «зверя» Апокалипсиса суть только проявления одного и того же противобожественного принципа. Идея духовного озверения и богоборчества, достигнув апогея в своем развитии и реализации, воплотится наконец в личности антихриста, он станет ее главным представителем и осуществителем.

На то, что апокалиптические образы зверей говорят о звериности в людях, неоднократно указывает протоиерей Сергий Булгаков в

17 Об этом см., напр., статью бывшего начальника Аналитического управления КГБ СССР генерал-лейтенанта, доктора исторических наук Н. С. Леонова «Над пропастью тоталитаризма» // «Русский Дом». 2003, № 2.

18 Свящ. Александр Краснов. Духовные беседы и наставления старца Антония. В 3-х частях. Без м. и г. С. 173-174.

своей книге «Апокалипсис Иоанна: Опыт догматического истолкования» (Париж, 1948 г.). Так, объясняя образ зверя из моря, о. Сергий пишет: «Сатана действует в мире чрез звериное и зверское начало человеческой жизни. Вот эта-то борьба зверя с Церковью и изображается в настоящей (13-й. — Авт.) главе. Конечно, и зверь здесь есть все-таки начало человеческое, лишь находящееся в состоянии озверения. Эта звериность в человеке выражающаяся в его зверскости как недобрая, плотская сила жизни ведома уже Ветхому Завету, который знает в ней предварение сатанинского, антихристова гонения. О нем говорится в книге прор. Даниила (как и в апокрифах, например, в 3 Ездре). Постольку VII-ая глава ее представляет прямую параллель XIII гл. Откровения, которое договаривает и довыясняет в свете новозаветном образы, ветхозаветные. Видение зверя созерцается тайнозрителем «на песке морском» (1) как «выходящего из моря». Последнее является здесь синонимом бездны, но может обозначать в данном случае и море народное, природное человечество, взятое со стороны его плотской и душевной жизни, в этом смысле его звериности. Зверь же в данном случае, очевидно, означает государство, притом не просто в смысле государственной организации правопорядка, вспомоществующей человечеству на путях его (о чем сказано у апостола: «несть бо власть аще не от Бога» (Рим. XIII, 1), но государственности тоталитарной, притязающей стать единственно определяющим и исчерпывающим началом в человеческой жизни. Такое государство, заведомо себя преувеличивающее в своем значении, является, тем самым, началом не просто языческим, но демоническим, оно есть земной лик сатаны или множественные его лики. Такое государство как царство земное противостоит Царствию Христову, борется с ним и силою вещей является — сознательно или бессознательно — силою антихристианской, орудием «князя мира сего», его царством, а главы этого царства — его личинами. <…>

Борьба зверя-государства есть особая и нарочитая тема Апокалипсиса, которая свойственна только ему и отсутствует в новозаветном откровении. В Ветхом Завете она выражается в борьбе с язычеством и его соблазнами, которые окружали избранный народ Божий и непрестанно его развращали. Наибольшей остроты это столкновение достигает, конечно, в гонении Антиоха Епифана, которое и отображается в апокалипсисе прор. Даниила (эта книга есть по типу своему, конечно, более апокалипсис, нежели пророческая). Здесь описываются и другие столкновения ветхозаветной Церкви с властью зверя (Валтасар, Навуходоносор). Но, конечно, только в новозаветном откровении этот антагонизм и борьба достигают окончательной непримиримости, и это выражено именно в Откровении Иоанна. В других новозаветных писаниях, как у ап. Павла и у ап. Петра (Рим. XIII, 1-7; Тит. III, 1; 1 Тим. II, 12; Петр. II, 13-17), ищется и находится известное примирение с государством, признание его как правового порядка вещей, обеспечения внешнего мира. Государство здесь служит человечеству как средство, а не самоцель, подчиняясь высшим нормам нравственности. В этом смысле и могло быть сказано: «несть власть аще не от Бога». Это признание божественной ценности права относится ко всякой власти, т. е. не только христианской, но и языческой, поскольку она служит своей правовой задаче, но ею и ограничивается. В тех же случаях, когда мы имеем дело с государством христианским, насколько таковое когда-либо существовало и может существовать, точнее, с государством христиан, для него возникают новые границы и задачи, именно служение христианской морали. Однако такое служение предполагает наличие известного духовного равновесия, при котором государство не выходит за пределы своих правовых целей. Но это состояние всегда остается неустойчивым, и государство превращается в зверя, когда оно за эти пределы выходит. Тогда оно, во-первых, из человеческого начала жизни становится звериным и зверским, утрачивая свои высшие духовные цели, и затем силою вещей превращается в демоническое, сатанинское, антихристово и тем самым вовлекается в прямую борьбу со Христом и Его Церковью. Этот-то образ власти как зверя не только с его зверскостью, но и его безбожием и язычеством, а затем и активным антихристианством и дает Откровение. <…> Однако теперь, в свете современных событий, нельзя уже не видеть всей звериности власти (а также порой и ее зверскости), и откровение Апокалипсиса становится для нас доступным и современным, как бы новым и до сего неведомым. Но теперь оно должно быть воспринято и в церковную догматику как догмат о Церкви и государстве. В Откровении идет речь не только об отдельных исторических событиях, но и онтологических началах жизни в их диалектике и борьбе» .

19 См.: Прот. С. Булгаков. Апокалипсис Иоанна: Опыт догматического истолкования. Париж: YMKA-PRESS, 1948. С. 46-49 и след.

Человек-зверь

«Человек-зверь сделался обыденным явлением жизни народов, — читаем в толковании Апокалипсиса, составленном в начале ХХ века под благодатным руководством святого праведного о. Иоанна Кронштадтского. — На место допотопного права сильных, в подкрепление ослабевшей физической силе, пришло искусство, техника и право эксплуатации в установленном порядке через обман по законным основаниям. Открытия за открытиями в области культуры, точь-в-точь как перед потопом, нисколько не смягчают зверских нравов. Они процветают на почве гордости, эгоизма и злобы. Так пошло с тех пор, как «отступление» от Церкви открыло свободный доступ для водворения новых идей, добытых реформацией и революцией, идей, уклоняющих нравы человека к окончательному озверению»20.

О духовном озверении, звероподобии людей неоднократно говорится в Священном Писании. Укажем здесь только на некоторые из таких мест.

У апостола Павла, например, слово «зверь» (θηρίον) в Послании к Титу применяется к человеку для указания на его «звериный» нрав (Тит. 1: 12).

Святитель Григорий Нисский в трактате «Об устроении человека» говорит: «Великий Давид, сожалея о бедственном состоянии человека, такими словами оплакивает человеческое естество: Человек в чести сый не разуме, называя честию равночестие  с  ангелами.   Посему  продолжает: приложися21 скотом несмысленным и уподобися им (Пс. 48: 13 и 21)» . У пророка Даниила о царе Навуходоносоре, который возмечтал сравняться с богами, но вместо этого на семь лет уподобился несмысленным скотам, сказано: «Сердце человеческое отнимется от него и дастся ему сердце звериное» (см. Дан. 4: 12-13 и 29-31). Пророк Ездра, противопоставляя праведников грешникам, говорит о последних, что они «жили по-скотски» и «признаны худшими зверей» (3 Езд. 8: 27-28). И апостол Петр называет людей, исполненных беззакония и греха, «безсловесными животными, водимыми природою» (2 Пет. 2: 12; см. также Иуд. 1: 10).

В Деяниях святых апостолов повествуется о следующем видении, бывшем апостолу Петру. С неба три раза спускался сосуд, как бы большое полотно, привязанное за четыре угла, и

20 См.: О последних временах по Откровению св. Иоанна Богослова. СПб., 1902. С. 47; Начало и конец нашего земного мира. Опыт раскрытия пророчеств Апокалипсиса. В 2-х частях. Изд. 2-е. СПб., 1904. С. 99.

21 Свт. Григорий Нисский. Человек есть образ Божий. М., 1995. С. 28-29.

голос повелевал Петру, чтобы он заколол и ел находившихся в сосуде животных, зверей, гадов и птиц. Когда Петр отказывался и говорил, что он никогда не ел ничего нечистого, голос снова сказал ему с неба: «То, что Бог очистил, не признавай нечистым» (см. Деян. 10: 1 и след.). В житии священномученика Корнилия сотника находим такое объяснение этого видения: «Находившиеся в сосуде различные нечистые животные, звери, гады и птицы обозначали собою язычников, которые по своим низким земным стремлениям были подобны четвероногим животным, взирая своим умственным оком только на землю, не зная помышлений о небесном и не умея искать выше земного; по своей лютости они были звери, а по вредному для душ нечестию — ядовитые гады; по гордому высокомерию же они походили на высоко парящих птиц. Их было повелено заклать и есть — то есть острым мечом слова Божия умертвить древние языческие животные похоти и зверские нравы и соделать из очищенных крещением душ и тел их «жертву живую, благоугодну Богови» (Рим. 12: 1). Троекратное схождение сосуда означало троекратное погружение крещения»22.

«Не давайте святыни псам и не бросайте жемчуга вашего пред свиньями», — сказано в Евангелии (Мф. 7: 6). В пророческом псалме, изображающем страдания Спасителя на Кресте, есть такие слова: «Множество тельцов обступили меня… раскрыли на меня пасть свою, как лев, алчущий добычи и рыкающий… Ибо псы окружили меня, скопище злых обступило меня, пронзили руки мои и ноги мои. Можно было бы перечесть все кости мои; а они смотрят и делают из меня зрелище; делят ризы мои между собою и об одежде моей бросают жребий» (Пс. 21: 13-14, 17-19).

И в самом Апокалипсисе есть указание на звероподобие людей. В заключительной главе Откровения сказано, что вне нового Иерусалима (т. е. вне общения с Богом, вне будущей блаженной жизни в Царстве Божием) останутся «псы и чародеи, и любодеи, и убийцы, и идолослужители, и всякий любящий и делающий неправду» (Откр. 22: 15). Понятно, что здесь речь идет не о том, что в Царствие Небесное не войдут псы (животные), но псами слово Божие называет людей, исполненных греховной скверны.

22 См.: Жития святых, на русском языке, изложенные по руководству Четьих-Миней св. Димитрия Ростовского. Кн. 1 (сентябрь). Издание Введенской Оптиной Пустыни и Издательского отдела Московской Патриархии, 1991. С. 277­278.

Само слово θηρίον (зверь) в греческом языке употребляется для характеристики не только агрессивности диких зверей, но и для обозначения вообще животной природы в противоположность природе человека. Такое же значение слова «зверь» и в русском языке. В «Толковом словаре живого великорусского языка» В. И. Даля читаем: «ЗВЕРЬ — животное четвероногое, млекопитающее; дикое, лютое, плотоядное, хищное; местами собств. волк или медведь, где что водится. — Человек, подобный зверю».

ЧЕМ ЛЮДИ ОТЛИЧАЮТСЯ ОТ ЖИВОТНЫХ?

Многие философы задавали себе этот вопрос. В 50-е годы ХХ века весьма популярным был роман «Люди или животные?» французского писателя Веркора. Этот роман принадлежал не столько к фантастическо-художественной, сколько к философской литературе. В нем, хотя и в детективном жанре, но со всей серьезностью была поставлена проблема выяснения грани между людьми и животными.

Главное в творчестве Веркора (настоящее имя — Жан Брюллер) -исследование человеческого в человеке. Этот французский писатель задумался о природе человека как такового. Предметом философских раздумий Веркора были вопросы — с чего начинается человек? что является истинной «сутью человека»? когда он перестает им быть? Свободен ли человек, принимая решения, или они ему «навязаны», запрограммированы — генетическим ли кодом, общественным ли давлением, — эта дилемма решается Веркором в пользу первой альтернативы. Он уверенно отстаивает могущество человеческой воли. «Человек, — писал Веркор, — начинается с нежелания подчиняться тирании «данности» — как это свойственно животным, — в том числе и импульсам инстинктов». Согласно его убеждению, «сущность человека проявляется в сфере, далекой от анатомии».

Определяющим в природе человека Веркор считает нравственность, этическое начало. Он приходит к выводу, что забвение нравственности ведет к разрушению человеческой личности, и тогда человек становится зверем. Так, Веркор писал о том, что фашизм, возрождая звериную практику, «толкал к гибели человека как такового». Он писал о регрессе человека, о людях с агрессивной сущностью, имеющих звериные повадки, у которых отсутствуют нравственные тормоза.

«Со страниц веркоровских произведений, — пишет Т. Балашова, -смотрят на нас источающие ненависть и подлость глаза монстров в человеческом обличье». Очень выразителен эпизод, описанный Веркором в одной из его книг, рассказывающих о тех днях, когда он с группой писателей проезжал в 1938 году через фашистскую Германию в Прагу: «В вагон входят двое в черном. Молодые, подтянутые, спортивного типа. Один из них улыбается, другой нет. Но у обоих такой ледяной взгляд, что сомнений нет: если бы им приказали не проверить наши визы, а убить нас, они выполнили бы это в один миг. Не переставая улыбаться. Даже не увидев нас (т. е. не увидев как личностей. — Авт.). Просто раздавив, как насекомых».

Веркор говорит о возможности изменения   человеческой природы под воздействием среды. Все человечество он делит не по классам и нациям («единые законы» человеческого сознания, по его мнению, функционируют независимо от социального строя, класса, нации), а на два типа людей, две расы: 1) люди, «жаждущие справедливости» («благородные рыцари»), и 2) агрессивные и безпощадные хищники, «звери джунглей, с их постоянной устремленностью к власти».

В философско-фантастическом романе Веркора «Сильва» лисица превращается в молодую женщину. Но девушка-лиса Сильва сохранила все повадки зверька, и ей только предстоит стать человеком. Параллельно этому процессу превращения зверя в человека, в романе разворачивается история регрессивного развития — на сей раз человеческая особь, Дороти, губя себя наркотиками и развратной жизнью, постепенно утрачивает качества, присущие человеку.

«пишу, чтобы вселить дух безпокойства», — говорил Веркор. Свою задачу он видел в том, чтобы «пробудить в  человеке личность»23.

Нравственная идея, цементирующая общество, считал Ф. М. Достоевский, исходит всегда «из убеждений, что человек вечен, что он не простое земное животное. Эти убеждения формировались всегда и везде в религию».

Что говорит об отличии людей от животных Православие? Главное отличие заключается в том, что у животных есть душа (животная), но нет духа, то есть личности. «И сказал Бог: да произведет земля душу живую по роду ее, скотов, и гадов, и зверей земных по роду их», — сказано в Книге Бытия (Быт. 1: 24).

«Душа есть и у животных. Но только о человеке сказано, что Господь Бог «вдунул в лице его дыхание жизни» (Быт. 2: 7). Это «дыхание жизни» и есть высшее начало в человеке, то есть его дух, которым он безмерно возвышается над всеми другими живыми существами. Потому, хотя душа человеческая во многом сходна с душою животных, но в высшей своей части она несравненно превосходит душу животных, именно благодаря сочетанию ее с духом, который от Бога. Душа человека является как бы связующим звеном между телом и духом.

Душа и тело тесно связаны друг с другом. Тело, с помощью органов внешних чувств (зрения, слуха, обоняния, вкуса, осязания), дает те или иные впечатления душе, а душа, в зависимости от этого, так или иначе управляет телом, руководит его деятельностью. Ввиду такой связи души с телом, эту жизнь называют общим термином: «жизнь душевно-телесная». Однако, все же необходимо различать: жизнь телесную, как удовлетворение потребностей тела, и жизнь душевную, как удовлетворение потребностей души. Своею телесной жизнью человек ничем не отличается от животных. Потребности тела многоразличны, но в

23 См.: Балашова Т. Диалог с веком (предисловие) // Веркор. Избранное: Сборник. М., 1990.

общем все они сводятся к удовлетворению двух основных инстинктов: инстинкта самосохранения и инстинкта продолжения рода. Жизнь душевная состоит в удовлетворении потребностей приобретать знания и испытывать те или иные чувства.

Но жизнь человеческая далеко не исчерпывается удовлетворением одних только потребностей тела и души. Над телом и душой стоит еще что-то высшее, а именно дух, который часто выступает в роли судии и души, и тела и дает всему оценку с особенной, высшей точки зрения. «Дух, — говорит епископ Феофан, — как сила от Бога изшедшая, ведает Бога, ищет Бога, и в Нем Одном находит покой. Неким духовным сокровенным чутьем удостоверяясь в своем исхождении от Бога, он чувствует свою полную зависимость от Него и сознает себя обязанным всячески угождать Ему и жить только для Него и Им». Это как раз то, о чем говорил еще блаженный Августин: «Ты, Боже, создал нас со стремлением к Тебе, и безпокойно наше сердце, пока не успокоится в Тебе».

Дух в человеке проявляется в трех видах: страх Божий, совесть и жажда Бога.

Страх Божий — это, конечно, не страх в нашем обычном человеческом понимании этого слова. Это благоговейный трепет перед величием Божиим, неразрывно связанный с неизменною верою в истину бытия Божия, в действительность существования Бога, как нашего Творца, Промыслителя, Спасителя и Мздовоздаятеля. Совесть указывает человеку, что право и что неправо, что угодно Богу и что неугодно, что должно и чего не должно делать. Но и не только указывает, а и понуждает человека исполнять указываемое, причем за исполнение награждает утешением, а за неисполнение наказывает угрызением. Совесть наша есть внутренний судия — блюститель закона Божия, «голос Божий» в душе человека. Третье проявление духа в душе человека епископ Феофан метко назвал «жаждою Бога». И в самом деле, нашему духу от природы свойственно искать Бога, стремиться к соединению с Богом, жаждать Бога. Ничем тварным и земным наш дух удовлетвориться не может. Кто бы из нас сколькими и сколь разнообразными благами ни обладал, ему все хочется чего-то большего. Эта вечная человеческая неудовлетворенность, это всегдашнее недовольство, эта поистине ничем ненасытимая жажда показывает, что у нашего духа есть стремление к чему-то высшему, чем все то, что его в земной жизни окружает, к чему-то идеальному, как принято говорить. А так как ничто земное этой жажды в человеке утолить не может, то дух человека и мятется, не находя себе покоя, пока не обретет полного удовлетворения в Боге, к живому общению с Коим дух человеческий всегда сознательно или безсознательно стремится.

Таковы проявления духа в человеке, которые и должны быть руководящим началом в жизни каждого человека, то есть — жить в общении с Богом, жить по воле Божией и пребывать в любви Божией. А это значит исполнять свое назначение на земле и наследовать вечную жизнь» (по статье архим. Аверкия «Душевность и духовность», Мюнхен, 1949 г.24).

24 См.: Закон Божий / Сост. прот. Серафим Слободской. Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1994. С.136.

У животных нет нравственности. По словам святителя Игнатия (Брянчанинова), духу человеческому свойственны «те возвышенные сердечные чувства, которых лишены животные, чувства, которыми сердце человека отличается от сердца животных и которые составляют изящный избыток чувств в сердце человеческом пред сердцами животных»25.

У животных нет не только свободной воли, но и сознательных желаний (хотений). Вместо этого ими владеют чувственные влечения. Животные, имея чувственную деятельность и чувственное восприятие, движутся без самосознания. Они не осознают факт своего обособленного существования, живут и действуют, не понимая, что они существуют, не выделяя себя по-настоящему из остального мира. Оказавшись перед зеркалом, животное никогда не подумает: «это я». Животные ощущают радость и боль, у них есть голос, посредством которого они выражают свои приятные и неприятные ощущения, но у них нет разума, нет мыслей, а потому нет и дара речи. По причине отсутствия в природе животных духовного начала, духа — как носителя личности, они ни к кому другому не относятся как к личности, ни в ком ее не видят.

Сам внешний вид человека и устроение его тела говорят о его возвышенности над животным миром и всем земным. Положение тела его вертикальное (прямой стан), устройство рук и ног особое, лицо обращено вверх, чувства имеют равномерное развитие. Святитель Григорий Нисский замечает, что человеку, как существу словесному, дано и тело, в устроении которого все соответствует потребностям слова (например, руки содействуют произнесению слова и с помощью рук речь излагается письменно). И само то, что у человека, например, нет естественного волосяного покрова (шерсти) и естественных орудий защиты (рога, острые когти, жало, крылья и т. д.), и что он сам создает себе условия для существования, свидетельствует о его «неукорененности» в земном бытии. Даже животное боится человеческого взгляда, чувствуя достоинство человека.

«Человеческое естество, — рассуждает святитель Григорий Нисский, — есть среднее между естеством Божественным и между жизнью безсловесною, потому что в человеческом составе можно усматривать части того и другого из сказанных

25 Свт. Игнатий (Брянчанинов). Судьбы Божии. Издание Московской Патриархии, 1991. С. 14.

естеств, из Божественного — словесность и разумность, из безсловесного — телесное устроение и образование, разделяемое на мужеский и женский пол. Но умное в нем первенствует». По учению святого Григория Нисского, есть три вида жизни: растительный, животный (безсловесный) и словесный. Второй вид жизни содержит в себе первый. Человек же объединяет в себе все три уровня. Силе растительной и питательной в человеке соответствует тело, силе безсловесной и чувствующей — душа, а силе словесной и разумной — дух26.

Человек, хотя и имеет в себе инстинктивные потребности и влечения, общие со всеми животными, тем не менее господствует над ними, подчиняя их своей свободной воле; правда, иногда, как животное, слепо повинуется им. Человек чувствует, ощущает и мыслит об истинах, которых не видно в чувственном виде. Мыслит и о том, что должно быть всегда. Чувственное восприятие простирается на единичное (боль от упавшего камня); мыслящий же дух — на общее и не на случайное, а на необходимое (закон тяготения). Чувственное простирается только на телесное, а духу открыта вся область истины. Для чувств предмет восприятия пропорционален им (большой свет, малое освещение). Чувства не ощущают своего собственного ощущения (не осознают то, что они ощущают), дух же размышляет о своем собственном мысленном акте. Самосознание чувствует и сознает себя нераздельной единицей, центром своей собственной деятельности. А так как мыслит, то обладает даром слова, язык же есть только обнаружение духа, а мысль есть как бы мысленное слово.

Душа человека, в отличие от души животных, есть существо словесное и личное. ЧЕЛОВЕК ЕСТЬ ЛИЧНОСТЬ. И, как личность, он должен императивно владеть своей природой, его личная воля должна господствовать над влечениями, как плотскими, так и психическими.

«Если душу и плоть человека побеждает дух, человек от этого телесно не умирает, но живет и духовно, и телесно. Если же душевность и плотяность побеждают в человеке дух, то человек обращается в животное, — говорит архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской; + 1989), — в самое кровожадное и ядовитое животное, менее подчиняющееся Тебе, чем все твари мира… Так и государства, теряющие дух и веяние Церкви в своих гражданах, обращаются в самые несовершенные термитники».27

26 См.: Свт. Григорий Нисский. Человек есть образ Божий. С. 7-13, 23.

27 Архиеп. Иоанн (Шаховской). Листья древа: Опыт православного духоведения. Нью-Йорк, 1964. Цит. по: О Церкви и государстве: Из творений архиепископа Иоанна (Шаховского) // Православный церковный календарь — 2004 с душеполезными поучениями и повествованиями из истории Соловецкого монастыря. Издание Спасо-Преображенского Соловецкого монастыря, 2003. С. 101.

О звероподобии людей писали и пишут философы и психологи.

Здесь можно назвать, например, книгу В. А. Бачинина «Достоевский: метафизика преступлений (художественная феноменология русского постмодерна)» (СПб.: Издательство Санкт-Петербургского университета, 2001). В этом философском труде говорится о «звероподобии» людей, о «человеке-звере», «человеке-орудии», «человеке-машине», об «имморальном рассудке живого автомата» и т. д.

О звероподобии людей писал и философ Николай Бердяев. Например: «История религий учит нас, что очеловечение Бога, имеющее своей обратной стороной одухотворение человека, есть центральный феномен религиозного откровения. Преодоление идеи бесчеловечного бога, имеющей своей обратной стороной звероподобие человека, есть основное завоевание религиозного сознания и религиозного развития в мире» .

Православный психолог Г. Михайлов отмечает, что «главное отличие человеческой души от рефлекторной (чисто отражательной) психики безсловесных животных заключается в наличии у человека сознания. Высшая форма сознания -совесть, «голос Бога в душе», как очень точно определили Святые Отцы. Сознание, — указывает Г. Михайлов, — всегда лично; если оно безлично, то нечего говорить об уме, так как ум вне личности — это абсурд. Поэтому «безсовестный» — не только можно, но и нужно понимать буквально, как «безсознательный», то есть безсловесный»29.

«И как же бывает досадно иногда за людей, — пишет Г. Михайлов, — на глазах глупеющих в атмосфере безпросветного потребительства. За тех, кто с подачи безсовестных рекламных подстрекателей пытается «жить играючи», не утруждая себя нравственной ответственностью, в похотливости уподобляясь сытеньким кошечкам и собачкам. За это неизбежно приходится платить утратой целости сознания, прежде всего — ослаблением ума и воли. Индивидуальность человека (даже яркая) — это еще не   личность!   Высокая   одаренность   не   означает еще

28 Бердяев Н. Из размышлений о теодицее // «Путь». 1927, № 7. С. 54.

29 Михайлов Г. Наша душа. Онтология психической реальности. СПб., 2001. С.

17-18.

человечности. Ослабление воли (переход от высших устремлений к мелочным желаниям и капризам) ведет к снижению уровня личности. Когда личность оказывается несостоятельной, начинается суетная манифестация индиидуальности (истероидные претензии на оригинальность), а чаще всего возникает подражание «кумирам толпы», следование моде и т. д. И в этих случаях некоторые люди становятся до смешного похожими на тех, от кого они, как сами30 полагают, произошли» .

Духовно-нравственное беззаконие приводит человека к личностной деградации, к моральному краху личности, иначе говоря, к озверению. «Если человек не верует, -говорит старец Паисий Святогорец, — то у него нет тормозов, и31 он становится зверем» . Служение страстям уподобляет человека безсловесным животным. Порабощенный страстям человек становится, по выражению старца Силуана Афонского, «скотиной в человеческом теле».

Преподобный Никон Оптинский об этом писал так: «Не говоря подробно о губительном действии страстей постыдных, блудных, так поразительно и безобразно уподобляющих человека скоту, обратим внимание на то, что решительно всякая страсть отнимает у человека образ человека, делая его подобным скоту и зверю. Посмотрите, что делают, например, гнев и злоба. Человек, объятый злобою, весь делается зверообразным, глаза мечут искры, искажается лицо — он, кажется, ближнего своего готов пожрать. И все вообще страсти и грехи: чревоугодие, неверие, сребролюбие и другие -превращают человека в скота»32.

«Как человек унижает себя чревоугодием, объядением и пьянством! — восклицает святой праведный Иоанн Кронштадтский. — Он извращает свою природу, созданную по образу Божию, и уподобляется скоту безсловесному и даже делается хуже его»33.

«Вино скотинит и зверит», — говорил Ф. М. Достоевский. Физиолог   И.   П.   Павлов   говорил,   что   «чрезмерное и

30 Михайлов Г. Наша душа. С. 19-20.

31 Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 1. С болью и любовью о современном человеке. Москва — Салоники, 2002. С. 374.

32 Душеполезные поучения преподобных Оптинских старцев. В 2-х т. Т. 1. Изд. Введенской Оптиной Пустыни, 2003. С. 111.

33 Мысли о покаянии и Святом Причащении. (Из дневников св. прав. Иоанна

Кронштадтского) СПБ., 2002. С. 40-41.

исключительное увлечение едой есть животность»34. В пьесе А. П. Чехова «Чайка» есть очень точные слова об обезличивающем действии страстей: «Вино и табак обезличивают. После сигары или рюмки вы уже не Петр Николаевич, а Петр Николаевич плюс еще кто-то; у вас расплывается ваше я, и вы уже относитесь к самому себе как к третьему лицу — он»35.

Архиепископ Иоанн (Шаховской), говоря о действии греха на душу человека, рисует такую картину: «. В мягком кресле развалился человек и курит гаванскую сигару, ежеминутно прихлебывая из стоящей около него рюмки абрикотина. Может ли этот человек в таком состоянии вести беседу о Живом Боге, творить молитву Живому Богу? Физически — да, духовно — нет. Почему? Да потому, что человек этот сейчас распущен, его душа утонула в кресле, и в гаванской сигаре, и в рюмке абрикотина. В эту минуту у него почти нет души. Он, как блудный сын Евангелия, скитается «в далеких краях»36.

«А это что за жизнь? Что тут человеческого? — вопрошает святитель Феофан Затворник, приводя в своей проповеди слова апостола Павла о том, что неверные как «ведомые ведутся к безгласным идолам» (1 Кор. 12: 2), то есть как связанные или как вьючные животные влекутся по пути страстей и похотей. -Человеческое тут все замерло, а действует только самостное, страстное, сатанинское, плод принося смерти, а не жизни». Объясняя в своей проповеди одно из видений пророка Иезекииля, святитель Феофан говорил: «. то же самое изображает пророк Иезекииль. Сидел, говорит, я в доме моем, и взял меня дух и поставил меня — в видении Божием — в Иерусалиме, в преддверии храма. Здесь увидел я одну скважину в стене. Муж, явившийся при сем, сказал мне: раскопай, и я раскопал. Тот сказал: войди и виждь беззакония злая, яже творят сии здесь! вошел и увидел: на стенах изображено всякое подобие гада и скота и суетная гнушения, и мужи израильские кадят пред ними, каждый держа свою кадильницу в руке (Иезек., гл. 8). Что это такое? Было это на деле? -спрашивает святитель Феофан и отвечает: — Нет. Этим изображалось то, что каждый помышлял на ложе тайнем своем,

34 Цит. по: Сб. «Симфония разума. Афоризмы и изречения отечественных и зарубежных авторов» / Сост. В. Воронцов. 2-е изд. М., 1977. С. 557.

3356 Чехов А. П. Пьесы. М., 1982. С. 99.

36 Архиеп. Иоанн (Шаховской). Листья древа. Цит. по: Апокалипсис мелкого греха: Из творений архиепископа Иоанна (Шаховского) // Православный церковный календарь — 2004 с душеполезными поучениями и повествованиями из истории Соловецкого монастыря. С. 46.

говоря: не видит Господь. Животными указывались страсти, коими полно было сердце их, а каждением — рабство сим страстям»37.

Святитель Иоанн Златоуст говорит: «Человек, имеющий зверские нравы, «приложися скотом несмысленным и уподобися им» (Пс. 48: 13), нападает на людей как дикий зверь, злопамятствует как верблюд, насыщает чрево как медведь38 похищает как волк и лисица, неистовствует как конь» .

Великий афонский старец Иаков (Цаликис; 1920 — 1991 гг.) однажды открыл для себя следующий потрясающий факт: «Когда я причащаю людей, я никогда не вижу их лиц. Но однажды помысел мне сказал посмотреть на лица приступающих к Божественному Причащению. Тогда я увидел, что лицо одного — как у собаки, другого — как у обезьяны, и лица остальных людей были похожи на морды разных животных, очень страшных. «Боже мой, — говорю я, — ведь они люди, почему у них лица зверей?» Но некоторые приступали к Причащению с лицами мирными и чистыми, и после Причастия39 их лица сияли, как солнце» .

«До чего же дошли люди! — восклицает афонский старец Паисий. — До состояния животных. Знаете, как у животных: сперва они входят в хлев, испражняются, мочатся, потом навоз начинает разлагаться, перегорать и животным становится тепло. Им нравится в стойле и не хочется никуда из него уходить. хочу сказать, что так и люди ощущают «тепло» греха и не хотят уходить. Они чувствуют зловоние, но им неохота уходить из тепла. Если в хлев зайдет новичок, то он не сможет выдержать этого зловония. А другой уже привык, он постоянно живет в хлеву, и смрад его не безпокоит»40.

«Сегодня  встречаются люди,  — говорит  еще старец Паисий, — которые хуже,   чем животные, хуже, чем змеи. Поэтому сто сорок седьмой псалом, который преподобный Арсений  Каппадокийский   читал  для  того,  чтобы дикие животные стали смирными и не делали зла людям, я читаю с

37 Внутренняя жизнь. Слова епископа Феофана. М.: Изд. Афонского Русского Пантелеимонова монастыря, 1893. С. 8-9, 20-21.

38 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия / Под ред. архим. Никона (Иванова) и прот. Николая Лихоманова. В 2-х кн. Кн. 2. М., 2001. С. 1742.

39 Свящ. Дионисий Тацис. Поучения старцев. М., 2000.

40 Старец Паисий Святогорец. С болью и любовью о современном человеке. С. 39.

той целью, чтобы стали смирными люди и не делали зла ни подобным себе людям, ни животным»41.

Когда человек служит греху, звериность отражается и на всем его внешнем облике, особенно на лице; в Священном Писании есть, например, такое выражение: «огрубелое лицо» (см. Иез. 2: 4). И наоборот, «внутренняя чистота истинного человека   красит   и   его   внешний   вид»   (старец Паисий Афонский)42. Преподобный Силуан Афонский говорил, что у человека, преданного греху, особенно если он совершил убийство или другие тяжкие грехи, в которых не покаялся, глаза становятся звериными. Есть выражение: «колючие глаза», то есть глаза отталкивающие, не признающие других личностей. Такие глаза есть печать греха. О том, что глаза — зеркало души, мы знаем и из Евангелия: «Светильник для тела есть око, -говорит Господь. — Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то все тело твое будет темно» (Мф. 6: 22-23).

Православный писатель Юрий Воробьевский в своей документальной книге «Пятый Ангел вострубил», рассказывающей о современном масонстве, обращает внимание на некую одинаковость, на что-то непонятно-неприятное во внешности масонов. Лица их похожи на застывшие маски, кажутся глянцево-пластмассовыми. Они носят, по выражению Ю. Воробьевского, «от-личную от лица личину». Словно перед вами театр восковых фигур, все персонажи словно имитируют настоящую жизнь.

«Страшно! — пишет Ю. Воробьевский. — Сказано ведь, что по светлым ликам Ангелы пропускают в рай. Выбор у человека таков: лик, лицо, личина. О сути этих метаморфоз писал о. Павел Флоренский: «По мере того, как грех овладевает личностью, и лицо перестает быть окном, откуда сияет свет Божий, лицо отщепляется от личности, ее творческого начала, теряет жизнь и цепенеет маскою овладевшей страсти. Хорошо подмеченная Достоевским маска у Ставрогина, каменная маска вместо лица, — такова одна из ступеней этого распада личности. Раз, по Апостолу, «совесть сожжена», и ничего, ни один луч от образа Божия не доходит до являемой поверхности

41 Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 3. Духовная борьба. Салоники — Москва, 2003.С. 127-128.

42 Старец Паисий Святогорец. С болью и любовью о современном человеке. С. 209.

личности, нам неведомо, не произошло ли уже суда Божия и не отнят ли Вручившим залог богоподобия Его образ»»43.

Отчужденность

Звериность людей — это их взаимная отчужденность, когда они отчуждены друг от друга — как звери, как животные. Отчужденность — это отчужденность от других личностей. Это внутреннее непризнание «другого», отрицание в нем личности, а значит отношение к другому человеку как к животному, не обладающему даром безсмертной личности.

«Не любящий брата пребывает в смерти. Всякий, ненавидящий брата своего есть человекоубийца; а вы знаете, что никакой человекоубийца не имеет жизни вечной, в нем пребывающей», — говорит апостол Иоанн (1 Ин. 3: 14-15). Ненавидеть — не хотеть видеть. Ненавидящий, не любящий отрицает личность ближнего, не признает в нем жизни, не желая его существования как личности, а потому убивает его в своем сердце и в своих мыслях. «Разгневался человек на ближнего — и пожелал его уничтожения, вошел в одно поле с убийцами, ибо во гневе мы обычно имитируем убийство словами», — пишет выдающийся православный мыслитель нашего времени архимандрит Рафаил (Карелин)44. Но «можно ли, преследуя другого, погубить его страшнее, чем губит вражда собственное сердце?» (блаженный Августин)45. Не только ненависть, но и всякий вообще грех метафизически есть убийство и самоубийство, поскольку содержит в себе отчужденность и отрицание другой и своей личности.

Грех есть отчужденность. «Грех от Бога разлучает… Таковой человек жив, и мертв есть — жив телом, но мертв душою» (святитель Тихон Задонский). Всякий грех, всякое нарушение закона Божия (ибо, по слову апостола, «грех есть беззаконие»46), то есть нарушение Божественных заповедей, заключает в себе отчужденность от Личности Того, Кто дал эти заповеди. Поэтому «всякий грех, по причине презрения к Божию повелению, называется (см. 2 Кор. 10: 5. — Авт.)

43 Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. Масонство в современной России. М., 2002. С. 381-382.

44 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. М., 2002. С. 55.

45 Блаженный Августин Аврелий. Исповедь. М., 1997. С. 21-22.

46 1 Ин. 3: 4.

возношением, взимающимся на разум Божий» (святитель Василий Великий, «О суде Божием»). Исполнением заповедей человек показывает свою любовь к Богу и свою готовность быть вместе с Ним: желание вернуться в семью Творца и Отца мира. Напротив, в преступлении заповедей человек заявляет о своем безразличии к Богу и подчинении самолюбию.

Как говорит преподобный Симеон Новый Богослов, «во всяком нарушении заповеди (Христовой) находится неверие и отречение (т. е. отчужденность. — Авт.) от Него» (слово 24). Неверие есть отчужденность от Бога, а вера — это живой союз с Богом. Поэтому Христос в Евангелии сказал, что Утешитель (Дух Святой) «пришед обличит мір… о грехе, что не веруют в Меня…» (Ин. 16: 7-9). То, что неверие — это отчужденность от Бога, видно и из следующих слов апостола Павла: «Смотрите, братия, чтобы не было в ком из вас сердца лукавого и неверного, дабы вам не отступить от Бога живого» (Евр. 3: 12).

Закон Божий, как мы знаем из Священного Писания, весь заключается в любви. Поэтому нарушение его (беззаконие) есть нелюбовь, то есть отчужденность.

Отчужденность — это корень и суть трагедии мира. Отчужденность в людях не есть их нормальное состояние, а есть следствие их грехопадения. Началась она в раю. Сначала жизнь наших прародителей, Адама и Евы, была непрестанным служением Богу, личностным общением с Ним и друг с другом. Но произошла трагедия. Наши прародители поддались обольщению сатаны, который предстал перед ними в зверином образе змия. Своим непослушанием, выразившимся в нарушении заповеди Божией, они отпали от Бога.

Грех настолько изменил их, что они «скрылись от лица Господа Бога» (Быт. 3: 8), то есть в них вошло отчуждение от Бога, прекратилось личностное общение с Ним. Господь Бог, желая показать им, в какое ненормальное состояние они ввергли себя, и призвать их к покаянию, воззвал к Адаму и сказал ему: «Адам, где ты?» (Быт. 3: 9), то есть: «Где твоя личность? Зачем ты стал отчужденным от Меня? Через это ты и себя потерял. Посмотри, где ты теперь находишься, в каком состоянии?» Но Адам, вместо того, чтобы принести покаяние, сказал: «Голос Твой я услышал в раю и убоялся, потому что я наг, и скрылся. И сказал Бог: кто сказал тебе, что ты наг? Не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть?» (Быт. 3: 10-11).

По причине отчужденности от Бога, Адам стал бояться Его, так что не захотел даже встретиться, увидеться с Ним и потому спрятался от Него. В ответах Адама Богу видны желание уйти от очей Божиих и попытка скрыть свою вину, а также неправда в словах (начало лжи в людях), что он скрылся от Бога только по причине своей наготы.

«Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от древа, и я ел. И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела» (Быт. 3: 12-13). Из этого видно, что за отчужденностью от Бога последовала отчужденность между самими людьми. Адам стал оправдывать себя и осудил Еву, обвинив ее (начало осуждения других) — а заодно и Самого Господа Бога, давшего ему ее — в том, что именно она дала ему вкусить запретный плод. Тем самым Адам отделил себя от Евы. И Ева, не признав своей вины и не принеся покаяния пред Богом, отделила себя и от Бога, и от Адама. Люди сделались чужими друг для друга, чуждыми (отсюда — отчужденность) друг другу. По слову святителя Игнатия (Брянчанинова), прародители наши «подверглись враждебным отношениям между собою, несмотря на плотской союз свой»47.

Это пребывание в состоянии отчужденности Бог назвал смертью, когда, воспрещая Адаму и Еве вкушение от древа познания добра и зла, сказал: «Ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2: 17). Смертоносная зараза отчужденности вошла в природу человека. Богоподобие человека и его богообщение утратились, образ Божий в человеке исказился. Вместе с ядом отчужденности в человеческое естество пришла звериность (звероподобие), ибо до падения, как говорит святитель Феофан Затворник, «мы были духовны»48. «Мы, — говорит святой Григорий Синаит, -став чрез преслушание подобными скотам, от свойственных нам, богоданных благ отпали, и соделались из разумных скотскими и из божественных зверскими»49. «Праотцы наши имели все, даже безсмертие. Хотелось большего. «Станьте как боги»! Попробовали и уподобились окружающим животным» (священник Александр Краснов, «Письма старца Антония»)50.

С тех пор, как заразился человек отчужденностью, воля его стала удобопреклонной ко греху. Недаром Господь Бог сказал

47 Свт. Игнатий (Брянчанинов). Судьбы Божии. С. 23.

48 Внутренняя жизнь. Слова епископа Феофана. С. 19.

49 Добротолюбие. Т. 5. Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1993. С. 181.

50 Священник Александр Краснов. Письма старца Антония. Без м. и г.

Каину, что у дверей его сердца лежит грех: «Он влечет тебя к себе, но ты господствуй над ним» (Быт. 4: 7). То есть, теперь человек должен употреблять усилие для победы над грехом и отчужденностью (ср.: «Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его» из 11:12 Евангелия от Матфея и «Побеждающему (грех и отчужденность) дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем на престоле Его» из 3:21 Апокалипсиса).

Но сначала отчужденность появилась среди ангелов. И произошло это еще до сотворения человека. Все ангелы по своем сотворении были связаны между собой союзом любви, пребывали в личном общении с Богом и друг с другом. Как существа духовные, как личности, они были одарены от Бога свободой и имели власть оставаться в этом состоянии личного общения (которое и может быть только свободным, ибо нельзя любить по принуждению, никого нельзя заставить любить) и преуспевать в этом добре (все больше и больше возрастая в любви) или — измениться в худшую сторону, отпасть от Бога, отказаться от общения и любви.

И вот вскоре после сотворения один из ангелов отпал от добра и оказался во зле, стал враждовать против Бога, то есть впал в состояние отчужденности. Он возымел желание сделаться равным Богу, «быть подобным Всевышнему» (см. Ис. 14: 12-14), захотел стать богом без Бога, вне общения и любви. За этим самообольщением последовало явное неповиновение Богу и дерзкое возмущение против Него. Он начал клеветать на Бога, все отрицать и всему противиться. Таким образом он из светлого ангела стал диаволом (клеветником) и сатаной (противником, отрицателем, разрушителем). Оба этих наименования (диавол и сатана) указывают на отчужденность. Тот же смысл имеют и такие наименования главного падшего ангела, как «князь тьмы», «дракон», «змий», «зверь» и другие. А наименования «люцифер» (от лат. lucifer — светоносный) и «денница» (утренняя звезда) указывают на прежнее светлое состояние этого падшего ангела.

Сатана стал «отцом» отчуждения в мире разумных тварей, в мире личностей, стал «царем над всеми сынами гордости» (Иов. 41: 26), источником и воплощением зла, хаоса, греха, смерти, лжи (поэтому Господь в Евангелии и называет его «ложью и отцом лжи»). За собой сатана увлек множество других ангелов (ср. Откр. 12: 4: «Хвост его увлек с неба третью часть звезд и поверг их на землю»), которые тоже добровольно     сделались     злыми,     заразившись этой отчужденностью. «И произошла на небе война. Михаил (архангел) и ангелы его воевали против дракона, и дракон и ангелы его воевали против них. Но не устояли, и не нашлось для них места на небе. И низвержен был великий дракон, древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную, низвержен на землю, и ангелы его низвержены с ним» (Откр. 12: 7-9). Согласно Евангелию, сатана (вместе с другими отчужденными от Бога ангелами) спал с неба «как молния» (см. Лк. 10: 18). «Уподобление молнии указывает на сияние прежнего состояния и на скорость падения» (святитель Филарет Московский)51. Диавол был «низвержен в ад, в глубины преисподней» (Ис. 14: 15). Изгнание диавола, как и его падение, по учению святой Церкви, произошло до сотворения человека. Причем «если до сотворения человека и для диавола оставалось еще какое-нибудь место покаяния, но как по гордости и зависти произошло убиение возвеличенного (то есть человека. — Авт.), с тех пор заключено для диавола место покаянию» (преподобный Антоний Великий).

Произошло именно «убиение возвеличенного», то есть произошло духовное убийство человека диаволом, который потому и называется в Евангелии «человекоубийцей искони» (Ин. 8: 44). Премудрый Соломон говорит: «Бог создал человека для нетления и соделал его образом вечного бытия Своего; но завистью диавола вошла в мир смерть» (Прем. 2: 23-24). Бог сотворил человека по образу Своему — разумным и свободным, но «после того, как через преступление заповеди мы помрачили и исказили черты образа Божия в нас, то мы, сделавшись злыми, лишились общения с Богом, оказались вне жизни, подпали тлению смерти» (преподобный Иоанн Дамаскин). Утрата ближайшего и непосредственного общения с Богом и погружение в мрачную стихию отчужденности — вот главное следствие грехопадения. Бог уже не являлся людям видимым образом, как в раю, то есть молитва людей стала несовершенной.

Грехом вошла в мир смерть. Следствием грехопадения и вошедшей в природу человека разрушительной, разъединяющей отчужденности явились болезни, страдания и смерть телесная, отделяющая тело от души. Ведь «смерть не есть существительное, смерть — это прилагательное, прилагательное ко греху» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я).

51 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1350.

Человек отпал от Бога, Который есть Жизнь; он подвергся смерти прежде всего духовной, а за ней неизбежно последовала и смерть физическая. Греческий богослов митрополит Иерофей (Влахос) пишет об этом так: «Грех, вследствие которого родилась смерть, — это падение Адама в раю сладости. Бог, дав человеку заповедь не есть от запретного плода, в то же время известил его: «В день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2: 17). И действительно, после совершения этого греха смерть вошла в человеческое естество; сначала смерть духовная, которая заключается в отлучении души от Бога, а потом смерть телесная — разлучение души с телом»52. Вот почему сказал Христос: «Истинно, истинно говорю вам: кто соблюдет слово Мое, тот не увидит смерти во век» (Ин. 8: 51). Кто соединен любовью с Богом (свидетельством чего является исполнение Его воли, Его заповедей), тот не увидит смерти.

Последовавшие за грехопадением человека изгнание из рая, страдания и физическая смерть явились «как бы некоторой уздой для человека» (святитель Кирилл Александрийский, «О вочеловечении Господа»), то есть средством предупреждения развития в нем отчужденности до крайних, сатанинских пределов.

Когда человек воспротивился Богу, тогда же и вся природа стала противиться — и между собой, и человеку. «Терния и волчцы возрастит тебе земля» (Быт. 3: 18), — сказал Господь согрешившему человеку. Животные стали бояться человека, стали дикими и хищными.

«Грех, — учит святитель Василий Великий, — раздробил единое человеческое естество на множество враждующих частей». Именно в отчужденности состоит так называемый первородный грех, который со всеми своими последствиями перешел от Адама и Евы на все их потомство, то есть на все человечество, — на всех нас. Вкушение запретного плода Адамом и Евой было только началом отчужденности, только первым толчком. В человека вошло начало греха, «закон греха» (Рим. 7: 18, 22-23), то есть «закон отчужденности». В дальнейшем, после изгнания наших прародителей из рая, взаимное отчуждение в человечестве не только не уменьшилось, но, напротив, все больше и больше увеличивалось. Старец Паисий Афонский говорит, что Каин53 после убийства им Авеля   (это было первое убийство и первая

52 Цит. по: «Усмань Православная». 2004, № 13.

53 См. Быт. 4, 2-15.

телесная смерть в истории человечества) «кружил по лесам подобно дикому зверю»54.

Греческий богослов Георгий Мандзаридис пишет: «Грех привел человека к отпадению (отделению) от Бога и от ближнего. Единая человеческая природа утратила свое единство и раскололась на эгоцентрические индивидуальности, которые и сами по себе живут в расколе и противоречии. Спасение, которое Бог подает в Церкви, ставит человека в общение с Богом и возвращает единство с самим собой и с миром»55.

В большей или в меньшей степени отчужденность и безсловесие (звериность) присутствуют в каждом из нас.

Подобно Адаму и Еве, все мы «вкушали дерзостно безсловесия снеди» и, подобно Каину, «убивали ум (дух) безсловесными стремленьми» (из Великого покаянного канона святого Андрея Критского). «Преклонився, Иисусе, безсловесными сластьми, безсловесен явихся, и скотом воистину, о Иисусе мой, страстно окаянный уподобихся, Спасе: тем же Иисусе, безсловесия мя избави», — молимся мы в каноне Иисусу Сладчайшему. Ежедневно в числе вечерних молитв православный христианин читает молитву ко Пресвятому Духу, в которой содержится прошение о прощении всего, чем согрешил в течение дня «яко человек, паче же и не яко человек, но и горее (хуже) скота». Или, например, в каноне предпразднства Рождества Христова (21 декабря по ст. ст.) читаем: «…в яслех возлег (Богомладенец Христос) безловесных, разрешил еси безсловесия ны.». А в каноне святым апостолам мы обращаемся к ним: «Иже словом безсловесие разрешивше языков, апостоли, от безсловесных деяний люте омраченное сердце мое, Утешителя благодатию просветите, апостоли». Есть в церковных молитвословиях и песнопениях немало и других мест, говорящих о безсловесии и скотоподобии.

Отчужденность стоит за всякой греховной страстью, является фоном для страстей и источником их питания.

Присутствует отчужденность как в грубых страстях (гнев, блуд), так и в более тонких (сребролюбие, славолюбие, самолюбие, чревоугодие). Новый Завет говорит нам о том, что все добродетели обнимает собою любовь, на ней все они утверждаются, ибо любовь «есть совокупность совершенства»

54 Старец Паисий Святогорец. С болью и любовью о современном человеке. С.

52530.

55 Мандзаридис Г. Глобализация и глобальность: химера и истина. М., 2004.

(Кол. 3: 14). Так и все грехи и греховные страсти обнимает собою отчужденность.

Отчужденность — причина непонимания людьми друг друга. Бывает, например, что один человек пытается что-то объяснить другому, а тот никак не может понять смысла его слов, хоть и говорят они на одном языке. Отчужденность — причина холодности, мрачности и жестокости сердца, равнодушия к ближним, безразличия к духовному. Она же — причина лукавства, фальши (актерства) и искусственности в людях.

Взаимосвязь лукавства и звероподобия (отчужденности) хорошо показал Иван Ильин: «Все люди хитры (то есть лукавы. — Авт. ), за исключением, может быть, душ наивно-чисто­сердечных и детски невинных. Наша хитрость происходит из инстинкта, из чувства самосохранения и от сознания, что очень немногие действительно хорошо к нам расположены; а большинство… кто знает, как они относятся к нам? Подобно пугливой птице, подобно робкой серне (то есть подобно животным. — Авт.), ходит человек по лесным дебрям жизни и остерегается, не хочет подвергать себя опасностям; он оглядывается вокруг, скрывает свои намерения, готов спрятаться от возможных врагов или направить их по ложному пути. Это простой социологический факт, и только в раю, возможно, будет иначе»56.

Звероподобие делает нас похожими на демонов, а духовной своей природой мы подобны ангелам. «Мы веруем, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), — что в сердце человеческом имеется вожделение скотоподобное, внесенное в него падением, находящееся в отношении с вожделением падших духов; мы веруем, что имеется в сердце и вожделение духовное, с которым мы сотворены, которым любится естественно и правильно Бог и ближний, которое находится в гармонии с вожделением святых ангелов. Чтоб возлюбить Бога и в Боге ближнего необходимо очиститься от вожделения скотоподобного. Очищение совершает Святый Дух в человеке, выражающем жизнью произволение к очищению»57.

Дели себя, советуют Святые Отцы, на себя и на врага в себе, внутреннего врага. То есть, дели себя на твою личность и на то безличное, что вошло в тебя, будучи чуждым и враждебным тебе. Это безличное и есть отчужденность и звериность. Святитель Феофан Затворник называл это чуждое самостью, которая вошла в природу людей после их грехопадения.

56 См.: Ильин И. Хитрец // «Усмань Православная». 2004, № 13.

57 Свт. Игнатий (Брянчанинов). О прелести. СПб., 1996. С. 88.

Замкнутость на себе (самость) означает непризнание других личностей, то есть отчужденность от них. А поскольку звери тоже не признают других личностей, ибо и сами таковыми не являются, то эта отчужденность есть одновременно звериность. Для животных непризнание других личностей естественно, а для человека противоестественно: человек сотворен как личность, поэтому для него естественным является видеть личность и в других.

В Скитском патерике есть следующее сказание. Авва Пимен говорил: «Если человек достигнет того состояния, о котором сказал Апостол: Вся убо чиста чистым (Тит. 1: 15), то увидит, что сам хуже всякой твари». Брат спрашивает старца: «Как могу думать о себе, что я хуже убийцы?» Старец отвечал: «Если человек дойдет до состояния, указанного Апостолом, и увидит человека, совершившего убийство, то скажет: «Он однажды58 сделал свой грех, а я убиваю каждый день»». Авва Пимен говорит здесь о зрении подвижником в себе и оплакивании отчужденности, в основе которой — отрицание личности «другого», что в духовном смысле есть убийство.

Преодоление в себе отчужденности было главной духовной проблемой в жизни преподобного Силуана Афонского. Долгое время он находился в состоянии напряженной духовной борьбы. Он никак не мог избавиться от этого отчуждения, когда на человека смотришь «со стороны», «косым» и холодным взглядом, в мыслях проходит осуждение, в сердце бывает неприязнь, отталкивание человека, безразличие к нему. Когда одну ночь он был уже на грани отчаяния, то молился Богу: «Как возможно избежать этого?» И был ему ответ: «Держи ум твой во аде и не отчаивайся» (то есть, ни в чем ни от кого не отделяйся, люби как самого себя и всех тех, кто находится во аде, представляй себя находящимся рядом с ними, плач о них и о себе, представляй, что это ты находишься там; но не отчаивайся, не забывай о неизреченной и непостижимой любви Божией к Своему созданию — и к тебе, и к ним, то есть не отчуждайся от Бога, будь единым целым и с ними, и с Богом). И это слово Божие («держи ум твой во аде и не отчаивайся») стало для преподобного Силуана началом победы, исходом ко вселенской любви, любви ко всем. Он перестал бояться, осуждал себя во ад, и тогда исчезало отчуждение от людей,

58 Скитский патерик. О стяжании евангельских добродетелей. Сказания об изречениях и делах святых и блаженных отцов Христовой Церкви. М., 2001. С. 23.

оставалось одно сострадание59. С тех пор, как замечает архимандрит Софроний (автор книги «Старец Силуан»), преподобный Силуан «никогда ни внешне, ни внутренне не оттолкнул ни одного человека».

«Человек, как член Церкви, призван жить в единстве человеческого рода, который находится в нынешнем мире в состоянии разделения и раздробленности. Он призван возлюбить как самого себя того, от которого он оторван, и принять как своего брата всякого своего ближнего, друга или врага: стать вселенским и всемирным. Это есть и важнейшая цель соблюдения заповедей. Все сказанное не представляется возможным и даже кажется непостижимым в быту нашей повседневной жизни. Поэтому христианское учение кажется миру нелепым. Только переход в жизнь Христову и церковную оправдывает сказанное и делает его реальным.

В плоскости повседневного опыта человек переживает единосущие человечества внутри трагичности разделения. Поэтому он постоянно остается раздвоенным и недовольным. Жизнь кажется ему естественным состоянием, но искаженным и трагическим. А внутри духовной жизни Церкви человек призван переживать единство человечества, несмотря на состояние разделения. Он призван победить трагичность верой во Христа, как член Его Церкви.

Любовь ко врагу кажется совершенно нелогичной. Но она становится критерием для общей оценки того, есть ли христианская любовь. «И аще любите любящия вы, кая вам благодать есть? Ибо и грешницы любящия их любят… И аще взаим даете, от нихже чаете восприяти, кая вам благодать есть? Ибо и грешницы грешником взаим давают, да воспримут равная. Обаче любите враги ваша…» (Лк. 6, 32-35).

Таким образом, христианская любовь оказывается в противоречии с тем, что человек считает разумным. Соответственно, и христианская нравственность с самого начала оказывается чем-то безнравственным по отношению к нравственности, принятой в мире. Христианская нравственность призывает человека сообразовываться с божественным нравом, который отличается от человеческого и входит с ним в противоречие. Она призывает человека вести себя в мире так, как Бог. Это означает делать добро всем, любить друзей и врагов и жертвовать собой ради других» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

«Любите врагов ваших», — говорит Христос (Мф. 5: 44). Это значит: любите других не за что-то, не за то, какие они по отношению к вам, а их самих, «как самого себя» (Мк. 12: 31), то есть не отделяя их от себя, не отчуждаясь от них, считая их вместе с собою единым целым. В ком есть любовь, учит преподобный Ефрем Сирин, «тот не смотрит ненавистным

59 См.: Архим. Софроний (Сахаров). Старец Силуан. Париж, 1952. С. 20.

оком» и «никого не почитает чужым, но все ему свои»60. Такое состояние, когда никто не представляется чужим и всех видишь добрыми и хорошими, бывает у православного христианина особенно после теснейшего общения и соединения со Христом в таинстве Божественного Причащения.

По мысли святителя Игнатия (Брянчанинова), христианина, достигшего святости, благодать Духа Святаго подвигает к тому, чтобы жалеть и любить даже падших ангелов, оплакивая их отпадение от Бога.

+ + +

Апокалипсис говорит о последней степени развития взаимной отчужденности у людей перед кончиной мира. Когда греховность достигает крайних пределов (что и характерно для человечества последних времен), тогда чрезмерно увеличивается и отчужденность, звериность людей.

Вот и нынешние «достижения» «технического прогресса» (телевидение, компьютеры, мобильные телефоны, современная музыка, транспорт, различные технические «удобства» и так далее) как раз и представляют эту отчужденность как данное, более того — они культивируют ее в людях, заставляют относиться к другим не как к личностям. Весь уклад жизни ныне располагает человека к отчужденности. Можно сказать, что отчужденность царит в современном «цивилизованном» обществе. У философов и социологов есть даже особый термин для обозначения современной западной цивилизации — «отчужденное общество»61.

Весь строй современной жизни направлен на развитие в человеке животности и механицизма. Все меньше люди общаются друг с другом непосредственно, все больше они общаются с различными устройствами и машинами, или посредством машин. «Удобства, изобретенные людьми, перешли всякие границы, — сетует старец Паисий. — Возросшее число машин и самого человека сделало машиной. Теперь машины командуют человеком, и сердце у него стало железным».

«Цивилизация, — отмечает архимандрит Рафаил (Карелин), -разъединяет людей, отделяет их друг от друга, поэтому

60 Св. Ефрем Сирин. Творения. Т. 1. Издательский отдел Московского Патриархата, 1993. С. 6.

61 См., напр.: Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. 6-е изд. М., 1991. С. 238.

большие города становятся не только муравейником из стекла и бетона, но и самой настоящей пустыней для духа. Человек разлучается с другими людьми не расстоянием, а отсутствием внутреннего контакта, ему не нужны живые люди — гораздо удобнее и легче общаться с машиной. Человек пытается вложить в машину программу коллективного разума, но на самом деле машина сообщает ему свои свойства, вкладывает в него свою компьютерную систему. Человек технической цивилизации запрограммирован, как машина. Он превращен в биологический аппарат, подчинен жесткому режиму стандарта, а в качестве альтернативы этому стандарту он может противопоставить только одно — свои собственные неврозы. Здесь мы встречаемся со странным явлением: безумие как бунт против машины. Патология в искусстве, патология во всех областях личной жизни. Здесь машина не только побеждает человека, но и убивает, уничтожает его»62.

В поистине пророческой книге священника Александра Краснова «Духовные беседы и наставления старца Антония» (в 3-х частях), изданной в наше время по благословению старцев-схимников и получившей большую известность среди «малого стада» Христова, сказано: «Поезд современной цивилизации -это добровольное предание себя диаволу, передача своей души на вечные мучения, добровольное отречение от желания богообщения и богоуподобления… Единственная возможность спасти себя, и тело, и душу, это соединиться с Богом, отрешиться от всего мирского… Чем больше «цивилизованно» место проживания людей, тем больше произойдет ужасов от технических и природных апокалиптических негораздов» (часть 2-я).

Личность

В Своем Откровении Бог открывается нам как «Аз есмь Сущий» (Исх. 3: 14). Это, пожалуй, центральные слова в Священном Писании. Этими словами Бог говорит нам: есмь Тот, Который есмь, т. е. — Я существую как Личность (как Лицо — Ипостась — Персона). Идея личности — стержневая для всего Священного Писания, ключевая для его понимания. Личность — это суть и главная тайна слова Божия, открывающаяся  всякому  ищущему  живого  Бога, всякому

62 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 116-117.

жаждущему истины, которая есть не «что», а «Кто»: «Аз есмь Истина» (Ин. 14: 6).

Православие — это религия света и жизни, говорящая о том, что живем мы в мире личностей. Это религия ипостасная, религия личности, вера в Личностного Бога — Отца и Сына и Святого Духа. Личность в Православии — абсолютная ценность, суть всего: и тайны Святой Троицы, и тайны жизни вечной. Принцип личности — главный закон бытия. Личное бытие -первооснова всего сущего и главная реальность. Можно сказать, что это единственная истинная реальность («Аз есмь Сущий», значит: сущее (бытие) есть бытие личное, бытие личности), все остальное, по сравнению с личным бытием, — не реальность, а «реальность». «Видимое временно, а невидимое вечно», — говорит апостол Павел (2 Кор. 4: 18). Христианский персонализм показывает абсурдность ухода от истинного, реального Абсолютного Бытия, которое может быть только персональным, и интеллектуального взлета к сверхперсональному (то есть сверхличному, а значит -безличному) Абсолюту, к «Чистому Бытию», трансцендирующему все сущее, на самом же деле — небытию.

«Человек — отблеск существа, и заимствует от этого Существа характер существа. Бог, единый Сый, отражается в жизни человека» (святитель Игнатий)63. Бог, Сам будучи Личностью, и человека сотворил как личность. Это значит, что Бог сотворил человека как духовное, нравственное и ответственное существо, наделенное самовластием, то есть свободою самоопределения, свободою воли, выбора (и основным является выбор между добром и злом, то есть между общением и отчужденностью). Самосознание, возможность жить как духовная личность — это главный дар, полученный человеком от Бога. Этот дар составляет «норму человечности», как выражался святитель Феофан Затворник, добавляя, что без ясного самосознания «человек стал бы не человек» («Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться», письмо 12).

Архимандрит Рафаил (Карелин) пишет: «Мы говорим, что человек состоит из души и тела, но точнее будет сказать: из тела, души и духа, и именно духом он отличается от всех прочих населяющих землю существ. Дух — это обращенность к вечности, благодаря духу человек существует на грани между временным и вечным, между материальным и духовным. Дух человека общается с Богом. А у нас дух обворован,

63 Свт. Игнатий (Брянчанинов). Судьбы Божии. С. 13.

ограблен да еще избит… Главная цель человеческой жизни -богообщение»64.

Человек состоит из тела, души и духа. Дух есть высшая часть души. Дух — это личность, это сам центральный человек. По определению святителя Феофана, дух есть «самостоятельная, особая ли ность, свободно-разумная, нормальное состояние которой есть жизнь в общении с Богом»65. «Дух, — говорит святитель Феофан, — это сила, в Боге живущая, из Бога пиющая жизнь и все к Богу устремляющая — и в человеке и вне его, — и внутреннее и внешнее». И именно в духе, по словам святителя Феофана, «печать человечества». Если же Бог забыт и духовные устремления погасли, то «человек стал не похож на человека»66.

«Без веры человек — не человек, — учит святитель Феофан. — Если которые не верят из многоученых, то это не значит, что они шагнули далеко вперед или высоко махнули ввысь, а это значит, что они выступили из природы человеческой, -исказили себя и изуродовали» («Что есть духовная жизнь и как на нее настроиться»).

«Человек — это его вера», — говорил великий русский философ И. В. Киреевский (1806 — 1856). Другой великий русский мыслитель XIX века, Ф. М. Достоевский, в творчестве которого, как известно, проблематика, связанная с темой личности доминирует (смысл жизни, достоинство человека, свобода и ответственность, разъединенность человечества, человек и Бог, добро и зло, влечение и долг, рассудок и мораль и другие вопросы), видел в человеке не «ветошку», не «штифтик», не объект манипуляций, а личность, обладающую свободной волей и ответственную за совершенные деяния. В любой жизненной ситуации Достоевский требовал руководствоваться высоким нравственным принципом: «БЫТЬ ЧЕЛОВЕКОМ между людьми и остаться им навсегда, в каких бы то ни было несчастьях не уныть и не пасть»67, — до уровня зверя.

Каждый человек есть уникальная личность. Однако личность — это совсем не тот сгусток гордыни и тщеславия, который считает личностью «мир сей». Апостол Павел и вслед

64 Архим. Рафаил (Карелин). Умение умирать, или Искусство жить. М., 2004. С. 194-195.

65 Цит. по: Невярович В. К. Исцеление словом. М., 2000. С. 8.

66 Внутренняя жизнь. Слова епископа Феофана. С. 19-20.

67 Цит. по: Достоевский // Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. С. 129.

за ним Святые Отцы различают «внутреннего» и «внешнего» человека (см., напр.: 2 Кор. 4: 16; Еф. 3: 16). Под первым они понимают духовное начало в человеке, а под вторым — его плоть и животные инстинкты и влечения. Внешний человек -это не «я», а «мое»; рука — это не «я», тогда как «я» — это словесное начало моей души (святитель Григорий Нисский). «Я признаю, — говорит святитель Иоанн Златоуст, — двух человеков, одного — видимого и другого — скрывающегося в видимом. У нас есть внутренний человек, и что составляет наше совершенство мы имеем в разумной душе, так что тело есть только дом, селение души человека, собственно же человеком является то, что составляет душу, мое «я»68.

«Я» — это моя духовная природа, личность, которая есть образ Божий; а тело и его ощущения — это «мое». «Душа и ум -это мы, поскольку сотворены по образу Создавшего; тело и приобретаемые посредством него ощущения — это наше; около же нас — имущества, искусства и прочие удобства жизни» (святитель Василий Великий, «О познании себя»).

И современная медицинская наука наглядно показывает нам, что после смерти тела наша личность, наше существенное «я» не умрет, а будет продолжать существование, хотя и в совершенно новых условиях. Умирая, все мы почувствуем отделение нашего безсмертного «я» от его временного дома -физического тела. Одна из умиравших женщин сказала: « выхожу, а тело — пустая оболочка». И эта женщина, и все другие никогда не говорили, что из тела вышла их душа. Из тела вышло «я», и «я» потом наблюдало со стороны свое тело и все, что с ним делали врачи69.

Когда дух пленен страстями, то человек предается животной чувственности, не зная предела и меры. Эту безмерность сообщает ему дух, попавший в плен, и проявляется нечто, животным несвойственное.

«И создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою» (Быт. 2: 7). Вот величественная словесная икона Божественного творческого акта, которым человек был приведен в бытие. Откровение о Божием даре — безсмертном человеческом духе -образно представлено словом «дыхание», по толкованию святителя Игнатия (Брянчанинова): «Душа от первого видимого действия, свидетельствующего о присутствии ее в человеке,

68 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 1. С. 283.

69 См.: Калиновский П. Переход. Последняя болезнь, смерть и после. М., 2003. С. 206.

названа дыханием жизни; самое вдохновение ее отнесено к лицу человека (отсюда такие слова, как «личность», «лицо», «личный» и т. д. — Авт.), как к той части тела, которая одна по преимуществу служит зеркалом души, выражая на себе характер ее движений и ощущений».

Символ жизни, дыхание изображает духовную жизнь, по слову святого Иоанна Кронштадтского: «Как дыхание необходимо для тела, и без дыхания человек не может жить, так без дыхания Духа Божия душа не может жить истинною жизнию. Что воздух для тела, то Дух Божий для души». А также по толкованию святителя Игнатия: «Повторением дуновения вочеловечившимся Богом при воссоздании человека объясняется дуновение Божие при сотворении души человеческой. Господь наш Иисус Христос, совершив наше искупление и предуготовляя человечество к принятию Святого Духа, стал посреди учеников Своих по воскресении Своем, дунул и сказал им: «Примите Дух Свят» (Ин. 20: 22), Который вскоре и низошел на них в виде огненных языков при шуме с неба, как бы от несущегося сильного дыхания ветра (Деян., гл. 2). Этим вторым дуновением объясняется и указуется, что и при первом дуновении было сошествие Святого Духа».

Во время сошествия Святого Духа апостолы ощутили в сильнейшей степени живое богообщение (так что некоторым очевидцам показалось, что они пьяны), и через это личностное богообщение совершилось восстановление в них истинной, богоподобной человеческой личности. И эта же благодать Святого Духа сообщалась затем через апостолов и их преемников всем вступающим в Церковь Христову, возрождая в них истинную личность, и сообщается и поныне. Вот почему Дух Святой именуется Церковью «животворящим».

«Человек (греч. — ανθρωποζ, от ανω- вверх, τρεπειν -обращать и οψ — лицо, взор) — существо, имеющее лицо свое обращенным вверх, к небу, как цели бытия и будущему жилищу; или имеющий чело обращенным кверху (внешнее отличие от безсловесных животных); некоторые производят от ανω и ανθρειν — смотреть вверх»70. Чело-век — чело (лицо-личность, ум, дух) обращено в век (в вечную жизнь).

На протяжении всего Евангелия Спаситель утверждает высо айшее достоинство елове еской ли ности, а также неизмеримое превосходство природы человека над природой животных. Например: «Взгляните на птиц небесных: они ни

70 Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1740.

сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их?» (Мф. 6: 26; см. также: Лк. 12: 7, 24); «Сколько же лучше человек овцы?» (Мф. 12: 12).

Священное Писание говорит о создании человека по образу и подобию Божию, чем он неизмеримо превосходит животных, а потому должен господствовать над ними: «И сказал Бог: сотворим человека (как лицо-личность) по образу Нашему (Лиц Святой Троицы) и по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверями, и над скотом, и над всею землею, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле» (Быт. 1: 26). На истине о сотворении человека по образу и подобию Божию строится вся святоотеческая антропология.

Образ Божий Святые Отцы усматривали именно в присутствии в человеке духовного начала — личности71. А подобие Божие в человеке — это возможность уподобления Богу, способность жить духовно — как личность. «Образ Божий состоит в естестве души, — говорит святитель Феофан Затворник, — а подобие — в свободно приобретаемых ею богоподобных качествах. То, что наша душа невещественна, проста, духовна и разумно-свободна — это относится к образу Божию. А когда она должным употреблением разума и свободы познает истину и станет искренно содержать ее, сердце же украсит всякими добродетелями, тогда сии качества составят в72 ней подобие Богу» . О соотношении образа и подобия Божия в человеке очень точно говорит и афонский старец Иосиф Исихаст: «Если божественных даров не имеешь, то знай, что и подобием Господа нашего не владеешь! Если же душу свою оскверняешь, то и образ Божий в себе помрачаешь, на адский мрак себя обрекаешь!»73.

Если образ дан человеку раз и навсегда и не может быть уничтожен, то подобие зависит от свободного выбора человека, от направления его воли.

«Бог есть Существо абсолютно свободное; и душа человека имеет свободу воли. Потому человек может желать, но может и не желать быть подобием Божиим, ибо это зависит от свободного желания самого человека, от направления его свободной воли. Подобие Божие зависит от

71 См.: Лосский В. Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. Догматическое богословие. М., 1991. С.91.

72 Внутренняя жизнь. Слова епископа Феофана. С. 90.

73 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. Пер. с греч. Изд. 2-е. Свято-Троицкая Сергиева Лавра, Свято-Преображенский Валаамский монастырь, 2000. С. 288.

направления душевных способностей. Оно требует духовной работы человека над собою. Если человек стремится к истине, к добру, — к правде Божией, то он становится подобием Божиим. Если же человек любит только самого себя, лжет, враждует, делает зло, заботится только о земных благах и думает только о теле своем, и не заботится о душе своей, то такой человек перестает быть подобием Божиим (т. е. похожим на Бога — Отца своего Небесного), а делается похожим в своей жизни на животных (это скотоподобие и звероподобие. — Авт.) и может окончательно уподобиться злому духу — диаволу (это уже демоноподобие. — Авт.)» («Закон Божий»).

Образ дан как реальность, а подобие дано как возможность; первое дано, а второе задано. Образ — это форма, а подобие -содержание. Подобие — это красота образа Божия в человеке, которая может быть изменена грехом, образ Божий может быть искажен. Может остаться только форма, без содержания. Человек может отказаться от духовной жизни, то есть от жизни своей личности, он может выбрать смерть, а не жизнь. «Это та жизнь, о которой сказал Моисей, когда жил, к народу, говоря: избери себе жизнь, чтобы жить» (3 Езд. 7: 59); ср. Втор. 30: 19). «Бог, сотворивший человека, есть истинная жизнь; поэтому, кто утратил подобие Божие, тот утратил и общение с жизнью» (святитель Василий Великий). Не жить как духовная личность — значит отрицать замысел Божий о себе как Его образе и подобии.

Но личностью можно быть только тогда, когда в других признаешь личность. «Сия есть заповедь Моя, — говорит Христос, — да любите друг друга, как Я возлюбил вас. Нет больше той любви, как если кто положит душу свою за друзей своих. Вы друзья Мои, если исполняете то, что Я заповедую вам. Я уже не называю вас рабами, ибо раб не знает, что делает господин его; но Я назвал вас друзьями, потому что сказал вам все, что слышал от Отца Моего» (Ин. 15: 12-15). Само слово «друг» подразумевает признание и принятие личности «другого», другой личности.

Обретение своей личности происходит через отношение к другой личности. И это отношение — любовь. «Если любви не имею, я ничто», — говорит апостол Павел (см. 1 Кор. 13: 2). Другого отношения здесь быть и не может, так как всякая нелюбовь будет уже не отношением к другой личности, а отрицанием ее. Ведь как можно относиться к тому, что отрицаешь?

Жизнь личности — это личное общение и единение с другими личностями. Именно это имеет в виду Сын Божий, говоря в Евагелии от Иоанна: «Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною» (Ин. 6, 56-57).

Главная потребность, заложенная Творцом в человека, — это потребность в личном общении, то есть в любви. Вот почему Святые Отцы говорят, что Бог — наша жизнь, и также говорят, что наш ближний — наша жизнь. Поэтому главной Божественной заповедью, согласно Евангелию, является двуединая заповедь о любви: любви к Богу и любви к ближнему. Эта заповедь отождествляется в Евангелии с вечной жизнью, например: «И вот, один законник встал и, искушая Его, сказал: Учитель! что мне делать, чтобы наследовать жизнь вечную? Он же сказал ему: в законе что написано? как читаешь? Он сказал в ответ: возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всею крепостию твоею, и всем разумением твоим, и ближнего твоего, как самого себя. Иисус сказал ему: правильно ты отвечал; так поступай, и будешь жить» (Лк. 10: 25-28). Значит, если человек не удовлетворяет эту свою главную потребность, свое стремление к личному общению, то он теряет жизнь вечную.

«Кто не любит Бога, тот не любит ничего» (старец Паисий Святогорец). Любя Бога и ближних, человек обнаруживает и истинную любовь к самому себе. Напротив, нелюбовь к другим показывает, что человек не любит, не видит и потому отрицает самого себя. «Души, — говорит преподобный Исаак Сирин, -пока осквернены и омрачены, не могут видеть ни друг друга, ни самих себя» («Слова подвижнические», слово 17).

Как известно, «Слова подвижнические» святого Исаака Сирина — одна из самых любимых книг прп. Серафима Саровского, старца Паисия Святогорца (как и его учителя иеросхимонаха Тихона), старца Иосифа Исихаста и других афонских подвижников. Мы еще не раз будем цитировать эту книгу.

С этим связано и православное понимание природы зла: оно не есть бытие, а отсутствие бытия. Зло «не имеет сущности» (святитель Григорий Богослов), оно, по словам преподобного аввы Дорофея, есть «онтологическое ничто». Святитель Василий Великий учит: «Не представляй себе, будто бы зло имеет особенную свою самостоятельность. Зло есть лишение добра. Сотворен глаз; а слепота произошла от потери глаз. Поэтому, если бы глаз по природе своей не подлежал порче, не имела бы места слепота. Так и зло не само по себе осуществляется, но следует за повреждениями души» («О том, что Бог не виновник зла»). На это же указывает святитель

Григорий Нисский: «Зло не существует онтологически, оно проявляется в предрасположенности души», то есть в направлении свободной воли.

Обладая сознанием и свободной волей, человек, в отличие от животных, может выбрать как должное (признание других личностей, любовь), так и не должное (путь своеволия, духовного отчуждения, что само по себе и есть зло). Человек, идущий по пути своеволия наперекор естеству, погружается в противоестественное, уродливое, неистинное бытие, бытие чудовища, воплощающее в себе появившееся благодаря ошибочному направлению свободной воли зло.

Актом своей воли существо личное может выбрать звериность, отказаться от признания и принятия других личностей, от любви, от общения, а значит, от жизни духовной, свободно-личной, то есть от жизни своей личности. Поэтому Евангелие говорит, что человеку, сознательно и решительно отвергающему свет и добро и выбирающему тьму и служение злу, лучше было бы и не родиться (Мф. 26: 24; Мк. 14: 21). Согласно Священному Писанию, человек может быть «тьмой»: «Вы были некогда тьма, а теперь — свет в Господе» (Еф. 5: 8), — говорит апостол Павел христианам. «Зло не есть что-либо другое, — пишет преподобный Иоанн Дамаскин, — кроме лишения блага, подобно тому, как и тьма — лишение света; ибо благо есть свет духовный, а зло есть тьма духовная»74.

Зло — это отчужденность. Преподобный Макарий Великий говорит, что «для Бога зла не существует» (ибо в Нем нет отчужденности), но для нас оно есть — как пребывание вне общения с Богом. Невозможно не быть во тьме и грехе тому, кто не имеет общения с Богом, то есть кто не имеет Божественной благодати. Слово «ад» и означает — «место, лишенное света», то есть — тьма, пустота. Как учат Святые Отцы, главное мучение — отсутствие общения с Богом. Ад — это место мрака, где души пребывают и мучаются, лишившись общения друг с другом и с Богом.

«Многие безрассудные, — рассуждает святитель Иоанн Златоуст, — желают только избавиться от геенны. Но я считаю гораздо мучительнейшим геенны наказанием не быть в оной славе. И тому, кто лишился ее, думаю, плакать должно не столько о геенских мучениях, сколько о лишении небесных благ. Ибо это одно есть жесточайшее из всех наказание».

74 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1350.

«Пустым пустое, а полным полное», — говорит Господь в Священном Писании (3 Езд. 7: 25). Только на личостной основе существует возможность самореализации духа. Утрата любви ведет к замиранию жизни духа, а значит, теряется жизнь ве ная, которая необходимо носит ли ностный характер. Личное общение есть жизнь духа (личности). Вне личного общения дух человека остается нереализованным, потерявшим смысл и предназначение своего бытия. Человек тогда становится «пустым». Это и есть вечная погибель и смерть духовная, а также «смерть вторая» (Откр. 20: 6), которая начинается уже здесь, на земле.

«Предоставь мертвым погребать своих мертвецов», — говорит в Евангелии Христос Своему ученику (Мф. 8: 22), указывая этими словами на то, что живые люди могут быть мертвыми по своему духовному состоянию. «Человек, не имеющий полного упования на Господа, не верящий Ему, уже мертв» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 2-я). Вечные мучения грешников, согласно церковному учению, будут состоять именно в мучительнейшем ощущении пустоты и томления в сердце, поскольку смерть духовная есть разрыв общения с Богом, отчуждение от животворной Божественной светлости. Поэтому адские мучения — это не просто наказание за недолжное поведение, это состояние, ужасное состояние отчужденности от Бога и других личностей, в котором пребывают непокаявшиеся грешники и падшие ангелы. «Идите от Меня, проклятые, в огнь вечный, уготованный диаволу и ангелам его» (Мф. 25: 41).

Грех отчуждает человека от Бога. «Грех есть отпадение от Бога, одно мгновение греха — и отпадение» (святой праведный о. Иоанн Кронштадтский)75. Человек является настоящим человеком единственно с Богом. Отдаляясь от Бога, человек уходит и от самого себя, теряет свое собственное лицо, деперсонализирует себя. В житии святого мученика Патрокла (17 августа ст. ст.) повествуется о том, как сей мученик обратился к императору-язычнику, принуждавшему его поклониться идолам, с такими словами: «Ты имеешь богатства земные, скоропреходящие, но ты нищ, ибо ты не имеешь самого себя, так как ты не стяжал в сердце своем святой веры в Господа нашего Иисуса Христа; посему ты будешь осужден Судиею праведным, — Богом, на мучения вместе с отцом твоим, — диаволом».

75 Святой праведный о. Иоанн Кронштадтский. Христианская философия. М., 1992. С. 142.

« Вы как бы не Меня оставили, а вас самих, говорит Господь» (3 Езд. 1: 27). Оборотной стороной отчужденности от Бога является самоубийство. Уподобляясь животным, люди, словно одержимые злыми духами евангельские свиньи, устремляются в бездну небытия (ср. Лк. 8: 26-39).

«Шестая заповедь гласит: Не убий (Исх. 20: 13), — пишет архимандрит Рафаил (Карелин). — Но мы безпрерывно убиваем свой собственный дух… И каждый день, отданный только земле, есть каждодневное самоубийство.   Не убий — значит выбери жизнь»76.

«Душа — искра Божественного света, она не может найти себя в материальном мире, и человек, украв себя у Бога, украл себя у себя самого»77.

Спастись — значит найти Бога и самого себя. «Царствие Божие внутри вас», — говорит Спаситель (Лк. 17: 21). Согласно одному из древних христианских апокрифов, Господу принадлежат такие слова: «Тот, кто нашел самого себя, — мир78 недостоин его» (Евангелие от Фомы, 115) . «Находясь вдали от Бога, — говорит старец Паисий Святогорец, — человек находится вне себя. Посмотри, в Евангелии написано, что блудный сын «придя в себя, сказал: пойду к отцу моему» (Лк. 15: 17-18). То есть блудный сын решил возвратиться к отцу, придя в себя, покаявшись. Живя во грехе, он был без разума и смысла, поскольку грех — вне здравого смысла» . «А отец сказал: … станем … веселиться, ибо сын мой был мертв и ожил, пропадал и нашелся» (Лк. 15: 24).

Православие дает возможность при помощи благодати Божией избавиться от рабства греху и от звериности и возвратиться к себе, а от себя к Богу, снова сделаться богоподобной духовной личностью. По словам святителя Феофана Затворника, спасение состоит в восстановлении в человеке образа и подобия Божия80.

«С Богом примирение и сроднение невозможны для нас, если мы наперед не возвратимся к себе и не войдем внутрь от вне. Только

76 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 60, 63.

77 Архим. Рафаил (Карелин). Умение умирать, или Искусство жить. С. 189.

78 Апокрифы древних христиан: Исследование, тексты, комментарии. М., 1989. С. 262.

79 Старец Паисий Святогорец. Духовная борьба. С. 178.

80 Внутренняя жизнь. Слова епископа Феофана. С. 91.

внутренняя    жизнь    есть    истинно-христианская    жизнь. О сем свидетельствуют все Отцы» (наставление Никифора Монаха)81.

Можно сказать, что Церковь — это Божественная мастерская, где созидается духовная личность, а Евангелие — практическое руководство, каким образом человек может стать духовной личностью. На созидание в человеке богоподобной личности направлены все без исключения Божественные заповеди (как ветхозаветные, так и — в особенности — новозаветные), а также все установленные Церковью правила, обычаи, распорядок и благочиние (особенно правила и распорядок монашеской жизни, как жизни равноангельской). А «когда человек с помощью Божественной благодати вновь обретет свою ли ность, — говорит афонский старец Иосиф Исихаст, — так что смертное сие облечется в безсмертие (1 Кор. 15: 54), по слову апостола Павла, и будет, так сказать, поглощено жизнью (см. 2 Кор. 5: 4)», тогда уже «становятся ненужными закон, заповеди и распорядок», «тогда поистине праведнику закон не лежит (1 Тим. 1: 9)»82.

На зарождение, развитие и поддержание в человеке жизни духовной, личной направлены все церковные таинства и обряды, начиная с таинства святого Крещения. В этом таинстве восстанавливается образ Божий в человеке: он умирает для жизни «звериной», то есть плотской и греховной, и Духом Святым оживает как духовная личность, получая силы для жизни духовной и святой. Христос, явившись апостолам после Своего славного воскресения, «дунул и говорит им: примите Духа Святаго» (Ин. 20: 22). По изъяснению Святых Отцов, это дуновение означало восстановление в человеке образа Божия, данного человеку при его сотворении (когда Бог «вдунул в лице его дыхание жизни») и искаженного грехопадением. Поэтому после дуновения Спаситель сказал Своим ученикам: « ому простите грехи, тому простятся. На ком оставите, на том останутся» (Ин. 20: 23). Вот почему таинство покаяния Святые Отцы назвали «вторым крещением».

«Полное вступление в Православную Церковь осуществляется через участие в трех основных Таинствах: Крещении, Миропомазании и божественной Евхаристии.

Крещение есть духовное рождение человека. Оно есть рождение «свыше», которое присоединяет человека к Церкви и записывает его в

81 Цит. по: Откровенные рассказы странника духовному своему отцу. «Лествица»,

  1. 822 С. 210.

82 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. С. 150.

Царствие Небесное: «аще кто не родится водою и Духом, не может внити во Царствие Божие» (Ин. 3, 5). Таинство Крещения создает начало истинной жизни. «Начало жизни для меня Крещение, и первый день жизни — день нового рождения», — пишет Василий Великий («О Святом Духе»). Такая характеристика Крещения, с одной стороны, показывает принципиальную его важность для истинной жизни человека, а с другой стороны, отмечает необходимость продолжения и доведения до конца этой новой жизни. Крещение освобождает человека от рабства греху и открывает путь к бытию «по подобию». Но шествие по этому пути становится возможным только по благодати Святого Духа. Поэтому с Таинством Крещения сопряжено и Таинство Миропомазания.

Если Крещение вводит в жизнь во Христе, то Миропомазание подает энергию для осуществления этой жизни. Как отмечает святой Николай Кавасила, Миропомазание соделывает духовные дарования для каждого человека соответственно его готовности («О жизни во Христе»).

Третье главное Таинство, в котором и осуществляется цель двух предыдущих Таинств — это божественная Евхаристия, которая представляет собой последнее и главное Таинство Церкви. «Никто не может преступить далее его или прибавить что-либо. Ибо первое Таинство, то есть Крещение, явно нуждается во втором, а второе в этом последнем. Но после Божественной Евхаристии уже не существует ничего другого, куда нам следует двигаться, но подобает остановиться здесь и подумать, как мы сохранили до конца наше сокровище. После умащения миром мы идем к трапезе, и это есть предел жизни, так что никто из дошедших уже не будет нуждаться во взыскуемом (человеком) благоденствии» (святой Николай Кавасила, «О жизни во Христе»).

Итак, в этих трех Таинствах — Крещении, Миропомазании и божественной Евхаристии, которые неразрывно связаны друг с другом, таинственно совершается воплощение человека в Церкви. В этих Таинствах человек становится причастником спасительного дела Христова и усваивает дарования Его. «Мы крестимся, чтобы умереть смертью Христовой и воскреснуть Его воскресением. Мы помазуемся, чтобы стать общниками царственного помазания обожения. Вкушая Священнейший Хлеб и испив из Святейшей Чаши, причастились той же Плоти и той же Крови, которую восприял Спаситель. Так мы связаны с Тем, Кто воплотился за нас, обожился как человек, умер и воскрес» (святой Николай Кавасила, «О жизни во Христе»)» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Достоевский утверждал: «Все тайны личности, то, как довести себя до совершенства, даны Православием». «Личное самосовершенствование, — говорил он, — есть не только начало83 всего, но и продолжение всего, и завершение всего». Наши мысли, слова и дела в каждый миг нашей жизни или созидают в

83 Из книги преподобного Иустина (Поповича) «Достоевский как пророк и апостол православного реализма». Цит. по: Пасхальная память. Воспоминания об иеромонахе Владимире (Шикине) / Автор-составитель Е. В. Ерофеева. Изд. 2-е. СПб., 2003. С. 119.

нас личность, делая ее богоподобной в соответствии с Божественным замыслом, или разрушают ее. И после телесной смерти наше существование не прекратится. Что здесь выстроим — так и там жить будем.

Спастись — значит спастись, освободиться от звериности. Человек должен найти себя среди чуждого, вторгшегося в него, обступившего со всех сторон. А чуждое — это грех, то есть -огреха, ошибка в поиске, неправильно выбранный путь (в греческом языке слово «грех» — амартиа — буквально означает «промах», «уклонение от цели»). Грех убивает человека, делает его духовным мертвецом (см. Еф. 2: 1). Всякий грех и всякая страсть — это усыпление, погашение, отрицание духа. Неслучайно Святые Отцы (как, например, преподобный Иоанн Лествичник) называют страсти «мысленными зверями». «В мысленной силе души, — говорит святой Григорий Синаит, — рождаются и действуют помыслы, в раздражительной — зверские страсти, в вожделетельной — скотские похоти, в уме — мечтательные воображения, в рассудке — мнения»84.

Грех — это всегда звериность, «зубы его — зубы львиные, которые умерщвляют души людей» (Сир. 21: 3). Основание и следствие греха — отчужденность от других ли ностей. Вот почему сказано: « то делает грех, тот от диавола» (1 Ин. 3: 8). Святые Отцы говорят, что корень всех грехов — гордость, но разве гордость не есть самость (по выражению святителя Феофана Затворника), и разве самость не есть закрытость, отчужденность?

Из Священного Писания и святоотеческого учения мы знаем, что спастись невозможно без покаяния. Покаяние — это признание присутствия в себе отчужденности, соединенное с искренним желанием от нее освободиться. Суть покаяния -ненависть к вторгшейся в нас звериности, то есть отречение от нее, решительный отказ от отчужденности. Вот почему, по учению Святых Отцов, человек узнает, что получил отпущение грехов своих тогда, когда «ощутит в душе своей, что совершенно, от всего сердца, возненавидел грехи, и когда явно дает себе направление противоположное прежнему» (св. Исаак Сирин, слово 18). Отсюда становится понятным смысл евангельского призыва: «Покайтесь, ибо приблизилось Царство Небесное!» (напр., Мф. 3: 2; 4: 17), — ибо в этом Царстве нет места звериности и отчужденности.

84 Добротолюбие. Т. 5. С. 190.

В одной из книг о старце Паисии Святогорце встречаем следующие слова этого старца, в которых раскрывается суть покаяния: «Людям, приходящим ко мне за советом, я советую:

□ осознать свою отчужденность от Бога;

□ покаяться в ней, и смиренно поисповедаться» .

Если человек руководствуется эгоистическим принципом «живу для себя», не живя для себя в подлинном смысле, то он проводит полуживотное «существование», живет для себя как «физической особи», а не как человека. Выдающийся русский мыслитель XIX века П. Е. Астафьев четко указывал на этот основной и неизбежный выбор для каждого человека: или человек как «физическая особь» (то есть, по сути, «недочеловек»), или «человек как духовная личность» (из книги П. Е. Астафьева «Из итогов века»)86. Особь, строго говоря, не имеет ничего действительно своего, все в ней стадное.

Что такое «мир сей»? По словам преподобного Исаака Сирина, «слово «мир» есть имя собирательное, обнимающее собою так называемые страсти», «мир есть плотское житие и мудрование плоти» («Слова подвижнические», слово 2).

Мы вынуждены писать в данном и подобных случаях «мир», хотя, строго говоря, следовало бы писать «мір», как это было до кощунственной большевистской (большевицкой) реформы русского языка. Тогда слово «мир» означало: мир духовный, душевный, благодатный. Если же в этом слове стояла буква «і», то «мір» имелся в виду: материальный, вещественный, суетный, земной. В то же время, мы посчитали возможным в данном труде вместо приставки «бес», появившейся в русском языке в результате той же «реформы», писать приставку «без», дабы не радовать того, кто той приставкой поминался бы.

Как было показано выше, всякая греховная страсть — это обезличивание, звериность, отчужденность. Значит, «мир сей» — это стихия безличная, стихия духовного озверения и отчужденности. «Мир есть пещера и ложе, где рождается и воспитывается зверь» (святитель Феофан Полтавский).

«Мир сей» есть отчужденность. Поэтому Христос, совершенно свободный от греха и отчужденности, и сказал Своим ученикам (а в их лице и всем верующим в Него): «Дерзайте, ибо Я победил мір» (см. Ин. 16: 33). Это значит, что Христос победил отчужденность, ибо Он есть Любовь (ср. 1 Ин. 4: 16). Так и «всякий, рожденный от Бога (т. е. уподобляющийся Богу в любви), побеждает мір» (1 Ин. 5: 4).

85 Невероятные дары. Жизненный подвиг, необыкновенные чудеса, советы и пророчества двух афонских подвижников. М., 2003. С. 85.

86 Цит. по: Н. Ильин. Солженицын: ложь «под трели Соловьева» // «Русское самосознание». 2002, № 2. С. 7, 16.

Как мы знаем, слово «Пасха» означает — исход, прехождение. «Пасха — это переход от зла к добру» (авва Евагрий). Иначе говоря, Пасха — это переход от разъединяющего и разрушающего греха к объединяющей и восстанавливающей, всемирной любви, переход от звероподобия к богоподобию. Грех, отчужденность — это «мысленный Египет» (по выражению Святых Отцов), а Пасха -это исход из Египта, то есть выход из мрачной стихии отчужденности и вхождение в светлую стихию личного общения. Пасха есть победа над отчужденностью.

Суть внутреннего делания и духовной брани православного подвижника заключена в борьбе со зверинностью в себе, в преодолении ее, в победе над ней, в постепенном выдавливании из себя яда отчужденности. По своему «внутреннему человеку» он «находит удовольствие в законе Божием» (см. Рим. 7: 22), то есть в законе личного общения. Но в то же время он видит «в членах своих и иной закон (т. е. вторгшийся в богозданную природу человека и исказивший ее закон отчужденности), противоборствующий закону ума его (т. е. закону духа, закону личности) и делающий его пленником закона греховного, находящегося в членах» его (Рим. 7: 23).

Если духовный человек совершит грех, то он явственно ощущает в себе его последствия, ощущает перемену своего состояния после совершенного греха, отчетливо видит вошедшую в него посредством греха отчужденность и звериность. Плотской человек, совершая грех, не ощущает в себе перемену состояния, как ощущает то духовный, потому что плотской всегда пребывает в смерти духовной, то есть в состоянии отчужденности и звериности. Чтобы спастись, человек должен увидеть в себе звериность, совершенно возненавидеть ее и, при помощи благодати Божией, исторгнуть ее из себя, как нечто чуждое. Тогда восстановится в нем образ Божий, и он на нет жить как богоподобная духовная ли ность.

«Безстрастием человек возстановляет в себе образ Божий», — учит святитель Василий Великий. Ведь, как говорит преподобный Исаак Сирин, «по природе душа безстрастна», и если «добродетель есть естественное состояние души», то «страсти суть нечто придаточное, в них виновна сама душа» («Слова подвижнические», слово 3). Страсти, по учению Исаака Сирина, это терния на земле нашего сердца; эту землю мы

должны возделывать, исторгая терния страстей. Святые как раз и были такими людьми, которые, насколько это возможно было в условиях земной жизни, возвращались к первозданному состоянию. «Все святые, — говорит преподобный Симеон Новый Богослов, — до самой крови стали против греха, вменяя ни во что настоящую жизнь, и претерпели различные виды смерти, чтобы от мира собраться самим к себе и к Богу, и соединить в себе раздранныя части естества»87.

«Тайна человеческого существа, — учит выдающийся сербский богослов ХХ века преподобный Иустин (Попович; + 1979), — равна тайне пшеничного зерна: если человек замурует себя в коконе себялюбивого эгоизма и затворится в нем, то останется сам, останется в одиночестве, от его усохнет и погибнет, но если зерно своего существа чрез подвиг веры посеет во Христе и зерно это умрет в Нем, то тогда зерно это оживет, прорастет и даст много плода… Идеального совершенства и абсолютной полноты личности человек достигает тогда, когда полностью соединяется с чудесной Личностью Богочеловека Христа»88.

ХРИСТИАНСКАЯ ЭТИКА И СОЦИАЛЬНЫЕ ЦЕННОСТИ

«Христианская этика является в личности человека, то есть там, где рождается или умирает любовь. И основанием христианской этики становится воля ли ного Бога, Который есть источник любви. Христианская этика выявляется в человеческой личности, и на этом основании распространяется на общественные, экологические и прочие подобные проблемы. Личность всякий раз становится основой и горизонтом проявления этики. Ценности и правила, которые при этом образуются, — это вторичные производные этики, что не означает, что они перестают быть важными.

Сведение христианской этики только к так называемой социальной этике, а с недавнего времени — к биоэтике, выражает соответствующее сведение и христианской, и вообще человеческой жизни к простейшим инстинктам, то подтверждает наша эпоха. Так как предметом христианской этики была и остается личность, то любое отвлечение этики от личности и от перспективы, которую Церковь открывает перед личностью, может иметь тяжкие последствия. Только когда   основание   остается   устойчивым,   христианская   этика может

87 Прп. Симеон Новый Богослов. Двенадцать слов. Изд. Оптиной Пустыни, 1989.

8С8. 223.

88 Прп. Иустин (Попович). Достоевский о Европе и славянстве. М., 2002. Цит. по: Любовь как сущность Бога и человека: Из творений преподобного Иустина (Поповича) // Православный церковный календарь — 2004 с душеполезными поучениями и повествованиями из истории Соловецкого монастыря. С. 134.

действовать верно, ибо она имеет целью направить человека за пределы тварности и вообще за пределы любых человеческих условностей.

Исчезновение личности и личных отношений, презрение к природе, господство машин и  технократической организации жизни, механистическое рассмотрение самого человека и соответствующее к нему отношение со всеми последствиями и осложнениями, которые этим вызваны, — все это создало первоочередные и неразрешимые проблемы.

Когда личность сведена к своей индивидуальности и рассматривается только как частица большого социального целого или как совокупность биологических функций, естественно, этика будет крайне упрощена или даже исчезнет совсем. Аристотель, например, рассматривал индивидуум как часть полиса (государства), и соответственно, этику как часть политики. У него широта этики вмещена в границы политики. Но когда личность рассматривается как носитель всеобщей истины, носитель, выявляющий ее и указующий на нее, тогда и этика необычайно расширяется. Это и происходит в Церкви, где этика не подчиняется политике, но превосходит ее. Поэтому и говорится, что христианин должен «повиноваться больше Богу, нежели человекам» (Деян. 5, 29). Естественно, что в этике Аристотеля на первом месте стоят ценности и правила общественной жизни, а в христианской этике -ли ность.

Церковь не безразлична к ценностям и порядкам общественной жизни. Напротив, она признает их важность и положительно воспринимает их. Это ясно видно из этических наставлений и увещеваний в Новом Завете. Показательно наставление апостола Павла Филиппийцам: «Прочее же, братие моя, елика суть истинна, елика честна, елика праведна, елика пречиста, елика прелюбезна, елика доброхвальна, аще кая добродетель и аще кая похвала, сия помышляйте» (Флп. 4, 8). Таким образом, нравственные принципы и критерии, которые существуют в социальной жизни людей, связуются и с евангельской проповедью, и с живым личным примером.

То же самое наблюдается и в восприятии христианством существующих общественных институтов. Брак, семья, государство, власть — все это принимается Церковью и ставится в ее собственную перспективу. Новым здесь является Христос, Который есть центральная Личность и мера суждения и оценки всех вещей. Христианин вступает в брак «о Господе» (1 Кор. 7, 39), подчиняется государству и мирским властям во имя Господне (Рим. 13, 1-7), рассматривает свои межличностные и общественные отношения «во Христе» (Гал. 3, 28). Таким образом, все ставится в перспективу ипостасного на ала, то есть принципа личности, который и образует единственную основу единства мира.

Христианская этика основывается на личности, а не на безличных началах или ценностях. Большую опасность представляет отделение и отдельное рассмотрение нравственных начал и ценностей в общественной области, что обычно и характеризует так называемую социальную этику. В таком случае христианская этика отделяется от своего благодатного основания и переходит из религиозной в метафизическую или даже идеологическую плоскость. Она уже не определяется личным отношением верующего с Богом и Его волей, и основывается на принципах и идеях,

которые сформировал человек. Христианин перестает связывать себя с личным Богом, Который живет и действует в мире, не памятует совестно, что соблюдает заповеди Создателя и Спасителя своего, и сообразуется с безличными ценностями, которые, независимо от их происхождения, располагаются в области идеологии.

Божественные заповеди суть воля и действование Личного Бога. Но и божественные заповеди могут легко стать общественным достоянием или как-либо иначе быть введены в общественную жизнь, так что они станут независимыми и утратят свой личностный характер. Они уже не будут рассматриваться как воля и действование Личного Бога и будут восприниматься как «объективные» религиозные ценности. Они утрачивают свой совершенный личностный характер и превращаются в сплошной набор обязанностей.

При обмирщении общества религиозные ценности могут полностью или частично использоваться как исключительно социальные ценности, с определенными возвышенными, но не обязательно религиозными свойствами. Это и происходило в широком масштабе в Европе, начиная с эпохи Возрождения, но особенно в эпоху Просвещения. Отделение общественной жизни от религии, веры и необходимость утверждения ее на новом историческом основании привело к принятию новых ценностей, которые были выдвинуты новейшей философией. Само собой разумеется, что эти ценности сохраняют очевидные христианские признаки, ибо образовались в пределах христианского мира. Но они, с другой стороны, приняли отчетливо антихристианское и уже вполне очевидное антицерковное направление, потому что было забыто их происхождение, и они уже выдвигались как нечто противоположное церковному учению.

Церковная жизнь и многовековое влияние христианства на жизнь людей сформировало ценности и обычаи, которые возвысили культуру и смягчили нравы. Верно замечено, что «Церковь была и на Востоке, и на Западе единственным в своем роде учителем всех нравственных ценностей. Все нравственные ценности современной культуры восходят к христианским истокам, более того — к Евангелию Христову» (протоиерей Георгий Флоровский, «Христианство и культура»). Но это не так важно в сравнении с личным преображением человека, что и составляет главную цель христианской нравственности и цель сотворения человека.

С богословской точки зрения критический подход и анализ ценностей оказывается полезным и необходимым. Ценности абсолютизируются и выступают как малые божества. Тем самым они дезориентируют человека, лишают его реальной цели, то есть ли ной связи и общения с живым и действующим в истории Богом. Привязанность к ценностям раздробляет непосредственность и полноту личных отношений. Это означает, что одновременно подвергаются дроблению личный и динамический образ христианской этики. Социологическое исследование этики может открыть путь для ее пересмотра. Нужно уничтожить идолов и дать возможность личности осуществить этику в своей жизни. Но простое социологическое исследование не спасает от опасности разлада и самочиния. Эта опасность особо ощутима в наше время.

Конечно, в любой этике существует стремление выдвинуть общие и всечеловеческие принципы для формирования человеческой нравственности. Это видно и в христианской этике с ее замечательным «золотым правилом»: «Вся убо, елика аще хощете, да творят вам человецы, тако и вы творите им» (Мф. 7, 12)

Золотое правило призывает человека поставить себя на место другого и действовать по отношению к нему так, как бы ты хотел, чтобы он действовал по отношению к тебе. Другими словами, золотое правило обращается к елове еской личности и становится действительным в осознании другого как другого и в сочувствии ему. Это правило способствует сближению людей и отменяет чуждость и одиночество. Оно созидает единство и упраздняет разрывы.

Христианская этика всегда мыслится как выражение жизни во Христе. Это особенно подчеркивается в Православной Церкви. Обособление и ограничение ее только областью социальной жизни искажает и извращает ее. Ибо тогда христианская истина отождествляется с учением о долге и об обязанностях, которые в конечном счете оказываются оторванными и даже противопоставленными духу христианской этики.

…принцип ипостаси, то есть личности. Что означает этот принцип? Он означает просто-напросто, что всякая положительная или отрицательная оценка и признание предметных составляющих жизни непосредственно связаны с личностью. Добро и зло, святость и грех мыслятся и существуют всегда в связи с ли ностью и ее жизнью в обществе. Нельзя, например, мыслить грех, не мысля при этом личные отношения. Вне личных отношений не существует и не может существовать реальное общение с Богом, а все на инает тонуть в небытии.

Помимо личности не могут существовать и действовать честь и безчестье, положительные и отрицательные законоположения. Все это исходит от личности и действует в связи с ней. Из личных намерений и личных целей все названное приобретает положительный или отрицательный облик и используется во благо или во зло человеку.

В тот момент, когда образуется какой-либо общественный институт или учреждается обществом какой-либо принцип, созидается новая реальность. Эта реальность сохраняет некую относительную автономию по отношению к человеку. Конечно, человек будет иметь дело с этой реальностью. Но уже само наличие этой реальности оказывает определенное влияние на ход дел, положительное или отрицательное, которым нельзя пренебрегать. Каждая эпоха содержит этот тонкий момент: независимое и безупречное функционирование оматериализованной этики. Немаловажно и то, что добро или зло овеществляются (материализуются). Конечно, личности, обладая ими, будут их использовать в соответствии со своими добрыми или злыми намерениями. Но и сами по себе эти предметы важны. Прежде всего, так нужно мыслить о нашей эпохе, когда главенствует институциональная организация общества, тогда как ли ность и ли ностные отношения постоянно ослабевают.

Главным принципом христианской этики является ипостасный принцип, то есть принцип личности. Человеческая личность представляет собой не статичную данность, но динамическое бытие. Она начинает быть с момента зачатия и продолжает свое бытие в безконечности.  Но безконечность в христианстве не есть что-то безличное или сверхличное, но Личность. Точнее, это Личная Троица.

Также рождение и развитие человека предполагают наличие социальной среды, которая и заключает его в своих границах. Личность не мыслится как обособленнач индивидуальность, ибо она всегда существует в обществе. И истинное общество соделывается богочеловеческим обществом — Церковью. Перед лицом опасности, что человек как личность окажется похороненным под завалами генетического материала, православная христианская этика предлагает нескончаемую перспективу совершенства и обожения человека.

Христианская этика возрастает и развивается в человеческой личности. Это ее свойство иметь в центре ли ность. Она говорит о непревзойденной ценности личности.

Жизнь человека не исчерпывается биологическим уровнем, но имеет и духовный уровень. Здесь и проявляется нравственный элемент жизни. Этот нравственный элемент человеческой жизни усиливается не только в благоприятных и удобных условиях, но и при неблагоприятных и весьма проблематичных условиях. Свойство человека в мире быть словесным (разумным) и самовластным существом побуждает его, с одной стороны, к соборному взгляду на жизнь, а с другой стороны, ответственной оценке и анализу факторов настоящего момента.

Человек — это не только генетический код. Необходимо переместить центр тяжести этики с противоречивых и безличных процессов к личности и отношениям личностного характера» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Общение

Да будут едино, как Мы едино

Ин. 17: 22

Когда человек определяется как «образ Божий», то это определение фиксирует главное — связь человека с Богом, факт призыва Божия к человеку. «Человек есть благодаря призыву Бога» (Х. Яннарас, «Вера Церкви»)89. Что это за призыв? Это призыв к единению в любви. «Человек есть личность и образ Божий в той мере, в какой он способен отозваться на обращенный к нему Божественный призыв, полный любви»90. Иначе говоря, человек является личностью и подобием Божиим в той мере, в какой он имеет личное общение с Богом и в какой он признает личность в других.

Единственный смысл существования человека — личное безсмертие. «Что такое безсмертие? — спрашивает великий христианский философ Исаак Сирин и отвечает: — Безсмертие ­

8Х. Яннарас. Вера Церкви. М., 1992. С. 109.

90 Там же.

это чувствование Бога», то есть — ли ностное общение с Богом.

Церковь «понимает безсмертие не как некое непостижимое в своем роде «выживание» после гибели тела, но как преодоление смерти через ли ностное отношение между человеком и Богом»91. «Когда Церковь утверждает веру в жизнь вечную, речь вовсе не идет о некоем будущем «состоянии», в котором та или иная часть человека — его «душа» или «дух» — способны выжить после гибели тела. Вера Церкви есть убежденность в том, что наше существование обусловлено не естественной природой с ее психофизическими свойствами, но связью с Богом, Его любовью к каждому из нас. Вера в жизнь вечную есть уверенность в неизменности Божественной любви, конституирующей наше бытие независимо от телесной и психической деятельности организма»92.

В то же время, как полагает, например, святитель Лука (Войно-Ясенецкий), «вечная жизнь не будет только жизнью духа, освобожденного от тела и души, а жизнью в новом Иерусалиме, который так ярко описал святой Иоанн Богослов в93 своем Откровении» . «И увидел я новое небо и новую землю, ибо прежнее небо и прежняя земля миновали, и моря уже нет. И я, Иоанн, увидел святый город Иерусалим, новый, сходящий от Бога с неба, приготовленный как невеста, украшенная для мужа своего. И услышал я громкий голос с неба, говорящий: се, скиния Бога с человеками, и Он будет обитать с ними; они будут Его народом, и Сам Бог с ними будет Богом их. И отрет Бог всякую слезу с очей их, и смерти не будет уже; ни плача, ни вопля, ни болезни уже не будет, ибо прежнее прошло. И сказал Сидящий на престоле: се, творю все новое» (Откр. 21: 1-5).

Возможность вечной жизни, с одной стороны, и, с другой стороны, «перспектива смерти учит человека «беречь день», жить достойно, из глубины (ср. Пс. 129: 1. — Авт.), созерцать лучшее из сущего, радоваться всякому совершенству, богатеть духовным опытом, благодарить и радоваться полученным дарам» (И. А. Ильин)94. Христианское понимание безсмертия отражено в понятии «тайнорождение в смерти», которое использует И. А. Ильин. Раскрывая его, он пишет: «Смерть должна быть увенчанием жизни. Она должна явиться таким

91 Там же. С. 110.

92 Там же. С. 110-111.

93 Архиеп. Лука (Войно-Ясенецкий). Дух, душа и тело. М., 1997. С. 133.

94 Ильин И. А. Аксиомы религиозного опыта. М., 1993. С. 412.

«концом», в котором уже сияло бы начало нового восхождения. Она должна быть последним шагом земного очищения, последним духовным испытанием и возрастанием человека, последним вопросом духовного познания и духовной любви, обращенным к Богу»95.

«Всякий живущий и верующий в Меня, не умрет вовек» (Ин. 11: 26). «Слушающий слово Мое и верующий в Пославшего Меня имеет жизнь вечную» (Ин. 5: 24). Богообщение — это и есть личное безсмертие, благодать — это и есть жизнь вечная, учат Святые Отцы. А окончательный разрыв общения с Богом, полное отчуждение от Него — это смерть духовная и вечная погибель.

«Часто соблюдение христианской нравственности отождествляется с принятием ценностей и следованием законам, которые в свою очередь происходят или выводятся из Евангелия и церковного Предания. Соответственно, верят, что эта нравственность упраздняется, когда этими ценностями пренебрегают, а законы преступаются. Такое воззрение можно хорошо обосновать с позиций интересов общества. Оно, вероятно, верно и полезно для общественного порядка, для нравственного приличия. Но невозможно считать его верным, и тем более достаточным, с позиции богословской. Ибо названное мнение совершенно не смотрит на связь и общение человека со Христом. А стойкость христианина в принятии ценностей и соблюдении законов, которые соотносятся с Евангелием и церковным Преданием, не принесет никакой пользы, если нет непосредственной связи и общения с Ли ностью Христа.

Уже в Ветхом Завете закон или заповедь Божия предстают как Его личная воля. Соответственно, преступление Закона или заповеди Божией не рассматривается как простое безчиние или нравственное отклонение, но как отвержение божественной воли или как разрыв общения с Богом. Но и формализация Закона или заповеди Божией оказывается несомненным отклонением, ибо в этом состоит сущность фарисейства. В Новом Завете ли ный характер общения Бога и человека получает свое логическое завершение. Сам Бог становится человеком и вступает в ли ное общение с человеком. Законом Ветхого Завета становится Слово, Христос. И заповедь поэтому преобразилась в благодать, принесенную Христом (святитель Мелитон Сардийский, «О Пасхе»).

Когда из поля зрения нашей совести уходит личный характер общения со Христом, мы уже не вправе говорить о христианской жизни и о христианской нравственности. Настроение, которое часто встречается в христианском мире таково, что верующий человек стремится сохранить верность освященным традицией ценностям или быть последовательным в соблюдении христианских канонов, но при отсутствии какой-либо личной связи со Христом. И это порочно.

95 Там же. С. 413.

Такое нестроение необходимо расценивать как возвращение вновь не просто к иудаизму, но к самой упадочной его форме, которая представлена в евангельских фарисеях и саддукеях.

Никто, конечно, не будет отрицать важности нравственного закона или нравственных ценностей для общественной жизни и личных отношений людей. В любом случае, личная воля Божия выражается и поддерживается в жизни людей исторически и в виде нравственного закона, и в виде нравственных ценностей. Но при всей значимости названных вещей нельзя отождествлять их с христианской нравственностью.

Когда христианин строит свою жизнь согласно любым преходящим законам и ценностям, он может быть безупречным членом общества, хорошим гражданином, порядочным семьянином, достойным человеком, но это ничего не говорит о том, какой он христианин. Не потому, что все это имеет антихристианский характер. Напротив, они очень глубоко связаны с природой человека, которая есть христианка, и произрастают в человеке благодаря многовековому влиянию на человечество учения и заповедей христианской веры. Но чтобы эти добродетели стали действительно христианскими, необходимо соединиться с Ли ностью Христа. То нее, необходимо соединиться с Трои еским Богом: Богом Отцом, Который открылся в мире во Христе и обновляет людей Святым Духом в Церкви.

В эпоху смешения ценностей и разрушения устоев, в которую мы и живем, наше замечание может быть расценено как излишняя роскошь. Когда все обезценивается и исчезает, когда везде царит хаос и нравственное шатание, никто не должен, мол, вдаваться в тонкости, а должен всеми мерами стараться укреплять нравственность и способствовать нравственной устойчивости людей. С этой точки зрения -это верная постановка вопроса. Но если мы желаем совершать христианское дело, то на этом мы остановиться не можем.

Сегодня, когда родителей презирают, а родню забывают, когда рвутся дружеские связи и истребляются общества, важно, что существуют люди, просто любящие друг друга. Но тем, кто стремится жить по-христиански, сам Христос говорит: «И аще любите любящия вы, кая вам благодать есть? Ибо и грешницы любящия их любят. И аще благотворите благотворящим вам, кая вам благодать есть? Ибо и грешницы тожде творят» (Лк. 6, 32-33).

Христианство не преследует цели заботиться о благополучии нашей личной, семейной или общественной жизни. Все это — последствия второго ряда. Цель христианства — освобождение человека от эгоцентризма, и в итоге причисление его к новому творению, общению обожения. Чем больше человек закутан в свой эгоцентризм, тем труднее ему вздохнуть воздухом благодати Святого Духа. А выпутаться из эгоцентризма нельзя только каким-то соблюдением или учтивостью к каким-то ценностям, но только на основании свободного ли ностного общения.

Христос не призывает человека сообразовываться с законами, приказами и распоряжениями или усвоить нравственные и философские принципы. Он призывает человека следовать за Собой. И для каждого желающего последовать за Ним Бог выдвигает в качестве условия

самоотречение и готовность к смерти: «Аще кто хощет по Мне ити, да отвержется себе и возмет крест свой и по Мне грядет. Иже бо аще хощет душу свою спасти, погубит ю; и иже аще погубит душу свою Мене ради, обрящет ю» (Мф. 16, 24-25).

Христос не требует от человека такого, за что Он не воздаст многократно. Здесь Он требует от человека его самого и его жизнь. Христос просит, чтобы человек отрекся от себя, дабы следовать за Ним; чтобы он принес в жертву свою жизнь, дабы ее приобрести. Речь не идет о соблюдении законов или признании ценностей. Это не потому, что они безполезны, но потому, что сами по себе они не означают, что человек следует за Христом. Если кто-то не желает следовать за Христом и оставаться верным заповеди Его до смерти, то сколько бы законов он ни соблюл, сколько бы ценного не осуществил, ничего ценного с христианской точки зрения в этом не будет. Может быть, лучше бы человеку в таком случае вести себя беззаконно и несуразно, потому что охотнее и легче он осознал бы свою немощь и покаялся. А покаяние представляет собой перспективу (условие) и главный признак христианской жизни. И это подтверждают слова Христа: «Аминь глаголю вам, яко мытари и любодейцы варяют (опережают) вы в Царствии Божии» (Мф. 21, 31). Христос сказал: «Не приидох бо призвати праведники, но грешники на покаяние» (Мф. 9, 13).

Спасение человека осуществляется в связи его личности с Богом. А эта связь не создается от принятия закона или ценностей, даже нравственного закона и нравственных ценностей. Она создается принятием и соблюдением заповеди Божией. Заповедь Божия, как действование вечного и вечно живущего Бога, есть «жизнь вечная» (Ин. 12, 50). Это жизнь, которая побеждает смерть. Историческое существование человечества и общественный порядок нуждаются в законах, устоях и ценностях. Но все это должно помогать человеку, а не властвовать над человеком. «Суббота человека ради бысть, а не человек субботы ради» (Мк. 2, 27).

Человек не становится христианином просто оттого, что он ведет себя согласно законам и правилам, оттого, что он нравится окружающим и делает успешную карьеру. Он становится христианином тогда, когда смиряется и кается, когда разбивает скорлупу эгоизма и открывается Христу. Когда он решает следовать за Христом, отрекшись от самого себя, и хранит Его заповедь до смертного часа. Здесь проявляется природа заповеди: Заповедь Христова, отождествляемая с вечной жизнью — это двойная заповедь любви: любви к Богу и любви к ближнему.

Сейчас в нашем обществе господствует ненормальная ситуация, или, лучше сказать, хаотичная. Причины этому вовсе не социальные или нравственные, а духовные. Ибо законы и ценности социальной и нравственной жизни забыты из-за человеческой черствости, из-за духовного падения. Наша жизнь держится в пустоте, или, лучше сказать, в небытии, во зле, потому что, согласно святоотеческому Преданию, небытие тождественно злу. Зло, будучи небытием, не может появиться самостоятельно. Оно всегда использует как средство своего передвижения и продвижения нечто доброе, искажая и извращая его. Сам дьявол не по природе своей зол, потому что он творение Божие и посему наделен дарованиями от Бога. Но он извратил свою природу своим самовольным решением.

Причиной нравственного падения является духовное падение. Причиной безнравственности является духовное омертвение. Поэтому усилия по изменению положения должны предприниматься на духовном уровне.

В эпоху бездуховности, в которой мы живем, не слышится столь важного обращения к силе духа. Но пути исправления беззаконного состояния, в котором пребывает наше общество, как и саму причину, вызвавшую такое состояние, следует искать не в нравственной или социальной, а в духовной области. Ибо от нее идет всякое влияние на нравственную и социальную область.

Христианский дух не есть какая-либо безличная сила или начало. Это и не какой-то исторический или же вековечный закон. Это Бог, Который явлен в Личности Христа и пребывает в Церкви Святым Духом. И врачевание мира может быть осуществлено только на твердой связи со Христом и с Церковью.

В Личности Христа является Слово Божие как Личность и как заповедь. Он явился как Сын Божий, принесший Себя в жертву за человека, и как образ жизни, абсолютно соответствующий божественной заповеди. Новая заповедь любви не преподается только, но и воплощается в Личности Христа. И действительное ее содержание явлено в жизни Христовой. «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга, якоже возлюбих вы» (Ин. 13, 34).

Христианский дух прежде всего подается жизненно. Христианская жизнь должна выражать содержание христианской веры. Она должна поощрять других вкусить истину христианской жизни. Так что в конечном счете исправление общества — это вопрос личного исправления человека. В любом случае, каждый из нас — член общества. И исправляя самого себя, он исправляет частицу общества и одновременно созидает очаг здравия в самом своем теле.

Сейчас наше рассуждение подошло к очень тонкому моменту, где легко можно ошибиться. Когда мы рассматриваем исправление общества как вопрос личного исправления, мы прежде всего имеем в виду то, что мы не можем требовать исправления от других. Если и Бог насильно не исправляет человека, то как мы можем помышлять о чем-то подобном? Уважительное отношение к свободе другого составляет основу всякого христианского делания.

Более того, следует знать, что исправление самого себя не означает ограничения самим собой и (самозамкнутость) на себе. Человек как ли ность существует и развивается всегда в связи с другими ли ностями. Самоограничение может понадобиться на какой-то промежуток времени ради самоуглубления и самокритики. Но цель христианина — это не ограниченность в себе, но открытость всему елове еству. Монах удаляется от своих родных, от своего семейства, чтобы вступить во всемирную Божию семью. Это и есть смысл двойной заповеди любви, обращенной к каждому христианину» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Господь наш Иисус Христос «смертию смерть попрал», как поем мы во время пасхального торжества. Христова смерть, по глубочайшему изречению Литургии святителя Василия Великого, — «животворящая». «Смерть! где твое жало? ад? где твоя победа?» — восклицает апостол Павел (1 Кор. 15: 55). «Жало же смерти — грех» (1 Кор. 15: 56), то есть отчужденность. Вырвав жало греха (упразднив отчужденность) Своей крестной смертью, Христос уничтожил смерть как отчуждение человека от Бога, как отлучение от Жизни. «Благодарение Богу, даровавшему нам победу Господом нашим Иисусом Христом!» (1 Кор. 15: 57). Для этого и произошло вочеловечение Христа, Его распятие и воскресение. Поэтому на Божественной Литургии мы благодарим Господа за «вся, яже о нас бывшая (то есть за все совершенное Спасителем): крест, Гроб, тридневное Воскресение, на Небеса восхождение, одесную (Бога Отца) седение, Второе и славное паки пришествие» (из Литургии святителя Иоанна Златоуста).

Христос потому и именуется Спасителем, что спасает нас от отчужденности, то есть от греха (ср. Мф. 1: 21: «…и наречешь Ему имя Иисус, ибо Он спасет людей Своих от грехов их»).

«Посредством креста, убив вражду (отчужденность) на нем, Христос примирил нас с Богом; и, пришед, благовествовал нам мир (мир, на языке Нового Завета, — это общение с Богом); так что мы уже не чужие (не отчужденные от Бога), но свои Богу, и устрояемся в жилище Божие Духом» (Еф. 2: 16-22). Только через воплотившегося Единородного Сына Божия получают люди истинную жизнь, жизнь вечную; «потому что чрез Него… имеем доступ к Отцу, в одном Духе» (Еф. 2: 18). Поэтому Христос и говорит: «Пребудьте во Мне, и Я в Вас. Как ветвь не может приносить плода сама собою, если не пребудет на лозе: так и вы, если не будете во Мне. Я есмь лоза, а вы ветви; кто пребывает во Мне, и Я в нем, тот приносит много плода» (Ин 15: 4-5). «Благодарение Богу, даровавшему нам победу (над отчужденностью) Господом нашим Иисусом Христом!» (1 Кор. 15: 58). На Литургии христианин с особенной силой и реально переживает победу Христову над зверинностью и отчужденностью, участвует в этой победе.

«Се, стою у двери и стучу, — говорит Господь, — если кто услышит голос Мой и отворит дверь, войду к нему, и буду вечерять с ним, и он со Мною (общение). Побеждающему (победа над отчужденностью) дам сесть со Мною на престоле Моем, как и Я победил и сел с Отцем на престоле Его» (Откр. 3: 21).

«Рай, — говорит святой Исаак Сирин, — есть любовь Божия, в которой наслаждение всеми блаженствами… Древо жизни есть любовь Божия, от которой отпал Адам… Кто обрел любовь, тот каждый день и час вкушает Христа, и делается от сего безсмертным; ибо сказано: ядущий хлеб сей, который Я дам ему, смерти не узрит во веки (Ин. 6: 51, 58). Блажен, кто вкушает от хлеба любви, который есть Иисус. А что вкушающий любви вкушает Христа, сущего над всеми Бога, о сем свидетельствует Иоанн, говоря: Бог есть любовь (1 Ин. 4: 8, 16). Итак, живущий в любви пожинает жизнь от Бога, и в этом еще мире, в ощущаемом здесь, обоняет оный воздух воскресения. Сим воздухом насладятся праведные по воскресении. Любовь есть Царство; о ней Господь таинственно обетовал апостолам, что вкусят ее в Царстве Его. Ибо сказанное: да ядите и пиете за трапезою Моею в Царстве Моем (Лк. 22: 30), что иное означает, как не любовь? … И когда достигнем любви, тогда достигли мы Бога, и путь наш свершен, и пришли мы к острову тамошнего мира, где Отец, Сын и Дух Святый» («Слова подвижнические», слово 83).

«Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня жить будет Мною» (Ин. 6, 56-57). Это очень важные слова в Евангелии! Здесь открывается, что жизнь личности — в общении с другими личностями; и высший идеал такой жизни для нас — это общение Святой Троицы. К такому общению и единению всех нас призывает Господь.

« О, Пасха велия и священнейшая, Христе! О, Мудросте, и Слове Божий, и Сило! Подавай нам истее Тебе причащатися, в невечернем дни Царствия Твоего» (из «Канона Недели Святыя Пасхи»).

БОГ ЕСТЬ СОВЕРШЕННАЯ ЛЮБОВЬ (поэтому — по сравнению с Ним — «никто не благ, как только один Бог» — Мк. 19: 17), то есть Он есть любовь полностью. Значит, в Нем нет абсолютно никакого отчуждения. «И вот благовестие, -говорит апостол Иоанн Богослов, — которое мы слышали от Него и возвещаем вам: Бог есть свет, и нет в Нем никакой тьмы» (1 Ин. 1: 5). По мысли Святых Отцов, одна и та же любовь Божия для праведников будет исто ником блаженства, а для грешников — источником мучения. «Мучимые в геенне, — говорит преподобный Исаак Сирин, ­

поражаются бичем любви. И как горько и жестоко это мучение любви! Ибо ощутившие, что погрешили они против любви, терпят мучение превыше всякого приводящего в страх мучения: печаль, поражающая сердце за грех против любви, страшнее всякого возможного наказания. Неуместна никому такая мысль, что грешники в геенне лишаются любви Божией. Но любовь силою своею действует двояко: она мучит грешников. и веселит собою соблюдших долг свой» («Слова подвижнические», слово 18). «Божественная любовь, — пишет выдающийся русский богослов В. Н. Лосский, — станет нестерпимым мучением для тех, кто не стяжал ее внутри себя»96.

О этом же говорит святитель Григорий Богослов: «Признавай воскресение, суд и воздаяние праведным судом Божиим. И сие воздаяние для очищенных сердцем будет свет, то есть Бог видимый и познаваемый по мере чистоты, что называем и Царствием Небесным, — а для слепотствующих умом, то есть для отчужденных от Бога по мере здешней близорукости, будет тьма».

Последняя цитата удивительна по своей емкости, глубине и точности. Боголюбивому читателю можно предложить следующее объяснение этих слов святителя Григория.

□ ВО-ПЕРВЫХ. Из этих слов следует, что Царствие Небесное есть общение и единение с Богом («свет, то есть Бог видимый и познаваемый по мере чистоты»). Господь в Евангелии не случайно употребляет такие образы, как «свет» и «тьма». При свете мы видим другие личности, — видим и Личность Божию. Причем видение здесь означает общение. То же самое означает и познание, познавание («Аз есмь Истина»). Как, например, для преподобного Силуана Афонского познание Бога означает любовь к Богу, а значит — общение с Ним. «Чем больше в нас любви, тем больше мы знаем Бога», — учит старец Силуан. «Если не знаешь Бога, — пишет преподобный Исаак Сирин, — невозможно в тебе возбудиться любви к Нему. Не возможешь возлюбить Бога, если не узришь Его. А видение Бога есть следствие познания Его, потому что видение Его не предшествует знанию Его». Поэтому и сказано: «Всякий, пребывающий в Нем, не согрешает (ибо в грехе заключена отчужденность от Бога); всякий согрешающий не видел Его и не познал Его» (1 Ин. 3: 6).

96 Лосский В. Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. С. 142.

«Знание Бога не есть теоретическая гипотеза, но живой и жизненный опыт. Бог есть любовь (1 Ин. 4, 16). И истина любви узнается в самом ходе жизни. Пока человек не живет любовью, он не может узнать Бога (1 Ин. 4, 8). И когда он узнает истинную любовь, он не может не признать в ней Бога» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

«Сия же есть жизнь вечная, — говорит Господь, — да знают Тебя, единого истинного Бога (в трех Лицах), и посланного Тобою Иисуса Христа (в двух естествах, Божеском и человеческом, но в одном Лице, — как Богочеловека)» (Ин. 17: 3). И еще: «Знаю Моих, и Мои знают Меня. Как Отец знает Меня, так и Я (т. е. в такой же «степени») знаю Отца» (Ин. 10: 14-15). И в другом месте: «Никто не знает Сына, кроме Отца; и Отца не знает никто, кроме Сына, и кому Сын хочет открыть» (Мф. 11: 27). Поэтому и сказано в Евангелии, что тем людям, которые не стяжали любви, то есть не познали Господа, в день Страшного Суда Он объявит: «Я никогда не знал вас; отойдите от Меня, делающие беззаконие» (Мф. 7, 23; см. также Мф. 25:1 12).

Итак, Царствие Небесное есть общение и единение ли ностей, поэтому и сказано в Священном Писании, что «плоть и кровь не могут наследовать Царствия Божия, и тление не наследует нетления» (1 Кор. 15: 50). Но единение, как отмечает архимандрит Рафаил (Карелин), «это не обращенность, не исследование, даже не контакт. Единение -это жизнь в другом, но без потери своей собственной личности. Это обладание любимым через любовь»97. Именно в общении, в любви состоит блаженство Божие, и потому Бога мы называем всеблаженным. Бог наш — Троица. Он не один, не одинокий. «Я не один, потому что Отец со Мною», — говорит Сын Божий (Ин. 17: 32). Тайна Святой Троицы — тайна любви, учат Святые Отцы. «Отец есть Свет, Сын — Свет и Дух Святой — Свет — триедин Свет» (преподобный Симеон Новый Богослов)98.

□ ВО-ВТОРЫХ. Что значит «по мере чистоты»? Это о том, что степень признания другой личности может быть различной. А значит, различной может быть и степень общения, степень любви. Отсюда и православное учение о различных степенях блаженства в Царствии Небесном. Как говорит апостол Павел, «иная слава (т. е. свет) солнца, иная слава луны,

97 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 195.

98 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1518.

иная звезд; и звезда от звезды разнится во славе. Так и при воскресении мертвых» (1 Кор. 15: 41-42). «В будущем веке, -пишет об этом преподобный Исаак Сирин, — все праведные нераздельно водворяются в одной стране, но каждый в своей мере озаряется одним мысленным солнцем» («Слова подвижнические», слово 58).

« В доме Отца Моего обителей много, — говорит Христос Своим ученикам, — А если бы не так, я сказал бы вам: Я иду приготовить место вам. И когда пойду и приготовлю вам место, приду опять и возьму вас к Себе, чтоб и вы были, где Я. А куда Я иду, вы знаете и путь знаете… Я есмь путь и истина, и жизнь; никто не приходит к Отцу, как только чрез Меня. Если бы вы знали Меня, то знали бы и Отца Моего. И отныне знаете Его и видели Его. Видевший Меня видел Отца. Я в Отце, и Отец во мне» (см. Ин. 14: 1-11). Святой Григорий Синаит объясняет: «Многими обителями назвал Спаситель различные степени тамошнего состояния. Царствие одно, но многие имеет внутри себя различия, по различию имеющих войти в него в добродетели и ведении, и в мере обожения. <.. .> В будущем веке ангелы и святые никогда не перестанут преуспевать в приумножении дарований, стремясь все к большим и большим благам. Умаления же или прехождения от добродетели ко греху век оный не допускает. <.> В будущем такую всякий имеет степень обожения, в какой ныне кто бывает совершен в возрастаниях духовных». И в другом месте: «Царствие небесное подобно скинии богозданной; ибо и оно в будущем веке, подобно Моисеевой, будет иметь две завесы, -из коих в первую внидут все освященные благодатию, — во вторую же только совершеннейшие»99.

Православное учение о степенях блаженства в Царствии Небесном напрямую связано с учением об обожении. Все мы призваны к тому, чтобы стать, как говорит, например, старец Иосиф Исихаст, «БОГАМИ ПО БЛАГОДАТИ, братиями Христа, Спасителя нашего, и чадами Благословенной Матери нашей Богородицы»100.

«Велик человек! — восклицает святой праведный о. Иоанн Кронштадтский. — Не напрасно сказано: Аз рех: бози есте ( сказал: вы — боги. — Авт.), и сынове Вышняго вси (Пс. 81: 6). Если Он назвал богами тех, к которым было слово Божие, и не может нарушиться Писание (то есть, что сказано, то — сказано

99 Добротолюбие. Т. 5. С. 188-189.

100 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. С. 286. Слова «БОГАМИ ПО БЛАГОДАТИ» выделены именно таким образом в самой цитируемой книге.

верно, непреложно), Тому ли, которого Отец освятил и послал в мир, вы говорите: «богохульствуешь», потому что Я сказал: «Я Сын Божий» (Ин. 10: 35-36)? О, достоинство! О, величие человеческое! Не иначе смотри на человека, особенно христианина, как на сына Божия, беседуй с ним, как с сыном Божиим по благодати во Христе Иисусе, Господе нашем»101.

Степень любви и блаженства в Царствии Небесном будет возрастать. Любовь Божия не имеет границ, поэтому и «процесс» нашего возрастания в любви будет безконечным. Мы все больше и больше будем приближаться к той степени общения и единения, к той степени любви (слово «степень» здесь, скорее всего, условное, как и слово «процесс»), какая есть в Святой Троице — между Отцом, Сыном и Духом Святым. Это и есть тот путь, о котором говорит Господь в 14-й главе Евангелия от Иоанна («. и путь знаете.  Яесмь путь»).

Таким же путем идут Ангелы, они «никогда не перестанут преуспевать в любви: не перестанут и безмолвники ежедневно стремиться подражать им… И те не остановятся, доколе не достигнут устроения Серафимов: и последние не перестанут простираться вперед, пока не будут Ангелами» («Лествица» преподобного Иоанна, степень 27).

« Я живу, и вы будете жить, — говорит Сын Божий. — В тот день узнаете вы, что Я в Отце Моем, и вы во Мне, и Я в вас . то любит Меня, тот возлюблен будет Отцем Моим; и Я возлюблю его, и явлюсь ему Сам . и Мы придем к нему и обитель у него сотворим» (Ин. 14: 20-21, 23). И о Духе Святом: «Яумолю Отца, и даст вам другого Утешителя, да пребудет с вами во век . вы знаете Его, ибо Он с вами пребывает и в вас будет» (Ин. 14: 17).

Священное Писание говорит нам о единении и безмерной взаимной любви Лиц Святой Троицы, например, в таких словах: « Отец любит Сына» (Ин. 5: 20); «любит Меня Отец» (Ин. 10: 17); «Я и Отец одно» (Ин. 10: 30); «Я в Отце, и Отец во Мне» (Ин. 14: 11); «Ялюблю Отца» (Ин. 14: 31).

Взаимная любовь Лиц Святой Троицы — вот идеал, указанный нам Господом нашим Иисусом Христом. Единение людей по образу Троического Бога представляет собой цель Божественного домостроительства. В Своей первосвященнической молитве к Богу Отцу Он возглашает: « Отче Святый! .   Да будут все (личности) едино: как Ты,

101 Чтоб молитва не была во грех: Размышления и советы св. прав. Иоанна Кронштадтского, почерпнутые из его писаний. СПб., 2002. С. 49-50.

Отче, во Мне, и Я в Тебе (то есть как едины в любви Божественные Личности Святой Троицы), так и они (другие личности) да будут в Нас едино. да будут едино, как Мы едино. Я в них (в любящих Бога), и Ты во Мне; да будут совершены во едино, и да познает мір, что Ты послал Меня, и возлюбил их, как возлюбил Меня . Отче! . хочу, чтобы там, где Я, и они были со Мною. да любовь, которою Ты возлюбил Меня, в них будет, и Яв них» (см. Ин. 17: 21-26).

В этих словах Сына Божия, обращенных к Богу Отцу, заключена, пожалуй, вся суть Евангелия. Бог Слово говорит о Своем желании, чтобы та любовь, которой любят Друг Друга Лица Святой Троицы, была бы и в нас, во всех сотворенных Ими личностях. Конечно, того же желают Бог Отец и Бог Дух Святой.

«Ибо Сам Отец любит вас, — свидетельствует Сын Божий, -потому что вы возлюбили Меня, и уверовали, что Я исшел от Бога» (Ин. 16: 27). Господь любит каждого из нас, каждую из сотворенных Им личностей. И любовь эта не имеет изъяна, ни тени перемены, ни тени несовершенства, не имеет предела. «И возлюбил их, как возлюбил Меня» (Ин. 17: 23). « ак возлюбил Меня Отец, и Я возлюбил вас; пребудьте в любви Моей» (Ин.

15: 9).

И наше призвание — в том, чтобы уподобляться Богу в любви. Господь призывает нас подражать несравненной любви Лиц Святой Троицы: «Заповедь новую даю вам, да любите друг друга; как Явозлюбил вас, так и вы да любите друг друга» (Ин. 13: 34); «будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Мф. 5: 48). И апостол Петр говорит: «По примеру призвавшего вас Святаго, и сами будьте святы во всех поступках. Ибо написано: будьте святы, потому что Я свят» (1 Пет. 1: 15-16). «Подражайте Богу, как чада возлюбленные; и живите в любви, как и Христос возлюбил нас», — призывает христиан апостол Павел (Еф. 5: 1-2).

Поэтому Святые Отцы и говорят, что образ Божий нам дан, а подобие мы приобретаем по своей воле. Образ Божий — дух, личность. А подобие — признание других личностей, любовь. Человек может быть подобен Богу в большей или в меньшей степени, но может и совсем перестать быть богоподобным -потеряв любовь, став звероподобным или даже демоноподобным.

□ В-ТРЕТЬИХ. Что такое «тьма»? При тьме, во тьме мы никого не видим, не признаем, как будто других и нет. Но на самом деле другие есть. А раз они есть, значит, тот, для кого

никого нет, просто отрицает другие личности, убивает их (для себя) — не любит.

Ад, тьма (ад — отсутствие света), по Григорию Богослову, -состояние «от ужденных от Бога». А если от Бога, значит, и от всех тех личностей, которые Им созданы. «По мере близорукости» — то есть по мере отчужденности, по мере погружения во тьму. Здесь тоже говорится о степени, но степени уже отрицания, непризнания других личностей, степени нелюбви. Поэтому «муки различны, как и воздаяния

102

благих» (святой Григорий Синаит) .

«Суд состоит в том, — сказал Господь, — что свет пришел в мир, но люди более возлюбили тьму, нежели свет» (Ин. 3: 19). О том же говорит и Григорий Богослов. Одно и то же («сие воздаяние») для одних будет светом, а для других — тьмой. То есть, одно и то же для одних будет Царствием Небесным, а для других геенной. «Один и тот же огонь в будущей жизни послужит к блаженству или к мучению» (свт. Василий Великий); «ибо один и тот же огонь называется и огнем поядающим, и светом просвещающим» («Лествица» преподобного Иоанна, степень 28).

Тьма кромешная, по слову преподобного Исаака Сирина,

103

есть область духовных существ, пребывающих вне Бога (кромешная — то есть внешняя). Вообще, все символы состояния, противоположного тому, какое будет в Царствии Небесном («геенна огненная», «огнь неугасающий», «пекло», «червь неусыпающий», «скрежет зубов», «тьма кромешная», «тартар», «преисподняя», «ад» и другие), говорят об одном — об отрицании и самоотрицании, об убийстве и самоубийстве. Но Бог не отрицает, не уничтожает отчужденных от Него падших ангелов (демонов) и человеков, сохраняет их бытие. Они не перестанут существовать (только существование это будет в области тьмы, в состоянии мрачной отчужденности). Это все, что может сделать Любовь (Бог) для них; от остального — то есть от жизни духовной, от общения — они отказались сами, по своей воле.

Это состояние мрачной отчужденности хорошо выразил Достоевский словами умирающего старца Зосимы («Братья Карамазовы»): «О, есть и во аде пребывшие гордыми и свирепыми, несмотря уже на знание безспорное и на созерцание

1<)2 Добротолюбие. Т. 5. С. 186.

103 См.: Прп. Исаак Сирин. Слова подвижнические. М., 1993. С. 14.

правды неотразимой; есть страшные, приобщившиеся сатане и гордому духу его всецело. Для тех ад уже добровольный и ненасытимый; те уже доброхотные мученики. Ибо сами прокляли себя, прокляв Бога и жизнь. Злобною гордостью своей питаются, как если бы голодный в пустыне кровь собственную свою сосать из своего тела начал. Но ненасытимы во веки веков и прощение отвергают, Бога, зовущего их, проклинают. Бога живого без ненависти созерцать не могут и требуют, чтобы не было Бога жизни, чтобы уничтожил Себя Бог и все создание Свое. И будут гореть в огне гнева своего вечно, жаждать смерти и небытия. Но не получат смерти.».

« аждого дело обнаружится, — говорит апостол Павел, -ибо день покажет; потому что в огне открывается, и огонь испытает дело каждого, каково оно есть. У кого дело, которое он строил, устоит, тот получит награду. А у кого дело сгорит, тот потерпит урон; впрочем сам спасется (т. е. не перестанет существовать), но так, как бы из огня» (1 Кор. 3: 13-15). «. Для других же Он — огонь неприступный, имеющий испытать, каково дело каждого, и снова удалиться от них, как от недостойных. Поистине Божество есть огонь, как сказал Владыка, так как Он пришел, чтобы низвести его (Лк. 12: 49)» (преподобный Симеон Новый Богослов)104. Вот почему апостол Павел говорит, что благоухание познания о Боге для спасаемых — «запах живительный в жизнь», а для погибающих — «запах смертоносный в смерть» (см. 2 Кор. 2: 15-16).

Для тех, кто сейчас по своему произволению пребывает в состоянии отчужденности (то есть во мраке звериных страстей) и не стремится к общению и любви, это состояние отчужденности продолжится и в вечности, оно перейдет с ними в вечность, как некое их «сокровище» (поскольку оно сокрыто в них уже здесь). А для тех, кто ныне, в условиях земной жизни, борется с живущей в себе отчужденностью и стремится к общению и любви, то есть к добродетельной жизни (по заповедям Христовым), такое состояние (общения, любви), опять же как их «сокровище», перейдет с ними и в вечность. Поэтому Святые Отцы говорят: «Как зачатки будущих мук сокрыто присуши в душах грешников; так зачатки будущих благ присущи в сердцах праведников, и действуют духовно, как и вкушаются. Ибо царствие небесное есть добродетельное житие, как мучение адское — страстные навыки» (святой Григорий Синаит)105.

104 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1518.

105 Добротолюбие. Т. 5. С. 187.

Отсюда становится понятным, для чего необходимо прохождение так называемых мытарств, о которых говорят нам Святые Отцы. Мытарства действительно нужны для нас. На мытарствах человеку дается возможность осознать истинную суть звериной, мрачной и смердящей (отсюда слово «смерть») отчужденности, то есть увидеть отчужденность такой, какая она есть на самом деле, и увидеть, каким образом и в какой степени эта отчужденность была присуща ему в его земной жизни, в его делах.

Кроме того, на мытарствах человек встречает тех существ, которые пребывают в этом состоянии мрачной отчужденности, то есть падших ангелов. Эти отчужденные от Бога и других личностей звероподобные существа представляют человеку его грехи, то есть те его дела, слова и помышления, в которых проявлялась живущая и в нем отчужденность. Этим мрачные и злобные бесы показывают, что он имеет с ними то общее, которое дает им право забрать его в ту же область тьмы и духовной смерти, в какой пребывают они сами.

А ангелы, эти световидные духовные существа, которые тоже встречают душу, вышедшую из тела, напротив, стараются найти в человеке (в его делах, словах, мыслях) то, в чем проявлялось его стремление к общению и любви, чтобы показать, что он все-таки будет способен принять участие в Царствии Небесном. И тут важно, что перевесит в человеке, куда больше склоняется, направлена его воля — к общению (любви) или к отчужденности. Отсюда и такой образ в православной традиции, как «весы», у которых две чаши: на одной добро — любовь, на другой зло — отчужденность. Если перевесит зло, то душа человека низвергается в бездну (без дна, безосновное бытие), во тьму кромешную. Если же перевесит добро (а к этой чаше добавляется еще и милосердие Божие), то душа принимается в райские обители, в область (царство) света и любви.

И теперь, пройдя через мытарства, человек знает истинную суть отчужденности и никогда уже не захочет к ней возвратиться (как, например, здесь, на земле не хочет человек подвергать себя смертельной опасности). Он просто забудет о ней (отчужденности), как о страшном сне. Поэтому, согласно православному учению, сподобившиеся Царствия Небесного, никогда уже не отпадут от Бога, не возвратятся в прежнее греховное состояние (вспомним слова святого Григория Синаита: «Умаления же или прехождения от добродетели ко греху век оный не допускает»).

Тот же смысл имеет показ вышедшей из тела душе рая и ада. Человеку предоставляется возможность сравнить: вот состояние людей, избравших общение и любовь, а вот состояние людей, выбравших отчуждение и ненависть. Вот почему, как учат Святые Отцы, спасение или погибель определяются направлением воли человека. Каждая сотворенная Богом личность делает этот основной для себя выбор — общение или от ужденность.

«Воздаяние» (см. выше цитату из творений святителя Григория Богослова) означает, что Бог предстанет перед нами как Личность. Это и будет Его Второе и Славное Пришествие. Но для тех, кто желает общения и единения с Ним, это будет блаженством, они устремятся в объятия Отца Небесного; а для других, то есть для отчужденных от Бога, — огнем. Потому Господь и изгнал наших прародителей, Адама и Еву, из рая (и сейчас все мы — изгнанники), чтобы, отдалившись от Бога, они сами бы почувствовали, как плохо пребывать вне общения с Ним (это и есть познание добра, — быть с Ним; и познание зла, -быть без Него), и чтобы сами захотели возвратиться к Нему (сравни притчу о блудном сыне). А если бы наши прародители не были изгнаны из рая, то они и продолжили бы все больше отчуждаться от Бога, в каковое состояние (состояние отчуждения от Бога и друг от друга) ввел их сатана (противник, отрицатель, разрушитель). Тогда они, может быть, окончательно уподобились бы демонам, потеряв возможность спасения.

Апокалипсис говорит о крайней степени развития от ужденности в людях, отчужденности от Бога и друг от друга. А это значит, что теперь продолжать изгнание уже незачем. И оно прекращается. Бог возвращает нас к Себе, точнее — Сам приходит к нам во славе Своей, и святые ангелы с Ним. Какая в этом Его к нам любовь! Его приход будет сопровождаться Всеобщим воскресением, за которым последует Страшный Суд, который покажет, что не все мы, к невыразимому сожалению, хотим возвращения к Богу. И для тех, кто этого не хочет, в ком нет любви, это явление Бога будет огнем. Любовь Божия будет жечь. В одной из книг Сергея Нилуса по этому поводу есть такое сравнение: Солнце (Бог) для листьев, которые на дереве (Церковь) — жизнь, а для листьев опавших, отпавших от дерева — жжение, иссушение. Но не Солнце в этом виновато, а сами отпавшие.

Отец Серафим (Роуз) Платинский в конце своей книги «Человек против Бога» пишет следующее: «Только тот может

полностью поверить в ад, кто полностью верит в Небеса и жизнь в Боге, потому что только тот, кто хоть немного представляет себе эту жизнь в Боге, может осознать, что значит ее отсутствие. Для большинства сегодняшних людей жизнь -это мимолетный пустяк, не нуждающийся в утверждении или отрицании, облаченный в утешительные иллюзии и надежду на абсолютное ничто в будущем; эти люди ничего не узнают об аде, покуда сами не окажутся в нем. Но Бог слишком любит даже таких людей, чтобы дать им просто «забыть» Себя и «отойти» в ничто, где нет Того, Кто Сам — единственная жизнь человеков. Даже этим людям, сущим в аду, Он предлагает Свою любовь, которая мучит тех, кто в этой жизни не приготовился к ее принятию. Многие испытываются и очищаются в этом пламени, делаясь достойными жизни в Царствии Небесном, но другие вечно пребудут в аду с демонами, для которых он был предуготован. Тем же, которые осмеливаются считать, что они знают волю Бога Живого и судить Его за «жестокость» — будь они нигилисты или более сдержанные гуманисты — можно указать на то, во что все они веруют — на достоинство человека. Бог призвал нас не к современным «небесам» покоя и сна, но к полной обожествляющей славе сынов Божиих, и если мы, которых Бог считает достойными этого, отвергаем Его призвание, тогда для нас лучше адское пламя, мука, служащая последним и ужасным доказательством высокого призвания человека и Божественной негасимой любви ко всем человекам, чем ничто, на которое уповают нигилисты и маловеры нашей эпохи. Человек достоин только ада и никак не менее, если он не достоин Небес».

«Царствие Божие означает общение с Богом. Ад означает лишение этого общения. «Если кто имеет чувство и ум, — говорит священный отец наш Иоанн Златоуст, — то он проживает уже ад, когда лишается общения с Богом. А так как напоминание об аде нам доставляет боль, поэтому и действенной оказывается угроза огня. В нормальном случае мы должны были бы страдать не тогда, когда мы истязаемы, но когда грешим. Ибо разрыв с Богом гораздо хуже любых мучений. Мы сейчас находимся в столь жалком положении, что если бы не было страха перед адом, то мы бы с большим трудом совершали добрые дела. Если бы мы любили Христа, как того требует любовь, мы бы поняли, что противодействовать Тому, Кого мы любим, хуже любых мук. Но так как мы не любим, то мы и не знаем величины адского мучения («Беседа на Послание к римлянам»).

Христос Крестом и Воскресением Своим обновил творение. Апостол Павел пишет: «Аще кто во Христе, нова тварь: древняя мимоидоша, се быша вся нова» (2 Кор. 5, 17). Что значит, что все стало новым? Неужто, выразительным образом спрашивает Симеон Новый Богослов, изменилось небо или земля? Может быть солнце, или звезды, или море, или что из видимых вещей недавно стало новым? Конечно, никто не будет этого утверждать. Обновление относится к нам, христианам. «Мертвы сущи, к жизни восстали мы. Тленные, в нетление претворились. Смертные, в безсмертие преложились. Земные, стали небесные. Плотские и от плоти рождение имеющие, духовными стали, возрожденные и воссозданные Святым Духом» (преподобный Симеон Новый Богослов, «Слова этические»).

Обновление творения осуществляется в Церкви и проживается в личности нового во Христе человека. В этом можно убедиться на опыте, рассмотрев жизнь Святых, как и жизнь всякого верующего, когда он живет как живой член Церкви и соблюдает заповеди Божии. В личности нового во Христе человека мы видим внутри пространства и времени проживание эсхатологического события обновления творения.

Жизнь будущего века, как жизнь вековечная, не относится к какому-либо промежутку времени, но содержит в себе время и превосходит его. Само время становится «местом» встречи с вечностью. Это таинственно осуществляется прежде всего на Божественной литургии. На ней благословляется Царствие Божие «ныне и присно и во веки веков». Земная Церковь соединяется воедино с Царствием Небесным. «Ныне» Царствия Божия дано в Церкви. А «присно» Церкви существует в Царствии Божием. На Божественной литургии верный соединяется воедино с вечностью. И это единение представляет собой не психологическое, но онтологическое состояние, ибо осуществляется в непосредственном присутствии ли ного Бога.

Исходя из этого, можно понять и литургическое время, в котором возможно поминание «всех за нас бывших», которое охватывает не только Крест, смерть и Воскресение Христа, но и «Второе славное пришествие» Его (молитва Возношения на Литургии святителя Иоанна Златоуста). Время раскрыто к вечности, и вечность является в моменты времени. Человек становится гражданином Царствия Божия и причастником нескончаемой жизни, и одновременно проживает противоречия мира и остается подвластен тлению и смерти.

Но время, которое становится «местом» встречи с вечностью, может обратиться и в «место» забвения и уничтожения вечности. Время может ввести в заблуждение человека, так как он будет рассматривать его и все, что в нем происходит, как единственное, что существует.

Упразднение обманчивости времени, то есть мирского заблуждения, осуществимо только через упразднение тленного мира. А освобождение человека от мирского заблуждения осуществимо, если он умрет для мира. Поэтому христианин призван умертвить члены свои, что на земле (Кол. 3, 5). Апостол Павел говорит, что ради него мир распяся, и он ради мира (Гал. 6, 14). Святой Григорий Палама, комментируя эти слова апостола Павла, подчеркивает, что когда распинается не только мир ради человека, но и человек для мира, тогда человек удостаивается видеть Бога (Омилия 11). И кто видит Бога, тот добровольно умирает для греха.

Безповоротная смерть для греха и соответственно отчетливое и непрерывное видение Бога осуществимы в воскресении мертвых и при обновлении мира. Тогда закончится опыт чаяния и явится полнота

божественного обетования. Будет упразднено временное, и откроется вечное: «Нова же небесе и новы земли по обетованию Его чаем, в нихже правда живет» (2 Пет. 3, 13). И в этом новом творении праведные просияют яко солнце (Мф. 13, 43), вместе с Господом, «видя Его вечно и видимые и нескончаемое от Него радование получающие» (преподобный Иоанн Дамаскин, «Точное изложение православной веры»).

Смерть человека, как и упразднение, и обновление мира, не разрушает и не раздробляет единство человека с Богом, ибо оно основано внутри мира и истории. Вхождение человека внутрь тела Христова, вступление в общение обожения, то есть Церковь, является действительным, вхождением и вступлением в Царствие Божие, в чаемую жизнь будущего века. Телесная смерть человека не прерывает его новую жизнь во Христе, ибо «Бог не есть Бог мертвых, но живых» (Мф. 22, 32). И конец мира не разрушает общение обожения, и не прерывает органическое единство Церкви с Царствием Божиим.

Жизнь во Христе, отмечает святой Николай Кавасила, «возрастает в сей жизни и начинается здесь, но свершается в будущем веке, когда мы достигнем того дня. Но эта жизнь не может свершиться в душах людей, пусть даже она будущая, если не начнется здесь» («Семь слов о жизни во Христе»).

Связь между настоящей и будущей жизнью, настоящим и будущим веком -аналогична и связи части с целым, предварительного с полным: «Видим убо ныне якоже зерцалом в гадании, тогда же лщем к лицу: ныне разумею от части, тогда же познаю, якоже и познан бых» (1 Кор. 13, 12). Нет пропасти между настоящей и будущей жизнью, «но будущая жизнь как бы излилась в настоящую и смешалась с ней. Солнце сие человеколюбиво воссияло и на нас» («Семь слов о жизни во Христе»).

Настоящая жизнь не есть только приуготовление к чаемой жизни будущего века, но и участие в ней. Ибо здесь и сейчас христиане получают дары Святого Духа по благодати веры. Там они будут иметь их в истинной их ипостаси. Переход от настоящего века в будущий век есть переход от радости «в вере» к радости «в видении», то есть собственно радости (преподобный Максим Исповедник, «Мистагогия»). Разрыв тварного и нетварного, временного и вековечного примиряется внутри богочеловеческой природы Церкви. Время повседневной жизни становится внутри Церкви благовремением участия в вечности. Поэтому верный и призван жить во времени по образу жизни и предписаниям вечности. Апостол Павел побуждает Тимофея прочно держаться вечной жизни, к которой его призвал Бог (1 Тим. 6, 12), в то время как и сам Христос именует заповедь Божию вечной жизнью (Ин. 12, 50).

Верующий, соблюдая заповеди Божии, уже вступил в вечную жизнь. Ибо именно она была изначальным пределом творения человека, и только падение человека потребовало воплощения Сына Божия. Телесная смерть человека теперь есть переход «от смерти в жизнь» (Ин. 5, 24). Конец жизни становится для него и концом истории. А история всякого человека или всякого человеческого рода есть миниатюрное изображение истории всего человечества. Как «образ Божий» обретается в каждом человеке, и во всем человечестве, так же и Бог промышляет о каждом человеке и о всем человечестве. Испытания, скорби, войны, беды, явления Христа и

искушения антихриста — это эсхатологические явления не только для всего человечества, но и для жизни каждого человека.

Каждый человек потенциально содержит в себе всецелое человечество. И всецелость человека как личности только тогда реально осуществится, когда он вместит в себя все человечество, когда будет переживать в себе единосущие человеческого рода. Тогда из потенциальной личности он станет истинной личностью. Но это невозможно осуществить только самим человеком. Так, невозможно ему самому осуществить заповедь любви к врагу. Ибо собственная воля лишь дробит человеческую природу. Поэтому без усвоения воли Божией человек не сможет восстановить единство человечества.

Сообразно той мере послушания воле Божией и участия в жизни Христовой, которую проявляет человек, он достигает совершенства как ли ность. Это совершенство в первоначальном виде достигается уже в настоящем веке, и окончательным образом — в будущем веке. Тогда верные станут одно, как Отец в Сыне и Сын в Отце (Ин. 17, 21-23). Тогда они будут реально переживать единосущие человеческого рода. И переживая это единосущие, они будут истинными ли ностями, по образу Лиц Святой Троицы. Это событие приуготовляется и переживается до определенной степени в настоящей жизни внутри Церкви при соблюдении заповедей, которые все заключаются в двойной заповеди любви.

Двойное единосущие Христа — как Бога с Божеством и как человека с человечеством — образует основание и правило жизни Церкви. Христос, возглавив в Своей Ипостаси всю целиком человеческую природу, на века восстановил единосущие людей. И сделав верных членами Тела Своего в Церкви, Он призывает их действительно созидать свое единосущие в соборной любви. Поэтому можно сказать, что как отрицание единосущия Христа с Отцом в богословии является догматической ересью, так и отрицание единосущия Христа с человечеством, восприятия его в Свою Ипостась и подлинной (реальной человеческой) жизни является этической ересью. Любовь, которая будет разделять человеческую природу и не охватывать всех людей, включая врагов, является еретической для Православной Церкви.

Степень любви еловека к Богу и к ближнему определяет и степень его совершенства как личности. В той степени в какой еловек благодаря любви к Богу соблюдает заповеди и жертвует собой ради ближнего, в такой же он обретает истинного самого себя в лице ближнего. Простив во Христе и вместив ближнего, он в рамках ли ного существования становится истинной ипостасью, Христом по благодати. Хотя он еще пребывает во власти тления и смерти, которая рассекает человеческую природу и представляет нелепой всеобщую любовь, он взращивает как причастник и подражатель жизни Христовой любовь к врагам. Так он провозглашает на деле единосущие человеков, и уверяет, что заповедь Божия есть вечная жизнь (Ин. 12, 50), которая не боится смерти.

Согласно богослову ипостасного принципа, блаженной памяти старцу Софронию, ипостась, или личность, есть «обращенное вовнутрь единство всех. Человек как ипостась образует центр, способный содержать в себе всю полноту богочеловеческого бытия» («Видеть Бога как Он есть»). И

совершенство человека, которое совпадает с реализацией его ипостасного начала, отождествляется с его совершенством как личности, с эволюцией его во всемирного человека по образу Христа. Оно таинственно совершается в деле божественного домостроительства, и оно должно свершиться в жизни каждого человека.

Будущая жизнь раскрывается в истории посредством образов и притч. Образное и приточное изъяснение нельзя подвергать обычной «расшифровке». Ибо гораздо более полным будет таинственное явление смысла в нетварном свете, который также пребывает несказанным. Человек не может вместить и тем более изъяснить небесные величия (см.: 2 Кор. 12, 4; ср. 1 Кор. 2, 9). Ибо в конце концов эти величия и будущая жизнь суть Величия и Жизнь Самого Бога. Это участие в жизни Божией и созерцание Его Лица. Это ясное явление Единосущия и славы Его в тварном мире. Здесь как раз обретается и цельное завершение христианской жизни.

Христианская жизнь по своим свойствам предельно динамична. Она есть жизнь постоянного совершенствования и обожения. Благодать Божия, которая подается верному в настоящей жизни при усыновлении Христу, будет явлена в своей полноте, когда явится Христос — истинная Жизнь верных (Кол. 3, 4). Христиане уже чада Божии, но еще не явлено, чем они будут. Однако они знают, что когда явится Христос во Втором пришествии, они станут подобны Ему, ибо увидят Его как Он есть (1 Ин. 3, 2). Они станут истинными ли ностями, ибо будут видеть Бога «лицом к лицу» (1 Кор. 13, 12).

Динамичный характер христианской жизни выражен и в чаянии будущего века. Христианин не ожидает страстно будущего века, но движется к будущему веку с вожделением и чаянием. И когда он умирает, он не воспринимает это как «судьбу», но «поспешает ко гробу, не ктому помышляя суетная» (стихира подобна Последования Погребения).

Бог безпределен. И обожение человека, как и уподобление Богу, представляет собой безпредельное преуспеяние, осуществляемое по мере решительности человека. Поэтому в Царствии Божием имеются «обители мнози» (Ин. 14, 2) и «званий различия» (святитель Василий Великий, «О Святом Духе»). Боговидение, как видение безпредельного Бога, также простирается до безконечности, сопровождая нескончаемое стремление богозрителя (святитель Григорий Нисский, «О жизни Моисея»). Это стремление делает человека постоянно вмещающим божественную славу и ведет его неустанно к более совершенному созерцанию Бога и более полному у астию в Его славе. «Разве не до беспредельности святые в боговидении будущего века преуспевают? Из всего очевидно, что до беспредельности» (святитель Григорий Палама, «В защиту священно-безмолствующих»).

Конечно, человек и в состоянии обожения не прекращает быть созданием. Обоживаемый человек, хотя и движется до безпредельности, никогда не достигает тождества с Богом. Он становится вместилищем полноты Божества и богом «по благодати, но без тождества Ему по сущности» (преподобный Максим Исповедник, «Слово увещевательное»). Святой Максим Исповедник характеризует это состояние как вечно движущееся стояние и неподвижное самотождественное движение («К Фалассию»).    Это    есть    покой    в    несмолкаемом    развитии и

совершенствовании, которое подает Дух Божий живым членам Церкви. Это истинная жизнь, которая оказывается доступна в настоящей жизни, но не обманывает и не исчезает, как она» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

«Бог есть Дух, — говорит Христос, — и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4: 24). Это вот о чем. БОГ ЕСТЬ ЛИЧНОСТЬ — Дух, и желающий приобщиться к Его жизни должен пребывать в духовном общении и единении с Богом, как личность с Личностью, ибо и сама внутренняя жизнь Божия состоит в общении — трех Божественных Личностей.

Ближайшее личностное общение со Святой Троицей -это и есть аемое христианином Царствие Небесное, «идеже неизреченная сладость зрящих Твоего лица доброту неизреченную» (из утренней молитвы, составленной святителем Василием Великим) и «идеже не покровенне, но лицем к лицу Тебе узрим, егда предаси царство Богу и Отцу, да будет Бог всяческая во всех. Доныне алчу и жажду (такого ближайшего -лицом к лицу — общения), но тогда (во Царствии Твоем) насыщуся, внегда явит ми ся слава Твоя, в нейже царствуеши со Отцем и Святым Духом во веки. Аминь» (из молитвы святителя Амвросия Медиоланского, читаемой священником перед служением Божественной Литургии). И в Псалтири сказано: «Аз же правдою явлюся лицу Твоему, насыщуся, внегда явити ми ся славе Твоей» (Пс. 16: 15).

«Любовь, — свидетельствует преподобный Исаак Сирин, -есть первоначальное созерцание Святой Троицы» («Слова подвижнические», слово 55).

«Если мы говорим, что Бог есть любовь, — рассуждает протоиерей Валериан Кречетов, — то прежде всего должны исповедовать Святую Троицу… Любовь — это согласие и полное единение всех Лиц Святой Троицы. Вы знаете классический образ рублевской Троицы. Если созерцать этот образ, то мы увидим, что все Лица Святой Троицы находятся в полном согласии и единении. И Каждый прислушивается к Другому, и Каждый внимает, и Каждый проявляет это согласие даже Своим видом. Так вот, это единение — как раз первообраз того, к чему должны стремиться все творения. И всевозможные учения о борьбе видов — это все следствия грехопадения человеческого»106.

106 Цит. по: Православный церковный календарь — 2004 с душеполезными поучениями и повествованиями из истории Соловецкого монастыря. С. 76.

Преподобный Иустин (Попович) о любви как сущности Бога и человека пишет: «Любовь — сущность Бога, сущность Триединого Божества, сущность христианства. Бог не был бы любовью, если бы не сделал любовь и человеческой сущностью. Бог — любовь: это первая и главная новость христианства, а вторая — ЧЕЛОВЕК — ЭТО ЛЮБОВЬ. Без любви Бог не Бог, без любви и еловек не есть еловек. Любовь делает Бога Богом и человека человеком. Стяжав любовь, которая есть сущность Божия, человек реально соединяется с Богом и, таким образом, постигает вечную истину. Любовь исполняет человека Богом. По мере этой преисполненности Богом человек познает Его. Преисполняясь Богом, человек исполняется светом, святостью, обоживается и, таким образом, становится способным к действительному познанию Бога.   В молитве человек постоянно связывает себя

107

с Богом и людьми самым наилучшим образом» .

Молитва, обращенная к Богу — это живое признание личного бытия Божия, поэтому вера без молитвы мертва. Вера — это молитва, говорят Святые Отцы. То есть, живая вера в Бога — это живое общение с Ним. Через признание Личности Божией и общение с Богом, мы и сами оживаем как ли ность. Приближая нас к Богу, молитва побеждает в нас звериность (отчужденность), ибо, как говорит святитель Григорий Палама, «ум, отступив от Бога, становится или скотоподобным, или демоноподобным». О том же свидетельствует преподобный Максим  Исповедник:   «Ум,  удаляясь  от Бога, становится

108

скотоподобным и звероподобным» .

Святитель Иоанн Златоуст о действии молитвы говорит: «Как только кто-нибудь поднимет руки к небу и призовет Бога, он тотчас отрешается от всех дел человеческих и обращается мыслью к будущей жизни, представляет небесные блага и во время молитвы не думает о здешней жизни, если молится усердно. Воспламенится ли в нем гнев, он легко укрощается; возгорится ли похоть, она потухает; станет ли терзать его зависть, она весьма легко прогоняется, и в душе молящегося совершается то же, что, по словам пророка, бывает в природе при восходе солнца. Что же говорит он? «Положил еси тму, и бысть нощь, в нейже пройдут вси зверие дубравнии, скимни рыкающии восхитити и взыскати от Бога пищу себе: возсия солнце, и собрашася, и в ложах своих лягут» (Пс. 103: 20-22). Как при появлении солнечных лучей все звери обращаются в бегство и

107 Прп. Иустин (Попович). Достоевский о Европе и славянстве. Цит. по: Любовь как сущность Бога и человека: Из творений преподобного Иустина (Поповича) // Православный церковный календарь — 2004 с душеполезными поучениями и повествованиями из истории Соловецкого монастыря. С. 135, 136.

108 Прп. Максим Исповедник. Творения. М., 1993. Кн. 1. С. 114.

прячутся в свои норы, так точно, когда молитва засияет, как луч, от наших уст и языка, ум наш просвещается, а все безумные и зверские страсти прогоняются, обращаются в бегство и скрываются в свои убежища, если только мы молимся усердно, с напряженною душою и бодрым умом» (слово 7-е против аномеев).

«Если ты молишься, если ты любишь, если ты страдаешь, то ты человек», — любил повторять великий русский философ А. Ф. Лосев109. Другой выдающийся русский философ-христианин, Вл. Соловьев, незадолго до своей кончины на вопрос: «Что самое важное и нужное для человека?» — ответил: «Быть возможно чаще с Господом»; «если можно, всегда быть с Ним», — прибавил он, помолчав несколько секунд110. По слову преподобного Иустина (Поповича), молитва есть «единственный метод сущностного самопознания».

«Молитва, — говорит святой праведный о. Иоанн Кронштадтский, — доказательство моей разумной ли ности, моей богообразности, залог моего будущего обожения и блаженства. из ничего создан; я ничто пред Богом, как ничего своего не имеющий. Но я, по милости Его, есмь лице (т. е. личность. — Авт.), имею разум, сердце, волю свободную и при своем разуме и свободе могу сердечным обращением к Нему постепенно увеличивать в себе Его безконечное царствие, постепенно все больше и больше умножать в себе Его дарования, почерпать из Него, как из приснотекущего неисчерпаемого Источника, всякое благо духовное и телесное, особенно духовное. Молитва внушает мне, что я образ Божий, что при смиренном и благодарном расположении своей души пред Богом, при своей свободной воле, я, безконечно умножая духовные дары Божии, могу таким образом в безконечность усовершаться и до безконе ности увели ивать мое богоподобие, мое небесное блаженство, к которому я предопределен. О! Молитва есть знак моего великого достоинства, которым почтил меня Создатель. Но она, в одно и то же время, напоминает мне о моем ничтожестве (из ничего я и ничего своего не имею, потому и прошу Бога о всем), как и о моем высочайшем достоинстве (я образ Божий, я обоженный, я могу другом Божиим называться, как Авраам, отец верующих, только бы веровал я несомненно в бытие, благость и

109 Тахо-Годи А. А. «Философ хочет все понимать». «Диалектика мифа» и Дополнение к ней. — В кн.: Лосев А. Ф. Диалектика мифа. М., 2001. С. 7.

110 Новоселов М. А. Забытый путь опытного Богопознания. Вышний-Волочек, 1902. С. 34. Цит. по: Полищук Е. С. Михаил Александрович Новоселов и его «письма к друзьям» — В кн.: Новоселов М. А. Письма к друзьям. М., 1994. С. XIII.

всемогущество Бога моего и уподоблялся ему в сей жизни делами любви и милосердия)»111.

«Молитва, — писал еще святой Иоанн Кронштадтский, -есть. созерцание Бога, благоговейное стояние души пред Ним, как пред Царем и Само-Животом, дающим всем живот. пища души, воздух и свет, животворная теплота ее. просвещение лица, веселие духа, златая связь, соединяющая тварь с Творцом. равноангельское достоинство. живая вода души; вмещение в сердце всех людей любовию; вселение в сердце Пресвятой Троицы по сказанному: «к нему приидем и обитель у

112

него сотворим» (Ин. 14: 23)» .

Следствием молитвы является сердечный мир, как говорит Спаситель: «Приидите ко Мне (т. е. приблизьтесь ко Мне сердцем) все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас» (Мф. 11: 28). Итак, «мир», на языке Священного Писания, есть не что иное, как богообщение. А «примирение с Богом» — это восстановление утраченного богообщения, «потому что Бог во Христе примирил с Собою мір, — пишет апостол Павел, — и дал нам слово примирения… примиритесь с Богом» (2 Кор. 5: 19­20).

Бог хочет именно нашего сердца, нашего сердечного единения с Ним: «Даждь Ми, сыне, твое сердце» (Притч. 23: 26). И нет богообщения в той молитве, при которой сердце не обращено к Богу: «Приближаются ко Мне люди сии устами своими и чтут Меня языком, сердце же их далеко отстоит от Меня, но тщетно чтут Меня.» (Мф. 15: 8-9). Ибо «сердце, -как говорит святой праведный о. Иоанн Кронштадтский, — это главное в человеке, жизнь его; больше — сердце наше есть самый еловек. Поэтому молитва должна быть, так сказать, вся дух, вся разум»113. Иначе говоря, «сердце» человека, на языке Священного Писания, — это его дух, личность — то есть центр человека, сердцевина.

«Счастлив, кто от юности заключился в сердце своем со Христом, — записал однажды в своем дневнике новомученик архиепископ Арсений (Жадановский). — Для тебя этот шумный и развращенный мир — неведомая, непонятная, холодная пустыня, попав в которую ты опять стремишься укрыться в уютном уголке своего сердца, где с тобой — Христос. Нужно только бояться потерять это».

111 Чтоб молитва не была во грех: Размышления и советы св. прав. Иоанна Кронштадтского, почерпнутые из его писаний. С. 3-4.

112 Там же. С. 4-5.

113 Там же. С. 19.

«Соединяющийся с Господом есть один дух с Господом» (1 Кор. 6: 17). «Знаешь, что такое погружаться (в молитву)? -спросил однажды старец Паисий Святогорец у своего собеседника. — Затихший в объятиях матери малыш не говорит ничего. Он уже находится в единении, общении с ней»114.

«Те, которых ум научился истинно молиться, глаголют с Господом лицом к лицу, как бы в уши царя. А которые молятся устами, те припадают к Нему, как бы при всем синклите. Пребывающие же в мире, когда молятся, подобны бывают тем, кои среди молвы всего народа умоляют царя. Если ты собственным опытом научился художеству молитвы, то слово мое для тебя понятно» («Лествица» преподобного Иоанна, степень 27).

Молитвой человек приготовляется к встрече с Богом «лицом к лицу» в вечности, к общению со Святой Троицей в Царствии Небесном. Об этом говорит святой праведный о. Иоанн Кронштадтский: «Что соединение наше с Богом в будущем веке последует и что оно будет для нас исто ником света, мира, радости, блаженства — это мы отчасти познаем опытно и в нынешней жизни. По молитве, когда душа наша всецело бывает обращена к Богу и соединяется с Ним, мы чувствуем себя прекрасно, покойно, легко, радостно, как дети, упокоеваемые у груди матерней, или, лучше сказать, как-то невыразимо хорошо: «добро нам зде быти» (Ин. 1: 3). Итак, подвизайся неослабно за будущее нескончаемое блаженство, которого начатки ты опытно знаешь и в настоящей жизни, но внимай: это только начатки земные, несовершенные, видимые только отчасти, как бы в зерцале и гадании (ср. 1 Кор. 13: 12); каково же будет нам, когда мы самым делом приискренне соединимся с Богом, когда образы и тени пройдут, и настанет царство Истины и видения? О! До смерти нужно подвизаться за будущее блаженство, за будущее единение наше с Богом»115.

Святой праведный о. Иоанн Кронштадтский часто указывал на то, что живое, личное общение — это суть православной молитвы и богослужения. Действительно, во всяком священнодействии присутствует ипостасная «адресность», обращенность к личности. В каждой молитве и в каждом священном действии человек реализует себя как богоподобная личность,   разумно-свободно   вступающая   в   общение с

114 Старец Паисий Святогорец. С болью и любовью о современном человеке. С. 186.

115 Св. прав. Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе. М. — СПб., 2001. С.

128.

духовным миром (миром духовно живых личностей). «Почему в форме диалога (разговора, беседы) составлены все наши службы? — спрашивает о. Иоанн и отвечает: — Тут -премудрость Божия… «Чтый да разумеет!» (Мф. 18: 20). Все молитвы и песнопения во славу Господа, Богородицы, св. ангелов и святых обращены всегда во втором лице: ты, вы -потому что образуют как бы взаимную беседу одного с другим, или нескольких лиц с Богом, Богоматерью, св. ангелами, со святым угодником или с целым ликом их; и предполагают необходимо их внемлющими нам, присутствующими с нами, или — в Боге весьма близкими к нам». «Эти «ты» и «мы», -свидетельствовал отец Иоанн Кронштадтский, — говорят о непосредственном присутствии среди нас Спасителя».

В связи с этим обращает на себя внимание следующая особенность. 118-й псалом (17-я кафизма), считающийся самым, так сказать, духовным из всех библейских псалмов, в каждом почти стихе своем содержит обращение «Ты», и в большинстве случаев не одно, а два или даже три. Например: «Постави рабу Твоему слово Твое в страх Твой» (ст. 39); «И да приидет на мя милость Твоя, Господи, спасение Твое по словеси Твоему» (ст. 41); «Сотвори с рабом Твоим по милости Твоей, и оправданием Твоим научи мя» (ст. 124); «Лице Твое просвети на раба Твоего и научи мя оправданием Твоим» (ст. 135). Никакой другой псалом не содержит такого количества и такой частоты личных обращений «Ты». Вот почему Церковный Устав предписывает именно 17-ю кафизму читать и/или петь каждый день (иногда не один раз), а также на заупокойном богослужении.

Сам о. Иоанн с первого же момента богослужения вступал в прямое общение с иным миром, зная обещание Господа: «Где двое или трое собрались во имя Мое, там Я- посреди их» (Мф. 18: 20). О причащении Святых Таин Тела и Крови Христовых в своем дневнике о. Иоанн записал: «Когда причащаюсь Св. Таин, тогда говорю тайно: Господь во мне лично, Бог и человек, ипостасно, существенно, непреложно, очистительно, освятительно, победотворно, обновительно, обожительно, чудотворно (что я и ощущаю в себе). Затем более ничего не прибавлю от себя»116.

«Не отрини мене от Твоего Лица (то есть не оставь меня вне личного общения с Тобой), — молимся мы перед Святым Причащением, — и да не на мнозе удаляяйся общения Твоего, от мысленного волка звероуловлен буду» (из «Последования ко Святому Причащению»). «Вскую мя отринул еси от Лица Твоего, Свете незаходимый, и покрыла мя есть чуждая (т. е.

116 Цит. по: Митр. Вениамин (Федченков). Небо на земле. М., 1994. С. 14, 77.

чужая, противоестественная для моей богозданной природы) тьма, окаяннаго? Но обрати мя и к свету заповедей Твоих пути моя направи, молюся» (один из ирмосов). «Таков род ищущих Его, ищущих Лица Твоего, Боже Иакова!», сказано в Священном Писании (Пс. 23: 6) о людях, сердце которых постоянно ищет и жаждет личного общения с Богом. Такое общение и есть та самая живая вода, пьющий которую не будет жаждать вовек, но вода эта сделается в нем источником воды, текущей в жизнь вечную, как сказал Спаситель в беседе с самарянкой (см. Ин. 4: 13-14).

«Блаженны алчущие и жаждущие правды, ибо они насытятся» (Мф. 5: 6; ср. Лк. 6: 21). Именно жажда постоянного и ближайшего личного общения с Богом является основанием такого явления духовной жизни, как монашество. «Ибо это поистине начало для монашествующих, — говорит об этом старец Иосиф Исихаст, — это та ступень, где он (монах. -Авт.), оставив страсти, встретился с Богом и, познанный Им, прилепился к любви Его, доселе неведомой ему, чтобы повторить слова Иова: «Я слышал о Тебе прежде слухом уха; теперь же мои глаза видят Тебя; поэтому я укорил себя и

117

истаял и мню себя землей и пеплом» (см. Иов. 42: 5-6)» . В каноне преподобному Сергию Радонежскому (Минея, месяц сентябрь, 25-й день) есть такие слова: «Лице Христово лицем, преподобне Сергие, зрети сподобился еси, зерцалом воистину разрешшимся. Сие бо и от міра отлучи тя к возлюбленному желанию» (песнь 4). Здесь идет речь о том тусклом зеркале (в те времена все зеркала были тусклыми, в отличие от нынешних), о котором говорит апостол Павел: «Теперь же мы видим как бы сквозь тусклое стекло (слав. — «якоже зерцалом»), гадательно, тогда же лицем к лицу; теперь знаю я отчасти, а тогда познаю, подобно как я познан (Богом)» (1 Кор. 13: 12).

Когда человек начинает обращаться к Господу как к Личности, тогда у него снимается как бы некое «покрывало», лежавшее дотоле на сердце его (ср. 2 Кор. 3: 15-16), и он тогда познает, что «Господь есть Дух (Личность)» (2 Кор. 3: 17), и тогда он начинает «открытым лицем, как в зеркале, взирать на славу Господню, преображаясь в тот же образ от славы в славу, как от Господня Духа» (2 Кор. 3: 18).

Монах оставляет «все имение свое» (т. е. все, что имеет в мире сем, все мирские попечения и призрачные мирские утехи) и «приходит» к Господу и везде «следует» за Ним, «взяв крест»,

117 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. С. 287.

как это было предложено евангельскому богатому юноше (см. Мф. 19: 21; Лк. 18: 22; Мк. 10: 21), вопрошавшему Спасителя о том, что нужно сделать, чтобы наследовать жизнь вечную, и как достичь большего духовного совершенства (Мф. 19: 20: «Чего еще не достает мне?»). Архимандрит Рафаил (Карелин) о сути монашеского пути говорит так: «Монашество — это поиск непрестанного богообщения. Поэтому центром монашеской жизни является молитва. Монашество — это непрестанное искание Божественного света, который псалмопевец Давид назвал «ликом Бога» (см. Пс. 26: 8-9)».

О Божественном свете и Божественной благодати архимандрит Рафаил говорит еще следующее: «Истинная жизнь — это Божия благодать. Земная жизнь с ее текучестью и временностью — это странный синтез жизни и смерти, это полужизнь. По отношению к вечности — это эмбриональное состояние души, это не бытие, а бывание или пребывание. Благодать — это источник всякой жизни и всякого бытия, это сила освящения и будущего преображения, то есть безконечная цель сотворенного мира, а оскудение благодати — это умирание мира и апокалиптические катастрофы как видимые признаки его агонии. Монах через очищение сердца, молитву и аскезу стремится стяжать Божественный свет в своей душе, но этот свет является в то же время и стержнем мироздания; и потому свет, который стяжал монах в своем сердце, преображает весь мир. Мистическое учение о Божественном свете, являющееся сердцем Православия, чуждо миру… Монашеская жизнь — это искание Фаворского света. Характерно, что учение о Фаворском свете, пронизывающее всю патристику, рационалистический Запад называет ересью паламизма и суеверием исихастов. Католики и рационалисты в Православии потеряли видение различия между свойствами духа и души, подменили одно другим.    О Фаворском свете

118

может знать только тот, кто стяжал его сам» .

«Видеть Бога — значит иметь в своей душе Божественный свет» (архимандрит Рафаил)119. Стяжание Божественного света является следствием общения с Богом: « огда сходил Моисей с горы Синая, и две скрижали откровения были в руке у Моисея при сошествии его с горы, то Моисей не знал, что лице его стало сиять лучами оттого, что Бог говорил с ним. И увидел Моисея Аарон и все сыны Израилевы, и вот, лице его сияет, и боялись подойти к нему» (Исх. 34: 29-30).

118 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 195-196, 198-206.

119 Архим. Рафаил (Карелин). Умение умирать, или Искусство жить. С. 183.

Афонский старец Иосиф Исихаст, когда его попросили сравнить Божественный свет со светом физическим, так рассказал — основываясь, конечно, на собственном опыте — об осиянии человека Божественным светом: «В сравнении с Божественным Светом свет мира сего, бывающий в тот час, когда солнце стоит в зените, является тьмою. Удивительно, каким образом совершается это (личностное. — Авт.) общение и соединение Безпредельного и Нетварного с тварными и ограниченными людьми, которые благодаря ему становятся богами и сынами Вышнего (Пс. 81: 6: «Я сказал: вы — боги, и сыны Всевышнего — все вы»). Только тогда человек чувствует и удостоверяется всем своим существом, что он — образ и подобие Самого Бога (т. е. человек тогда в очень большой мере, с сильнейшей отчетливостью ощущает себя духовной личностью. — Авт.). Всякое пространственное и временное телесное ограничение исчезает, человек оказывается вне места и пространства и среди нерушимого мира ощущает себя подобным Богу, посредством Его энергий ощущает, что и сам он — бог в Боге, не ведая, каким образом и в какой мере это может быть. Он не помнит ни о чем из своего прежнего опыта и прежней жизни и знает лишь Бога, в Котором заключен, знает, что «благ Господь» (1 Пет. 2: 3: «Ибо вы вкусили, что благ Господь»). Человек не недоумевает, не дивится, не исследует (ибо это было бы уже взглядом «со стороны». — Авт.), но в полноте приобщается некоего безграничного счастья, которое кажется ему не ужим (ибо там нет уже отчужденности. -Авт.), но своим и естественным (состояние без отчужденности естественно для человека, а пребывание в состоянии отчужденности — противоестественно. — Авт.). Происходит это. в часы молитвы (т. е. является следствием молитвенного богообщения. — Авт.). Человеческое старание и воля не добавляют к этому ничего, но это дается от Бога как дар (т. е. по абсолютно свободной воле Божией. — Авт.) чистым сердцем,

120

ибо они, по слову Господню, «Бога узрят» (Мф. 5: 8)»120.

Вспомним: «. тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их» (Мф. 13: 43). И у пророка Даниила: «…И многие из спящих в прахе земли пробудятся, одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и посрамление. И разумные будут сиять, как светила на тверди, и обратившие многих к правде — как звезды, вовеки, навсегда» (Дан. 12: 2-3).

120 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. С. 195-197.

Такие важнейшие духовные понятия, как Божественный свет, богообщение и образ и подобие Божие в человеке, тесно взаимосвязаны. Вот как об этом рассуждает святитель Илия Минятий: «Душа есть образ Божий. в блаженстве она силою Божественного Света восприимет образ Самого Бога. «Взирая на славу Господню, — говорит апостол Павел, — преображаемся в тот же образ от славы в славу» (2 Кор. 3: 18). И Иоанн говорит: «будем подобны Ему, потому что увидим Его, как Он есть» (1 Ин. 3: 2). Итак, кто спрашивает, что такое душа, пусть узнает, что душа есть величайшее дело Божественного Света, есть живой отпе аток Святой Троицы (отсюда и «печать дара Духа Святаго», т. е. печать образа Божия. — Авт.). О неувядающая красота души! Как вы, христиане, представляете себе Царство Небесное, райское блаженство, славу праведных? Это не что иное, как созерцание Лица Божия. Так прекрасен Лик Божий, что святые ангелы готовы всегда на него взирать. Они с жаждою смотрят на этот неисчерпаемый источник Света неприступного. Поэтому Петр и говорит: «во что желают приникнуть ангелы» (1 Пет. 1: 12). Если бы Он на мгновение явился в аду, ад превратился бы в рай, и если б Он на мгновение скрылся из рая, — рай превратился бы в ад. Образ этого

121

Божественного Лика есть душа» («Слово о душе») .

Личностное общение с Лицами Святой Троицы и с другими сотворенными Ими по Своему образу личностями — ангелами и человеками — Священное Писание называет светом (при свете мы видим других), а отсутствие этого общения — тьмой (когда темно, мы никого не видим). «Аз есмь свет міру», — говорит Господь (Ин. 8: 12). «Если мы говорим, что имеем общение с Ним, а ходим во тьме, то мы лжем и не поступаем по истине, — свидетельствует апостол Иоанн. — Если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и ровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха» (1 Ин. 1: 6-7). Мы возвещаем вам жизнь вечную, говорит в другом месте возлюбленный ученик Господа, «чтобы и вы имели общение с нами: а наше общение — с Отцем и Сыном Его, Иисусом Христом» (1 Ин. 1: 3).

Молитва — это свет богообщения. Если он меркнет, то человек погружается в непроницаемый мрак богооставленности и перестает видеть себя самого и других. Бог становится для него не Живым Богом, с Которым он пребывает в живом общении, а отвлеченно-рассудочной идеей.

121 Свт. Илия Минятий Кефалонитский. Проповеди. Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1902. С. 132.

При отсутствии богообщения не может быть настоящего общения и с другими личностями; и наоборот: если нет любви к сотворенным Богом личностям, то нет и истинной любви к Богу, а значит, нет личностного с Ним общения. « то говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме.

то любит брата своего, тот пребывает во свете» (1 Ин. 2: 9-10). «Не любящий брата пребывает в смерти» (1 Ин. 3: 14). Кто далек от любви, учит святой Ефрем Сирин, тот «проводит

122

дни свои в сонном бреду», «лишен света и живет во тьме»122. «Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4: 16).

«Знаменитые подвижники Церкви, такие как преп. Антоний Великий, преподобный Евфимий, Ефрем Сирин, Нил Подвижник, Силуан Афонский и другие словесно изображаются как «Отцы всемирные». Такая характеристика не служит признаком только широты распространения их учения, но и является одним из свойств их личности. Точнее говоря, она указывает на то свойство их личности, которое выражено в широком распространении их учения и примера их жизни. Истинный монах — это человек всемирный. И цель монашества — совершенство человека, которое совпадает с воссозданием его как вселенского (глобального) человека.

Человечество нельзя найти где-то вне людей, в безвоздушном пространстве. Человечество находится в человеке: в каждом человеке. Первый человек имел в себе потенциально весь человеческий род. «Ибо хоть Адам из земли единый сотворен, но в нем были смыслы преемства всего рода человеческого» (святитель Афанасий Великий, «Против ариан»). Но и каждый человек имеет от природы в себе целое человечество. Но движимый себялюбием, которое есть мать всякой человеческой страсти, он боязливо ограждает себя в своей обособленности и не в силах даже увидеть единство человеческого рода. Он не может принять и вместить в себе все человечество, то есть стать истинной человеческой личностью. Всемирность, будучи качественно особым состоянием, не может осуществиться путем взаимных уступок людей, пусть даже всех людей во всем мире, но только взаимным охватом и взаимным вхождением в каждую конкретную человеческую личность. Всемирность не уничтожает, но выявляет личность. Точнее говоря, всемирность есть признак истинной личности, истинно ипостасной личности.

Впадение человека в грех привело к расчленению человека изнутри и разделило человеческий род на эгоцентричные личности. Отдаление от источника жизни — Бога — умертвило человека и сделало его чуждым ближнему и миру. Подчинение закону тления и смерти соделало его эгоцентричным и самолюбивым. Так было нарушено единство человечества в самой его основе, и разделение стало господствовать над ним.

122 Св. Ефрем Сирин. Творения. Т. 1. С. 7.

Единство или разделенность человечества есть единство или разделенность всякого человека. И наоборот, единство или разделенность всякого человека отражается на всем человечестве. От того, каким образом всякий человек живет и действует, каким образом существует и проявляется в мире, зависит, объединяет ли или разделяет он всецелое человечество. Единство человека или человечества — это не пустое понятие, оно имеет реальное основание в человеческих личностях. Безипостасность или исчезновение ипостасти, т. е. личности, есть ни что иное, как ее распад.

Истинная всемирность основывает себя на всемирном человеке. А всемирное человечество созидается с открытием всемирных людей. Без таких людей могут быть всемирные события, но не может существовать подлинная всемирность. Это и происходит в наше время, когда пытаются основать всемирность только на отрицательных моментах новейшего времени. Но разве можно осуществить всемирность тогда, когда внутри человека царствует разделение, когда сама человеческая природа постоянно распадается и в людях все более водворяется эгоцентризм и самолюбие.

Ответ на этот вопрос нельзя дать, опираясь на раздробленное человечество, но только в перспективе динамики единого человеческого нового бытия. Это новое человеческое бытие не может сделать человеческое бытие единым, это не осуществлено в самой человеческой природе, выпутавшейся из тления и из расщепления на части. Это в точности совершается Христом и Его Церковью.

Цель монаха — это освобождение от всяких мирских препон. Это освобождение от страстей, вещей, от желаний. Это полное уничижение. На это направлены три монашеские добродетели: девство, нестяжательство, послушание. Особенно послушание, которое и есть главная монашеская добродетель, подразумевает совершенную свободу от всех вещей и смирение. В монашестве ни одна добродетель не рассматривается как уничижение и смирение. Иначе говоря никакая добродетель не составляет самоцель, но средства для приобретения смирения, т. е для освобождения человека от всего, что отделяет его от Бога и ближнего.

«Монах есть от всех отделенный и со всеми согласный». «Монах есть самого себя со всеми соединивший тем, что в каждом человеке самого себя без упущений может видеть» (преподобный Евагрий Понтийский, «О молитве»). Монах отделяется ото всех, чтобы соединиться со всеми. Но он пребывает со всеми, поскольку видит в других людях подлинное «я», ибо его истинное «я» есть ближний. «Мнози едино тело есмы о Христе, а по единому друг другу члены» (Рим. 12, 5). Конечная цель монашества -утверждение, а не отрицание; единство, а не разделение. Чтобы осуществить единство со всеми, необходимо сперва отделиться от всех. Только тогда человек соединяется с Богом, соединяется со всеми. А если он не оставит имеющиеся разделения, он не сможет достигнуть желанного единства. Если он не истребит эгоцентризма, он не сможет ясно явить всемирность (глобальность).

Монах оставляет семью и большое общество, которое его окружает, чтобы стать членом всемирной семьи Божией, чтобы стать человеком любви, ибо сам Бог есть Любовь. Это стремление не легко и не

безболезненно. Оно и не всегда осуществимо, и не всегда имеет успех. Переход от индивидуалистического и от общественного эгоизма к вселенскости и всемирности любви делает человека истинной личностью. Он осуществляется в перспективе нового человеческого бытия, которое явил Христос. Как раз в этой настоящей перспективе апостол Павел возглашает: «Несть иудей, ни эллин, несть раб, ни свободь: несть мужеский пол, ни женский: вси бо вы едино есте о Христе Иисусе» (Гал.

3, 28).

Как раз это и есть цель монаха. Но это должно быть и целью всякого христианина, ибо монах не преследует чего-то большего, чем то, к чему должен стремиться всякий христианин, желающий совершенства. Когда человек достиг совершенства в любви и безстрастии, говорит святой Максим Исповедник, «он не знает различия между своим и чужим, или своей и чужой, или верующим и неверующим, или рабом и свободным, или вообще мужем и женой: но он становится выше тирании страстей и, устремляя взор в единую природу людей, всех наравне созерцает и ко всем равно расположен» («Главы о любви»).

Переход от эгоцентризма и эгоизма к вселенскости и всемирности осуществляется путем, противоположным пути падения. Если падение человека и разделение людей началось и продолжается от непослушания, от оскудения любви и отрицания личной ответственности за зло, которое является в мире, то исправление и путь ко всемирности и соборной вселенскости начинается и продолжается послушанием, жизнью в любви и личным принятием ответственности за зло и противостоянием злу. Злу, которое пребывает в мире, человек не противостоит как нечто чуждому и не связанному с ним, но видит его как личное зло. И он видит его так, ибо все человечество есть для него единое соборное бытие, заключающееся в его собственном ипостасном существовании, от чего не умаляется существование всех других ипостасей.

Открытость ко всемирности начинается с радикальной перемены. Она начинается с очищения и возвращения еловека к себе и к Богу. Когда человек возвращается к самому себе, чистому от страстей, то видит Бога, Который отображается в нем. И видя Бога, он видит истинного самого себя. Он видит истинного человека, который становится горизонтом явления всего богочеловеческого бытия. «Се небо внутри тебя, если ты чист, и в самом себе увидишь Ангелов со светом их, и Владыку их с ними и внутри них» (преподобный Исаак Сирин, слово 43).

Эта перемена не осуществляется на психологическом или социальном уровне, но имеет онтологический характер. Это изменение, которое осуществляется в добровольном самораспятии человека и его вступлении в бытие нового творения. Психологический и общественный уровни понимания здесь не будут безполезными или несущественными, напротив, они полезны и необходимы для того, чтобы человек понял, что действительно жизнь его может измениться. Поэтому и существует институт монашества, который и образует требуемые общественные и психологические основы для существенного обновления человека. Человек отрекается от себя, чтобы внутри себя переродиться в нового человека. Он умерщвляет свое «я», чтобы приобрести новое бытие. Он оставляет разделения в прошлом, чтобы в будущем жить единством всех.

Основа и признак этой перемены — Христос. Христос — Новый Адам, Который от безпредельной любви взял на Себя грех всего мира и умер для того, чтобы упразднить грех. Христос, взяв на Себя грех мира, восприял всех людей: «ибо все согрешили» (Рим. 3, 23). Истинная встреча человека с Богом совершается не в области святости, но в области греховности, не в раю, а в аду. Когда человек «держит свой ум во аде», то не отделяется ни в ем от других людей. Тогда Христос, и идущий за Ним христианин, приближается поистине к ближнему, когда человек берет ответственность за его грех. И кто берет ответственность за грех ближнего действительно и в целом, тот воспринимает искупительную смерть Христову как Жертву, Которая принесена за свой личный грех. Так, апостол Павел видит жертву Христову как жертву, принесенную лично за него (см. Гал. 2, 20). Это утверждение не надмевает, а совершенно смиряет человека, поэтому-то апостол в данном случае разделяет точку зрения о все елове еской ответственности, которая привела Христа на Крест.

К этому же относится и прошение себе лично милости: «помилуй мя» вместо «помилуй нас». Когда монах говорит: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя», он не отделяет эгоистически себя от других, но, напротив, охватывает в себе и всех других, расширяя безгранично любовь свою и беря на плечи ответственность за них. Старец Порфирий говорил: «Разве ты не знаешь, что ты и я, мы суть одно? В этом чувстве единства нашего с другим человеком кроется тайна духовной во Христе жизни». Поэтому старец советовал своим духовным чадам, когда они молятся за кого-либо, вставать на его место и говорить опять же: «Господи, Иисусе Христе, помилуй мя».

Совершенный монах берет добровольно на себя всечеловеческую ответственность за зло, которое существует в мире. Таким образом, он видит и спасение, которое несет Христос, как личное спасение. Ставя себя ниже всех людей и чувствуя себя первым из грешников, он встречает дар Христов как дар ему лично. Он становится всемирным человеком в среде всемирной греховности и принимает всемирную перемену в новой жизни, которую Христос приносит грешному человеку. Он становится причастником дела Христова. Как Христос носит в Себе полностью все человечество, так монах распростирает свои объятия и приемлет весь мир. Он становится всемирным «по образу всемирности самого Христа» (архимандрит Софроний (Сахаров), «О молитве») и осуществляет предвечную цель, заложенную при его создании, быть «по подобию» Божию. Когда святой Силуан Афонский увидел Живого Христа, то начал молиться за весь мир как за самого себя. Он стал причастником дела Христова и тем самым обрел вселенское сознание.

Вселенскость, за которую ратует и которую предлагает Церковь, зиждется на личности и осуществляется в раскрытии личности и выявлении ее как места «примирения» всего мира, в ее соборной ипостаси. Это глобальность свободы. Напротив, глобализация, которая нарастает в наше время, полагает основание к уни тожению ли ных свойств. Она осуществляется через цифровую кодификацию и приводит к уни тожению ли ности. Это глобализация несвободы» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Общение — главное в жизни Церкви Христовой. В православном     богословии     Церковь     мыслится и

определяется как «общение (ради) обожения» (святитель Григорий Палама, «Слово изъяснительное о Святом Духе»). «По самому существу своему и названию, — говорит архимандрит Кирилл (Павлов), — Церковь есть общение, союз — высший, нравственный, духовный союз… Любовь и взаимное общение есть основное начало и существенное свойство в развитии религиозной жизни христианства. И в будущем веке она (любовь. — Авт.) будет преобладать между членами Царства Небесного»123.

Сущность Церкви раскрывается еще в следующих словах святого праведного о. Иоанна Кронштадтского: «Что св. Церковь внушает нам, когда и на домашней молитве, и в церковной влагает в наши уста молитвы от лица всех, а не от одного лица? Внушает нам непрестанную взаимную любовь, чтобы мы всегда и во всем на молитве и в житейском обращении, любили друг друга как себя, чтобы мы, подражая Богу в трех Лицах, составляющих высо айшее единство, и сами были едино, из многих составленное. Да вси едино будут, якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут (Ин. 17: 21)». «Переживай сердцем, — пишет в другом месте святой Иоанн Кронштадтский, — слова молитвы Спасовой ко Отцу: «Якоже Ты, Отче, во Мне, и Аз в Тебе, да и тии в Нас едино будут» (Ин. 17: 21) — и всячески усиливайся соединиться с Богом и других соединить с Ним»124.

В Церкви Бог открывается человеку «лицом к лицу», в ней «происходит соединение людей с Богом. Церковь есть одновременно и Тело Христа и полнота Духа Святого, наполняющего всё во всём», — пишет известный русский

125

богослов Владимир Лосский . В Церкви мир и человечество находят безграничное завершение своего бытия. Она творит человечество и мир единым с Богом и освящает его. В этом заключается сущность Божественного домостроительства. Мир и существует ради Церкви Христовой, потому что она есть «град святый», «новый Иерусалим» (Откр. 21: 2), «Церковь есть средоточие вселенной, среда, в которой решаются её судьбы»126.

123 См.: Архим. Кирилл (Павлов). Ищите прежде Царствия Небесного. М., 2000. С. 188-193.

124 Чтоб молитва не была во грех: Размышления и советы св. прав. Иоанна Кронштадтского, почерпнутые из его писаний. С. 88.

125 Лосский В. Н. Очерк мистического богословия Восточной Церкви. — В сб.: Боговидение. М., 2003. С. 245.

126 Там же. С. 249.

Афонский старец Порфирий (Баирактарис; f 1991) говорил: «Христос открывает Себя только внутри Церкви, там, где люди, находясь вместе, любят друг друга несмотря на грехи; не из-за их усилий, но по милости и любви Христа. Любовь Христова держит всех нас вместе. Он делает нас одним телом и мы участвуем в богочеловеческой жизни Господа. Только таким образом, и никак иначе, мы можем вознестись над разрушительной

127

силой греха. И вершина истины есть святая Евхаристия» .

«Церковь, как богочеловеческое общество, как община обожения, есть место онтологического воссоздания мира. Она есть место, в которое призваны люди, дабы сделать действенным друг с другом свое единосущие, дабы объять друг друга любовью и соединиться по образу Святой Троицы… Она есть новое бытие, осуществляемое в общении» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Итак, Церковь есть общение и единение, союз любви. Значит, Церковь есть преодоление отчужденности. Вот

почему в Священном Писании Церковь называется «телом» (например: Рим. 12: 4-5; 1 Кор. 6: 15; Еф. 1: 23). Тело — не случайное механическое собрание членов, из которых каждый в жизни своей замкнут в себе, но именно один организм, где все члены соединены друг с другом, где одна нераздельная жизнь. «Едино тело верных… и тело это не разделяет ни время, ни пространство: ибо связаны мы друг с другом не суставами и сухожилиями, но узами любви отовсюду облечены» (святитель Иоанн Златоуст). Вне этого тела невозможно спасение. Вступление человека в Церковь возводит его к подлинному достоинству и обожению. Оно ведет его к становлению как богоподобной личности.

Церковь — Тело Христово. Христос — Глава Церкви. Он, по слову апостола, есть «Спаситель тела» (Еф. 5: 23), Новый Адам спасенного человечества (1 Кор. 15: 22), составляющего Церковь. Во Христе нет отчужденности. В Нем человек получает то, что потерял в Адаме. Поэтому спасение есть освобождение от отчужденности, исказившей природу человека.

«В единой и нераздельной Церкви реализуется единство раздробленного елове ества, и вновь восстанавливается единство с Богом. Если преслушание вызвало внутреннее раздробление (расщепление) в человеке и разлучение с Богом и ближним, то послушание творит его единым и ведет к восстановлению его общения с Богом и ближним. Это становится осуществимым со Христом в Церкви. Христос вместе с целокупным Своим Телом — Церковью, созидает эту новую реальность. Это та реальность, которую воздвигла любовь Божия

127 Невероятные дары. Жизненный подвиг, необыкновенные чудеса, советы и пророчества двух афонских подвижников. С. 85.

явлением Христа: «Да любы, еюже Мя еси возлюбил, в ни* будет, и Аз в них» (Ин. 17, 26).

Христос есть «место», где становится реальным единство и освящение человеков, или можно сказать, единство человеков через освящение. Ибо Христос — Новый Адам, восстанавливающий раздробленную человеческую природу ветхого Адама.

Единство в Церкви не означает исчезновения личностной неповторимости (несхожести, различия). Как во Святой Троице сущность общая, а личные свойства не являются общими, так и у членов Церкви. Во Христе обновившаяся природа человека подается каждой отдельной ипостаси. И каждая ипостась призвана в Церкви стать всемирной, вместить все человечество, всего Адама, по образу Нового Адама, нового Человека Христа.

Человечество призвано быть единым человеком «по образу» Трои еского единства. Оно призвано стать одним всемирным человечеством по образу единого Троического Божества.

Стремление к единству и глобальности прямо противоположно стремлению к разрыву и отчуждению» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Всякий член Церкви соединяется со Христом и призывается достигнуть «в мужа совершенна, в меру возраста полноты Христовой» (Еф. 4: 13). В Церкви христиане должны достигнуть той степени любви, той меры, того возраста духовного, когда «вообразится в них Христос» (см. Гал. 4: 19), чтобы человек был «совершенным во Христе Иисусе» (см. Кол. 1: 28). Господь наш Иисус Христос, по слову Святых Отцов, стал нашим «знамением совершенства»; Он — эталон, идеал, к которому мы должны стремиться, «да достигается через Него мера возраста человека нашего внутреннего» (преподобный Ефрем Сирин)128.

«Христос был от века идеал, к которому стремится и по закону природы должен стремиться человек», — утверждал Достоевский. Он сформулировал идею Богочеловечества. И с того времени ведущей для русской религиозной философии стала дилемма «Богочеловечество — человекобожие». Суть «человекобожия» заключается в принципиальном различии и разделении «природного человека от духовного». Это разделение, по словам Н. Бердяева, «и дает свободу творческого развития природному человеку, удалившись от внутреннего смысла   жизни,   от   глубочайших   основ   самой природы

129

человека»129.   Для   философии   «человекобожия» высшим

128 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1190.

129 Бердяев Н. Смысл истории. М., 1990. С. 108.

идеальным измерением является сам человек и все «человеческое».

Но может ли «человеческое» и только «человеческое» выполнять функцию абсолюта, критерия, высшей идеи? Достоевский полагал, что даже если рассматривать «человеческое» как некий феномен, представляющий интересы рода, то идеала все равно не получится, ибо сумма равна слагаемым, со всеми их свойствами. Идеал, «высшая идея» является стержневым структурным элементом существования человека и общества. Богочеловеческая природа Христа — это онтологи еская возможность и заданность нравственного совершенствования человека. Оно реализуется через свободное, духовное, «умное делание» человеком самого себя, постоянно корректируемое «божественным центром жизни». «Человекобожие», как попытка определить абсолютные критерии «лучшести» для самого себя из самого себя, рано или поздно оборачивается разными формами субъективизма, который в лучшем случае приводит к фарсу, в худшем — к катастрофе.

Любовь (то есть личное общение и единение) — это новый принцип жизни возрожденного человечества (см. Еф. 3: 18). Поэтому в Царствии Небесном будет полное взаимопонимание и единение между сподобившимися его наследовать. По словам святого Григория Синаита, «святые в будущем веке (на небесах)

вещают  между  собою  внутреннее  слово,  Духом Святым

130

изглашаемое» .

Грех и отчужденность в будущем веке, при обновлении мира упразднятся. В Царствии Небесном уже не будет отчуждения между личностями, не будет нынешнего отчужденного отношения к другим только как к исполнителям той или иной социальной роли, функции или как к инструменту, вещи. «Сподобившиеся достигнуть того века и воскресения из мертвых, — говорит Господь, — ни женятся, ни замуж не выходят, и умереть уже не могут, ибо они равны Ангелам и суть сыны Божии, будучи сынами воскресения» (Лк. 20: 35-36). «Равноангельными умами, по нетлению и обожению, будут

131

святые, яко сыны воскресения» (святой Григорий Синаит) . Итак, признание других личностей и общение с ними — это: любовь — мир — свет — день — благодать — безстрастие —

чистота — созидание — спасение — правда — закон — добро ­

ш Добротолюбие. Т. 5. С. 189. 131 Там же.

истина — жизнь — рай — царствие — радость — блаженство -богоподобие.

А отсутствие личностного общения, отчужденность — это: ненависть — вражда — тьма — ночь — пустота (оставленность)

— грех — нечистота — разрушение — погибель — лукавство -беззаконие — зло — ложь — смерть — ад — геенна — плач — мучение

— звероподобие.

Имя

Имя человека — это обозна ение его ли ности, духа, как стержня природы человека. Имя человека выделяет его из миллиардов других людей и утверждает неповторимость его личности. Святой праведный о. Иоанн Кронштадтский в своем «Дневнике» однажды записал: «Что человек произошел от Слова Божия, доказательством тому служит само слово «человек», и потом — имя, данное ему при крещении, или при обряде наречения имени. Доколе человек жив, дотоле все называют его этим именем, и он отзывается на него, что он -точно он; он весь заключается в своем имени. Наконец, когда он умрет, и тленные останки его схоронятся в землю, остается в памяти одно имя его как доказательство происхождения его от Слова Божия, — это невещественное, вечное, как душа, достояние его и наше»132.

Отец, Сын и Святой Дух — три Личности и три имени. И человек создан как личность — по образу Божию. Сам Бог дал имя первому человеку, назвав его Адамом. Этим самым Господь дал человеку своего рода знак образа Божия, некое «удостоверение личности», «сертификат духа», дающий право и возможность жить в общении со Святой Троицей, участвовать в жизни вечной, которая и есть общение личностей. Царствие Божие есть общение личностей в любви, а ад — отсутствие этого общения. «Радуйтесь тому, что имена ваши написаны на Небесах» (Лк. 10: 20), — говорит в Евангелии Господь своим ученикам, имея в виду их будущее участие в жизни вечной.

Имя — не только обозначение личности, но и средство признания и призывания данной личности. Через имена личности вступают друг с другом в общение. Святой Иоанн Кронштадтский, рассуждая о силе имени святых, говорит так: «Когда мы призываем святых на молитве, тогда произнести от

132 Митр. Вениамин (Федченков). Отец Иоанн Кронштадтский. СПб., 2000.

сердца их имя значит уже приблизить их к самому своему сердцу. Имя святых, из членораздельных звуков, значит как бы плоть святого или святой. В малом виде в устах наших и в душах наших как бы отражаются существа горнего и дольнего мира, — и все это через веру, Духом Святым, Который есть един

133

Сый — везде сущий и все исполняющий» .

«Имя вызывает образ, — пишет известный православный автор Н. Е. Пестов, — а образ в душе есть соприкосновение или даже единение души с этим образом. При этом первое или второе — то есть соприкосновение или единение — будет зависеть от нашего отношения к этому образу. Если мы в любви тянемся к нему, то этот образ вливается в нашу душу, объединяется с нами и влияет на наши чувства и ощущения. Но если образ антипатичен, то мы только соприкасаемся с ним и в душе переживаем чувство неприязни или брезгливости. Мы стараемся тогда оттолкнуться в душе от этого образа, поскорее уйти и забыть его»134.

И икона, по православному учению, связана со своим первообразом именно именем, которое обязательно на иконе присутствует. Когда верующий человек при взгляде на икону Господа, Божией Матери, ангелов или святого угодника Божия называет изображенное на ней именем, тогда он этим наименованием вступает в живое общение с ними через молитвенную речь, изливаемую перед святым изображением. Согласно церковному догмату об иконопочитании, сформулированному Седьмым Вселенским Собором, «честь, воздаваемая иконе, относится к ее первообразу, и поклоняющийся иконе поклоняется ипостаси (то есть личности. — Авт.) изображенного на ней». Отсюда следует, что ересь иконоборчества заключала в себе отрицание личного начала, как и все вообще ереси и лжеучения (если их внимательно рассмотреть под этим углом зрения).

Почему Святые Отцы указывали на первостепенное значение в духовной жизни Иисусовой молитвы? Потому, что, творя эту молитву, призывая имя Иисуса Христа (отсюда и название молитвы), человек пребывает в живом общении с Господом, соединяется любовью со Христом. Пребывание в имени Божием, в непрестанной молитве — это жизнь души, проявление любви к Живому и Личностному Богу.

133 Митр. Вениамин (Федченков). Небо на земле. С. 120.

134 Душа человеческая. М.: Православное братство святого апостола Иоанна Богослова, 2003. С. 174.

«Инок употребляет ли пищу или питие, сидит ли или служит, путешествует ли или что другое делает, должен непрестанно вопить: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя!» чтоб имя Господа Иисуса, сходя в глубину сердца, смирило змея (указание на звериность. — Авт.), обладающего сердечными пажитями, спасло и оживотворило душу. Непрестанно пребывай в имени Господа Иисуса, да поглотит

135

сердце Господа и Господь сердце, и да будут два — едино» .

Посредством имени Божия, произносимого с верой, мы общаемся с Богом. Вера, по апостолу Павлу, есть «уверенность в невидимом» (Евр. 11: 1). То есть, мы уверены в существовании Личности Божией и уверены в том, что Господь нас слышит, внимает нам, что с Ним можно общаться. Если у нас есть такая живая уверенность, то через призывание имени Божия мы вступаем в живое общение с Живым Богом. И тогда у нас появляется не только уверенность в личном бытии Божием, но и «знание Бога». Как, например, для преподобного Силуана Афонского познание Бога означает любовь к Богу, а значит -общение с Ним.

«Подлинное богообщение ищется человеком не иначе, как чрез личную молитву к Богу Личному, — пишет архимандрит Софроний в книге «Старец Силуан». — вление Христа Силуану было — личной встречей, в силу чего его обращенность к Богу приобрела глубоко личный характер. Молясь, он беседовал с Богом лицом к Лицу. Чувство личного Бога очищает молитву от воображения и отвлеченных рассуждений, переводя все в некий невидимый центр живого внутреннего общения. Сосредоточиваясь во внутрь, молитва перестает быть «взыванием в пространство», и ум становится — весь внимание и слух. Призывая имя Божие, Отче, Господи и другие, он пребывал в таком состоянии, о котором «нельзя говорить» (2 Кор. 12: 4), но кто сам испытал присутствие живого Бога, тот поймет»136.

«Я знаю тебя по имени, и ты приобрел благоволение в очах моих», — сказал Господь Моисею, с которым говорил «лицем к лицу, как бы говорил кто с другом своим» (Исх. 33: 11-12, 17). Премудрый говорит: «Имя грешников неблагое потребится. Пецытеся об имени, то бо пребывает паче тысяч сокровищ злата» (Сир. 31: 13).

135 Каллист патриарх и Игнатий Ксанфопулы. Наставление безмолствующим, в сотне глав. Гл. 21 // Добротолюбие. М.: Сретенский монастырь, 2001. Т. 1. Ч. 2. С.

133960.

136 Преподобный Силуан Афонский. М., 1998. С. 104.

Из Священного Писания мы знаем, что участвовать в жизни вечной будут те, чьи имена вписаны в Книгу Жизни (см., напр.: Откр. 13: 8). «Господи, — вопил Моисей ко Господу, прося Его помиловать народ еврейский, — народ сей сделал великий грех: сделал себе золотого бога; прости им грех их, а если нет, то изгладь и меня из книги Твоей, в которую Ты вписал» (Исх. 32: 31-32). «Побеждающий — говорит Господь в Апокалипсисе, -облечется в белые одежды; и не изглажу имени его из книги жизни, и исповедаю имя его пред Отцем Моим и пред Ангелами Его. Имеющий ухо да слышит» (Откр. 3: 5-6). И в другом месте: «Побеждающего сделаю столпом в храме Бога Моего, и он уже не выйдет вон; и напишу на нем имя Бога Моего и имя града Бога Моего, нового Иерусалима, нисходящего с неба от Бога Моего, и имя Мое новое. Имеющий ухо да слышит» (Откр. 3:

12-13).

Участие в жизни будущего века, пребывание в новом Иерусалиме, предполагает личное общение с Богом, видение «лица Его». В Откровении святого Иоанна Богослова об этом сказано так: «И узрят Лице Его, и имя Его будет на челах их» (Откр. 22: 4). «Запечатление Именем Божиим, — объясняет протоиерей Сергий Булгаков в своей книге «Апокалипсис Иоанна», — есть именно личная встреча с Богом, Его ипостасное самооткровение. Имя, как «собственное» имя, подлежащее, а не сказуемое или определение, принадлежит ипостаси»137.

«Имя, — рассуждает А. Ф. Лосев, — стихия разумного (т. е. духовного, личного. — Авт.) общения живых существ в свете смысла и умной гармонии, откровение таинственных ликов и светлое познание живых энергий бытия. В любви мы повторяем любимое имя и взываем к любимому через его имя. <…> Без имени — было бы безсмысленное и безумное столкновение глухонемых масс в бездне абсолютной тьмы».

О значении имени А. Ф. Лосев писал еще следующее: «Природа имени заключается не в сущности (т. е. не в самом самом) и не в явлении, то есть имя сущности не есть сама сущность в себе (в смысле вещи и субстанции), ни явление, взятое самостоятельно само по себе, но имя вещи есть самостоятельный, не сводимый ни на сущность-в-себе, ни на явление-в-себе символ. <.> Но необходимо помнить, что раз мы говорим об имени, наш «символ» должен быть наполнен чисто личностным содержанием. Однако считать имя просто личностью мы не можем потому, что имя не есть сама вещь в

137 Прот. С. Булгаков. Апокалипсис Иоанна: Опыт догматического истолкования.

С. 248.

субстанциальном смысле; личность же есть, прежде всего, субстанция. <…> Имя есть отличенность от иного. <…> Именованная личность сама признает эти имена и откликается на них» (из книги «Философия имени»).

В своей работе «Имена» священник Павел Флоренский пишет: «Окончательная утеря имени общественно всегда означала гражданскую и историческую смерть, окончательное исчезновение с горизонта истории; напротив, вхождение в историю, закрепление в ней своего места, своей реальности всегда обозначалось как «создание себе имени», высшей степенью чего является вечная память имени соборным сознанием Церкви и, наконец, — Богом. Памятование Богом имен значит вечное существование этих «я», а окончательный разрыв с бытием равносилен забвению Богом имени или

138

уничтожению его в Книге Жизни» .

Сегодня верующих, противостоящих антихристовой глобализации и защищающих право человека на христианское имя, иногда упрекают в симпатиях к ереси имябожничества, называемого также имяславием. При этом указывается на то, что они, желая показать значение имени, цитируют не только Святых Отцов (например, св. прав. Иоанна Кронштадтского), но и таких богословов, как протоиерей Сергий Булгаков и священник Павел Флоренский, а также философа А. Ф. Лосева, которые традиционно считаются «идеологами» имяславия (впрочем, есть и такая точка зрения, что современные «новооткрыватели» некоторых мыслителей, например, о. Павла Флоренского, просто не поняли их).

Поэтому очень важно сегодня разъяснить, что цитирование некоторых высказываний указанных религиозных мыслителей само по себе вовсе не означает, что противники цифровой идентификации разделяют и те их богословские мнения, которые признаны противоречащими церковному учению. А таких неправильных мнений, как известно, было немало. Например, протоиерей Сергий Булгаков придерживался еретического по своей сути учения о «Софии Премудрости Божией», как о некоей «мировой душе» (так называемая софиология), а также учения о грядущем всеобщем апокатастасисе (восстановлении), согласно которому вечных мучений не будет, и в итоге все спасутся — все падшие ангелы (включая сатану) и все грешники.

Не всякое размышление о важности имени является ложным. Противники глобализации приводят (в своих статьях, книгах и т. д.) размышления протоиерея Сергия Булгакова, священника Павла Флоренского и философа А. Ф. Лосева об имени только для того, чтобы показать, насколько важна эта тема, насколько важно сегодня защищать богоподобное достоинство человеческой личности и святое личное имя, даваемое каждому христианину Церковью при Крещении. Мы принимаем одни изречения указанных мыслителей, но отвергаем другие, а именно те, которые явно противоречат святоотеческому учению об имени.

138 Свящ. Павел Флоренский. Имена / Малое собр. соч. Вып. 1. 1993.

И ни в коем случае мы не сочувствуем лжеучению так называемых имябожников, которые учили, что «Имя Божие есть несотворенная энергия Божия», что «Бог пребывает в Имени Своем всем существом Своим, по неотделимости существа Божия от действия (энергии) Его», что «Имя Божие (и в особенности имя Иисус) есть сам Бог». Так учил, например, «вождь» имябожничества иеросхимонах Антоний (Булатович). И это учение, с точки зрения здравого православного образа мыслей, есть, конечно, сущее невежество.

Православный взгляд по этому вопросу таков: имена Божии обозначают Бога, указывают на Него, но сами по себе еще не Бог. Имена Божии — образы Божии (подобно иконам), возводящие мысль, внимание молящегося к Первообразу (то есть к Личности Божией), но не Сам Первообраз (не сама Личность Божия). Имена Божии, по выражению святителя Василия Великого, образуют в нас «как бы некоторое отпечатление Бога».

Имя не есть сама личность, но обозначение, символ личности. «Имена означают только сущности, а сами не суть сущности» (святитель Василий Великий, «Опровержение на защитительную речь злочестивого Евномия»). «Иное предмет, по своей природе подлежащий названию, и иное — название, обозначающее предмет. Бытие — не одно и то же с наименованием» (святитель Григорий Богослов, «Опровержение Евномия»).

Хорошую подборку материалов о лжеучении имябожничества можно найти в сборнике под названием «Православный взгляд на почитание имени Божия. События на Афоне 1913 г.», изданном в 2003 году Львовской епархией УПЦ (МП) по благословению архиепископа Тернопольского и Кременецкого Сергия. В этом сборнике, в частности, приводится следующий отрывок из письма, написанного в 1937 году видным русским богословом Вл. Н. Лосским и адресованного митрополиту Вениамину (Федченкову): «Вы ждете от меня ответа по поводу имяславия. Постараюсь очень кратко, схематически ответить на ваш вопрос, вернее, — наметить только, что я хотел бы сказать (иначе пришлось бы писать томы: столь существенна эта тема). Вопрос (догматический) об имени Божием, о словесно-мысленном выражении («символе») Божества, столь же важен, как и вопрос об иконах. Как тогда Православная формулировка Истины об иконах стала «торжеством Православия», так и теперь Православное учение об именах вместе со всеми, связанными с ним вопросами (забытое многими учение святого Григория Паламы, — благодать, молитва, подлинная «антропология», учение об уме и сердце, о «внутреннем человеке» и прочее), — должно привести к новому Торжеству Православия, к явлению новых благодатных сил и святости. Вопрос об «имяславстве» стоит где-то в глубине церковного сознания… Есть другие течения (в имяславстве), — не всегда прямо и открыто примыкающие к имяславию — представляют, тем не менее, крайнее, «имябожное» его выражение, где сама звуковая материя, так сказать «плоть» имени уже становится Божественной по природе, некоторой естественной силой (все равно, как если бы противники иконоборства стали утверждать Божественную «нетварность» доски и краски икон). Этот последний ток — в широком смысле — развертывается как софианство, где смешивается Бог и тварь. Путь к Православному разумению имяславства лежит через осторожную, еще слишком бледную формулу архиепископа Феофана (Полтавского): «В Имени Божием ПОЧИЕТ Божество» (Божественная энергия). Когда будет ясная формула, исполненная духовного опыта и «очевидная» духовно — многие вопросы сами собой отпадут, и многие сложности представятся детски простыми».

Итак, истинные христиане сегодня не желают принимать идентификационные номера взамен личных имен, не потому, что, по их мнению, их личные имена — это и есть их личности, а потому, что личные имена являются обозначением, символом их личности. Имя, другими словами, указывает на то, что человек есть образ Божий, богоподобная личность. Вот почему обвинение христиан, противостоящих надвигающемуся царству зверя, в возрождении ереси имябожничества, осужденной Церковью еще в начале ХХ века, является совершенно безосновательным и даже нелепым. (Настолько же нелепым было обвинение в «каббалистике» тех верующих, которые «боятся» цифр, «придают им значение»; хотя любому здравомыслящему человеку должно быть понятно, что если уж и считать кого каббалистами, то как раз тех, кто внедряет в жизнь людей эти цифровые имена.) Рассчитано это обвинение на то, что согласиться с ним могут те из верующих, кто плохо разбирается в вопросе о лжеучении имябожничества.

Да и учили имябожники все-таки, главным образом, об имени Божием (отсюда и их название), а православные борцы с глобализацией защищают имена человеческие, указывая на недопустимость их замены на «числа человеческие» (ср. Откр. 13: 18). Ведь пока никто еще не додумался обращаться и к Богу по номеру.

Не нужны крайности, не нужны перегибы ни в ту, ни в другую сторону. С одной стороны, нельзя говорить, что имя вообще не имеет никакого значения, и что нет никакой разницы между идентификацией посредством личного имени и идентификацией посредством цифрового кода. С другой стороны, не следует придавать имени то значение, которое ему придавали имябожники.

Если какие-то цитаты дали повод кому-то из читателей (в том числе и нашим единомышленникам в отношении неприятия цифровой кодификации) предположить, что автор сочувствует имябожничеству, просим прощения за это смущение и разъясняем, что ни в коем случае не имели в виду оправдание этого учения. Параграф, посвященный имени, начинается так: «Имя человека — это обозна ение его личности.» (но не сама личность). В этих словах и заключается наша позиция. Бог есть Личность. Значит, имя Божие есть обозначение Личности Божией, но не Сам Бог. Вот наша «формула». Если же какие-то помещенные в данной книге цитаты не вполне соответствуют словам Святых Отцов, то это еще не говорит о том, что приведение этих цитат само по себе означает наше несогласие с учением Святых Отцов (да не будет этого!). Мы не «богословы-профессионалы» (по выражению старца Паисия Святогорца), наша главная задача — показать обезличивающую (звериную) сущность насаждаемой ныне во всем мире антихристианской системы и предупредить об этом народ Божий. Особенно большая ответственность в этом отношении у нас, священнослужителей. Ответственность перед Господом.

Глава 2

ОБЕЗЛИЧЕНИЕ

Отрицание личности

Православное христианство возрождает ли ность в Боге, и в этом состоит его принципиальное отличие от всех других религиозных учений. Остановимся на некоторых из них и покажем их единую направленность на отрицание личности.

139

Талмудизм .

Заключая человека на всю жизнь в железный корсет правил, законов, ситуационных разрешений и запрещений, эта доктрина направлена на формирование обобщенного типа иудея. Если Евангелие в своем универсализме обращено к личности, то Талмуд обращен к этносу как к самостоятельному субъекту и высшей ценности. Поэтому для талмудической теории нет нужды ни в безсмертии души, ни в загробной жизни на небесах. Еврейский народ отверг Царство Небесное и все силы своего ума направил на осуществление всемирного мессианства, то есть на осуществление всемирного царства земного. Из этого стремления к воцарению мессии над миром проистекает вековечная война еврейства со всеми прочими народами. Мораль Талмуда рекомендует одни нормы взаимоотношений между иудеями и другие — между иудеями и остальными народами. Согласно талмудо-каббалистическому учению, Бог создал иудеев, а 72 низших духа — все другие народы мира. Талмуд учит, что только евреи — люди, неевреи — животные.

Таким образом, талмудизм, исключая любовь ко всем людям как к детям единого Отца Небесного и представление о человеке как образе Божием, а также считая людей (неевреев) животными, узаконивает отчужденность и отрицание личности.

Достаточно определенно духовная сущность талмудического иудаизма раскрыта в Евангелии от Иоанна. Иудеи говорят Спасителю: «Отец наш — Бог». А Он им отвечает: «Если бы Бог был ваш Отец, то вы любили бы Меня… Ваш отец — диавол, и вы хотите исполнять похоти отца

139 Талмуд — древнееврейский свод догматических, религиозно-этических и правовых положений иудаизма.

вашего; он был человекоубийца от начала и не устоял в истине, ибо нет в нем истины; когда говорит он ложь, говорит свое, ибо он лжец и отец лжи» (см. Ин. 8: 39-44). Как понимать эти слова Христа? Если в человеке нет любви (а показателем нелюбви иудеев к Богу было их отвержение Сына Божия), то для него эта личность не существует, он ее отрицает. Иудеи Бога, значит, отрицают, становясь богоубийцами еще до Креста. Слова «ваш отец — диавол» означают следующее: если в вас нет любви, то вы находитесь в области смерти, тьмы, в царстве сатаны, который и себя-то отрицает, отрицая всех остальных.

Историк В. Г. Манягин в своей статье «Каббала как мировоззрение Нового Мирового Порядка»140 показывает, как внутри ветхозаветной церкви появилось учение, по существу, отказавшееся от понятия личного Бога. Это учение получило название «каббала» (предание). Отказ от личного Бога-Творца, утверждает В. Г. Манягин, это основа талмудо-каббалистического мировоззрения. Именно об этом и говорит Спаситель в Евангелии.

Индуизм и буддизм.

Бог как Живая Личность здесь вообще отсутствует. Личностей как реалий здесь не существует вовсе, они только мимолетные формы общего безкачественного бытия. Индуистский Абсолют — Брахман — безлик и безкачествен. И человеческой личности в индуизме не существует. Теория о перевоплощении расчленяет личность на драхмы — психические элементы, которые, вновь соединяясь, образуют новый индивидуум. В конечном итоге все индивидуальные формы бытия растворяются в космическом бытии, а космическое бытие исчезает в сознании Брахмана. Человеческий дух — атман — единосущен абсолютному духу — Брахману. Человек воображает, что он есть, но на самом деле его нет — существует только один Брахман. Само понятие о множественности, о том, что существуют реально Я и Ты, отличные друг от друга, считается в индуизме иллюзорным. А можно ли любить иллюзию? Поэтому мудрец-индуист любит только свой собственный атман, мир для него вообще не существует. Это теория крайнего эгоцентризма. Таким образом, индуизм, исключая личную любовь к личному Богу и богообщение, а также превращая человека в фикцию, узаконивает от ужденность и отрицание ли ности.

140 «Первый и Последний». 2004, № 1. См. также: Бутми Н. Каббала, ереси и тайные общества. СПб., 1914.

В буддизме человеческая индивидуальность подлежит уничтожению в нирване. Само существование для буддиста является злом («жизнь есть страдание»), ловушкой, из которой нет выхода, кроме самоуничтожения, погружения в небытие нирваны, где гаснут чувства, мысли, желания, где ум, отвлекаясь от внешнего и внутреннего, погружается в бездонную пустоту, как труп погружается в могилу. Если цель христианской жизни — восстановление богообщения, утраченного после грехопадения, то цель буддизма — безличный покой смерти. В стремлении к «совершенству» буддист, как и индуист, волею идет на преодоление в себе принципа персональности и распад своей личности в неименуемом океане «Чистого Бытия» сверхперсонального Абсолюта. Таким образом, буддизм, исключая личное безсмертие, а также предлагая человеку в качестве главной цели самоуничтожение и небытие, узаконивает отчужденность и отрицание личности.

По сути, индуизм и буддизм — это язычество. Все языческие верования самым прямым образом направлены на отрицание личности. Например: «Согласно древнеиндейским верованиям, человеческая жизнь полностью зависела от безличного бога — некоей космической души, которая для пополнения своей энергии питалась человеческими сердцами и кровью. Символом этого бога было солнце, поэтому индейцы называли себя «детьми Солнца», но они поклонялись не самому солнцу, которое являлось для них всего лишь олицетворением их бога. Они поклонялись посланнику солнца — пернатому змею Кецалькоатлю, так они именовали сатану (вспомним «древнего змия» Апокалипсиса. — Авт.). Его символами были гремучая змея и изумрудно-зеленые перья птицы кецаль (указание на то, что сатана — это падший ангел. — Авт.). Расшифрованные иероглифы ацтеков рассказали, что в «праздник солнца» индейские жрецы приносили в жертву Кецалькоатлю до 20 тысяч юношей и девушек. У живых людей, рассекая грудную клетку острыми обсидиановыми ножами, они вырывали еще продолжающие ритмично сжиматься сердца (сердце, как известно, -символ «внутренней жизни», жизни личности. — Авт.). В облаках табачного дыма, воскуряемого на углях жертвенника, трепещущие сердца воздымали на ладонях к солнцу»141. Описанный здесь ужасный языческий обряд недвусмысленно указывает на суть всех языческих культов -духовное убийство человека сатаной.

И в житиях христианских мучеников времен гонений со стороны язычников везде присутствует один и тот же мотив — отказ почитать «бездушных идолов», которые имея уши — не слышат, имея очи — не видят и т. д. Этим безличным идолам противопоставляется Личный Бог, к

141 Раб Божий Кирилл. Демонология табакокурения // «Первый и Последний». 2003, № 9(13). С. 16-17.

Которому и обращаются мученики во время страданий всем своим существом.

Гностицизм.

Умонастроение, окрашенное переживанием человека своей тождественности абсолютному и ориентированное на утрату личного начала, в эпоху раннего Христианства проявилось в гностицизме, который справедливо называют матерью всех последующих ересей. Специфику составило то, что у гностиков определяющей стала тема знания — как самопознания. Гностики призывали найти себя и познать себя, но при этом не оставляли места для признания других личностей.

Автор научного исследования «Историко-философские вопросы гностицизма» (М., 1979) кандидат исторических наук М. К. Трофимова, сравнивая Христианство и гностицизм под углом зрения вопроса о личном начале, делает вывод об их полной несовместимости. Она пишет: «Убежденность в своей тождественности абсолютному отвращала гностика от социальности, ориентированной на признание других, влекла его к самоуглубленности, к медитативной активности. Это умонастроение не оставляло места вере в Тебя, Я все вбирало в себя. В. В. Болотов (выдающийся церковный историк. — Авт.) называл это «полуверой»142, ибо в пределе гностик осознавал себя абсолютным, в пределе верить было некому, кроме как самому себе. Та связь верующего с Богом, на которую ориентирует христианское вероучение, свидетельствует о признании личного начала. Это проявляется, в частности, в представлении о свободе выбора, которой наделен человек. Свобода выбора между добром и злом не противоречит в раннем христианстве идее промысла. Согласно этому вероучению, от Бога — промысл и дар свободы человеку, от человека — выбор нравственного пути. Напротив, в гностицизме по сути дела нет места ни промыслу, ни дару, ни свободе в раннехристианском смысле. Не о ком радеть, некому дарить, не в чем выбирать. Остается только просветленность божественности. Можно сказать, что гностицизм ориентирован на утрату ли ного на ала. Призывая к всемерному самоуглублению, требуя от человека, идущего путем гносиса, пробуждения спящих в нем сил, гностицизм предполагает постепенное расширение его Я до вселенских пределов, втягивание в него всего внешнего, однако же, в

142 См.: Болотов В. В. Лекции по истории Древней Церкви. СПб., 1910. Т. II. С.

170.

финале — исчезновение и первого и второго. В этом отношении можно говорить о глубинной нерелигиозности гностицизма. Итак, согласно гностическому умонастроению, сходят на нет различия, поскольку все вбирает в себя гностик, открывая в себе абсолютное. Нет места ни Тебе, ни личному. В противоположность этому в раннем христианстве сознание ориентировано на существование Тебя»143.

Напомним, что слово «религия» происходит от французского слова, означающего «связываю». То есть, истинная религия связывает человека с Богом, вводит его с Ним в живое общение, как с Личностью.

Гностицизм справедливо считается началом и «матерью» всех последующих ересей, возникших на почве искажения истинного Христианства. Если все их рассмотреть подробно, одну за другой, начиная с древних ересей и заканчивая учениями современных сект, то в каждом таком лжеучении и соответствующей ему «духовной» практике мы найдем все ту же глубинную направленность на отрицание личности, на обезличивание. Достаточно вспомнить юридизм католицизма или мертвящий внутренний дух жизни личности протестантизм.

Не секрет, что в разнообразных современных сектах, особенно «тоталитарных», люди обезличиваются. Речь сектанта часто напоминает речь робота. У него лихорадочный или, наоборот, остекленевший взгляд. В целом он производит впечатление холодного, равнодушного и несгибаемого человека. Специалисты отмечают, что член деструктивной секты, в которой применяются психологический контроль и технологии изменения сознания, всегда испытывает глубокий внутренний конфликт и находится в состоянии войны с самим собой, в нем живет некая «искусственная личность». Для всех тоталитарных сект характерна идеология

человеконенавистничества.

Ислам.

В чем главное отличие христианства от ислама? В отрицании Магометом троичности лиц в Боге. Когда христианство учит о трех Лицах, то этим самым показывает, что Бог наш — любящий, как Сам в Себе, так и по отношению к сотворенным Им личностям — ангелам и человекам. В мусульманстве Бог представляется совершенно одиноким. Главный догмат мусульман — «Нет Бога, кроме Бога (Аллаха)» ­

143 См.: М. К. Трофимова. Гностицизм и христианство. — В кн.: Апокрифы древних христиан: Исследование, тексты, комментарии. С. 168-171.

отрицает в Боге всякую множественность по естеству и в лицах. На арабском языке слова эти имеют такой смысл, что один только Бог есть единственная действующая сила вселенной, а все творения, как духовные, так и вещественные, не имеют никакой свободы, суть только слепые орудия Бога. Божество поглощает человека, не оставляя места для его свободной воли. Вот почему мусульманин никогда не скажет, что Бог есть любовь, но может сказать, что Бог есть сила и могущество.

В исламском фатализме свободное самоопределение личности превращается в фикцию. Личность обусловлена, предопределена; здесь царит закон необходимости. Но личности не может быть без свободы, эти два понятия неразрывно связаны между собой. Таким образом, ислам, исклю ая троичность Лиц в Боге, а также личностную свободу человека, узаконивает отчужденность и отрицание личности.

В исламе есть такое мистическое учение, как суфизм (возник в 8-9 вв., оказал большое влияние на арабскую и особенно персидскую поэзию). Признавая реальным лишь существование Бога, а окружающие вещи и явления — его эманацией, последователи суфизма объявляют высшей целью жизни мистическое слияние души человека с Богом через упразднение собственного «я». Такое «соединение с божеством», по учению суфизма, происходит в экстазе, до которого должны доводить себя верующие. Члены суфийских братств называются дервишами.

+      + +

Вообще, во всяком религиозном (как и философском) учении, кроме одного только православно-христианского учения, а также во всех духовных практиках и мистических опытах, за исключением только православного опыта духовной жизни, при внимательном рассмотрении, можно увидеть более или менее прикрытую (или неприкрытую вовсе) ориентацию на утрату личного начала. Это совершенно определенно указывает на главного автора и вдохновителя этих лжеучений и лжедуховных практик — главного безличника и «отца» звериности, то есть диавола. Все эти изобретенные падшими духами «религиозные» учения могут, на первый взгляд, значительно отличаться друг от друга, но при этом они едины в главном, в существенном — в своей глубинной направленности на непризнание личности.

Вся история борьбы Церкви против разнообразных ересей и лжеучений (например, борьба Святых Отцов на Вселенских и Поместных

церковных Соборах против арианства, несторианства, монофизитства, монофелитства, иконоборчества и прочих ересей) — это, по сути, отстаивание универсального христианского принципа личности. Любое неправильное учение о Боге имеет своим глубинным основанием отрицание в Нем Личности (точнее, Трех Личностей), что ведет к отрицанию личности вообще, в ком бы то ни было. Но для того, чтобы все это показать более или менее подробно, требуется отдельное исследование.

Отчуждение человека от Личностного Бога и других личностей, отрицание других личностей лежит в основе и такого явления, как атеизм. Поэтому справедливо утверждать, что атеизм — это всегда антитеизм. «Абсолютный, онтологически продуманный атеизм невозможен, — размышлял по этому поводу Н. Бердяев. — Атеизм есть борьба с Богом, богопротивление, анти-теизм… Лишь на поверхности кажется, что атеизм порожден умственными затруднениями, препятствующими вере в Бога, что он продукт философии или науки. Если всмотреться в глубину, то нужно будет признать, что никогда атеизм не мог быть порожден теоретико-познавательными сомнениями и обоснован логическими аргументами. Человек приходит к атеизму по практически-жизненным основаниям, атеизм есть явление порядка духовного и морального. Феномен атеизма означает или понижение духовности или ложное направление духовности»144.

Истинная, живая вера в Бога — это всегда признание Его как Личности и личное общение с Ним. Все остальное есть неверие, отрицание в Боге Личности, отчуждение от Него, взгляд на Него «со стороны», как на отвлеченную «идею», которую человек к тому же может считать неправильной. Поэтому, по сути, у человечества были и есть только две веры, две религии -религия истинная, Христианская (утверждающая универсальный принцип личности, признающая Личность в Боге и возрождающая богоподобную личность в человеке) и религия ложная, антихристианская (отрицающая принцип личности, не признающая Личность в Боге и убивающая в людях жизнь духовную). Все ложные религиозные учения, как разновидности и проявления антихристианства, отрицают Тебя, а если нет Тебя, то не будет и Я. Поэтому все они справедливо называются учениями душепагубными, то есть разрушительными для человеческой богоподобной личности,

144 Бердяев Н. Из размышлений о теодицее // «Путь». 1927, № 7. С. 50.

несущими человеку смерть духовную. Такому же обезличению может подвергнуть себя и православный христианин, если, по гордости или по неопытности, впадет в состояние духовной прелести. Обезличивает и любое служение (рабство) греховным страстям.

Охлаждение любви

По причине умножения беззакония, во многих охладеет любовь

Мф. 24: 12

Настоящий момент духовной истории человечества справедливо именуется эпохой «апостасии». Это греческое слово в библейском контексте означает отступление людей от Бога (см., напр.: 1 Тим. 4: 1), то есть отчуждение от Него. Эпоха апостасии свидетельствует о близости времени явления антихриста и конца мира. «День тот (то есть День Второго Пришествия Христова, Всеобщего воскресения и Страшного Суда) не придет, доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели», то есть антихрист (2

Сол. 2: 3).

Массовый отход людей от Бога начался еще с XIX века. «Бог умер, мы Его убили», — возвестил миру Ницше устами Заратустры, характеризуя духовную ситуацию (точнее, духовную трагедию) своего времени, когда Бог действительно «умер» в сердцах людей, а правильнее сказать: они смерть собственной души приняли за «смерть Бога». Они с безпокойством стали искать то, что могло бы заменить для них Бога. «Жажда Абсолютной Истины исчезла, ее поглотила обмирщенность», — пишет об этом времени иеромонах Серафим

(Роуз)145.

Ницше был одним из главных проповедников отчужденности. В

глубине души он признавал Бога: «Неизвестному Богу, Которому я в глубине сердца воздвигал алтари, всегда, везде зову Тебя я. И, пламенея, слагаются проникновенные слова: Неизвестному Богу. принадлежу Ему, хоть бунтарем остался и сегодня, я — Его — и чувствую те путы, которыми в борьбе низвержен, которые меня к служению влекут… Ты Неизъяснимый, мне родной! Хочу Тебя познать, хочу Тебе служить».

Однако, несмотря на это, он оставался «бунтарем» и богоборцем, предпринявшим попытку «переворота ценностей». Человека, предлагал

145 Иером. Серафим (Роуз). Человек против Бога. С. 29.

Ницше, нужно освободить от совести, ответственности, аскетики, церкви, разума, истины и Бога (иначе говоря, превратить человека в зверя), вместо человека нужно воспеть «белокурую бестию», «сверхчеловека».

«Мы убили Бога (ибо отчужденность метафизически есть убийство. -Авт.), вы и я! Мы все Его убийцы! Как мы смогли отвязать землю от солнца, куда же мы движемся? Не падаем ли мы постоянно? Не блуждаем ли мы в безконечном ничто? Не стало ли нам холоднее? Как же мы утешимся, убийцы из убийц?» «Ты больше никогда не будешь молиться, никогда не отдохнешь в безконечном доверии — ты отказываешь себе в восхищении этой Мудростью, Добротой, Силой. Ты убил стража и друга твоих семи одиночеств… Человек отречения (другими словами, отчужденный человек. — Авт.), во всем ты ищешь отречения (т. е. пребываешь в самой стихии отчуждения. — Авт.). Где ты найдешь для этого силы? Еще ни один человек не был достаточно силен для этого».

Ницше называет отчужденного от Бога человека «дураком» и предлагает ему спрятать «израненное сердце в лед и насмешку»: «Однако застыл ты, и все смотришь назад. Кто ты, дурак, на пороге зимы сбежавший в мир? Мир — это дверь к тысячам молчаливых, холодных пустынь. То, что ты потерял, ты нигде не найдешь. И бледный, ты обречен на зимние странствия. Похож ты на дым, что ищет вновь и вновь, где небо холоднее. Спрячь, дурак, твое израненное сердце в холод и насмешку»146.

Святитель Феофан Затворник, живший в XIX веке, говорил, что «дух времени — это дух князя века сего». «. Таков дух времени, — писал святитель Феофан, — бездушный, перед которым все преклоняется и который чем более расширяет свою область, тем более распространяет мертвенность, претворяя разумных людей в автоматы, движущиеся не известно по чьей силе и по чьему велению и предусмотрению»147.

Святитель Николай Японский в начале ХХ века написал: «Мерзкая, проклятая, оскотинившаяся, озверевшая интеллигенция в ад тянет и простой народ. Верхний класс -коллекция обезьян-подражателей и обожателей то Франции, то Англии, то Германии. Высший и интеллигентный классы поголовно растлены безверием и крамолой». «На наших глазах и на виду истории, — пишет французский историк Тэн, -совершается превращение образованных людей и целых

148

классов в зверей там, где христианская вера забывается» .

Последние десятилетия жизни человечества характерны особенно резким отходом от идеалов христианства. «Для

146 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1267.

147 Свт. Феофан Затворник. Любовью назидая: Слова и проповеди. М., 2002. С.

114189.

148 Цит. по: Калиновский П. Переход. С. 25.

нашего времени, — писал иеромонах Серафим (Роуз) Платинский, — охлаждение любви, о котором в Евангелии говорится как о главном знамении близкого Второго Пришествия Христова, характерно в гораздо большей степени, ем для любого другого периода истории» 149. Этот апокалиптический признак сейчас отмечают многие. «Зло и грех на земле распространяются все больше и больше, — пишет архимандрит Рафаил (Карелин), — ад захватывает своей бездонной пастью все новые и новые жертвы. Любовь, которая объединяет людей, оскудевает и уменьшается, как источники среди жгучих песков пустыни»150.

Резко ощущается холод мировой жизни, холод в человеческих отношениях. Взаимная отчужденность и лукавство (в основе которого лежит страх и восприятие других как противостоящих) сделались господствующим тоном современной жизни. «Озверение» мира достигло страшных размеров. «Мир, — говорил протоиерей Понтий Рупышев, близкий духовный сын святого праведного о. Иоанна Кронштадтского, — представляет теперь из себя пустыню, наполненную зверями, ибо не чувствуется в нем веяния Духа Божия, которое могло бы оживить и ободрить жаждущую душу. Люди стали чужды Его и очень лукавы и злы»151.

Даже от людей неверующих или маловерующих сегодня часто можно услышать фразу: «Люди стали хуже зверей». Действительно, сегодня люди настолько удалились от Бога, что переходят уже из области звериной в область демоническую, погружаясь в бездну сатанинскую. Современный человек-зверь — это не только не-человек (как обычные звери), это анти­человек, бесочеловек.

Православные психологи И. Медведева и Т. Шишова, например, в своей статье «Задержка развития души», опубликованной в журнале «Первый и Последний» (№ 10 за 2004 г.), убедительно показывают, что современные люди — это уже «не люди как образ Божий, а, без преувеличения можно сказать, бесоподобные существа».

«В настоящий момент духовной истории человечества, -писал отец Серафим Платинский, — момент, как всеми признано, кризиса и непостоянства — в центре человеческой

149 Иером. Серафим (Роуз). Знамения времен. Тайны книги Апокалипсис.

150 Архим. Рафаил (Карелин). Падение гордых. М., 2000. С. 107.

151 «Не оставлю вас сиротами…». Клайпеда, 1999. Цит. по: Пасхальная память. Воспоминания об иеромонахе Владимире (Шикине). С. 97.

веры стоит «мертвый Бог», полная пустота… Это самоотрицание, самоубийство… Мир веры, который был некогда нормальным миром, абсолютно целостен, потому что все в нем ориентировано на Бога как на его начало и конец и в этой ориентации обретает свое значение. Нигилистический бунт, разрушая тот мир, вдохновил новый мир: мир абсурда. Это слово, ставшее в наше время столь модным, которым часто пользуются для описания состояния современного человека, имеет очень глубокое значение. Ведь если центром мира служит ничто, тогда этот мир и по содержанию, и в каждой своей отдельной черте не целостен, он распадается, он абсурден. Ничто, отсутствие целостности, антитеизм, ненависть к Истине. — это не просто бунт человека против Бога, Которому он более не служит. За всеми этими явлениями серьезный смысл.   мы имеем дело с работой диавола»152.

В наши дни стремительно разрушаются моральные ценности, чрезвычайно возросли эгоизм и погоня за материальными благами. Разрушается институт семьи, которая всегда была основой достойной человеческой жизни и сферой формирования личности. Наблюдается общее чувство безнадежности, небывалая преступность и развращенность людей, дерзко бросающих вызов Промыслу Божию о человеке и самой человеческой природе. Отпадение от христианской веры в ее подлинном существе, утрата вкуса истинной духовности и извращенность религиозной жизни — стали повсеместным явлением.

Меняется облик самого человека, меняются отношения между людьми. Отчуждение людей друг от друга стало нормой. Целенаправленно разрушаются традиционные человеческие узы. Теряются глубинные связи между мужчинами и женщинами, между родителями и детьми.

152 Иером. Серафим (Роуз). Человек против Бога. С. 64-65.

Современные дети не владеют элементарными нравственными понятиями, без которых невозможно становление человеческой личности, зато очень рано они приобретают практичность. Но практичность их ущербная. Прекрасно понимая что почем, они вовсе не настроены напрягаться для достижения благ. С другой стороны, не собираются себе в чем-то отказывать. Подобно животным, они полностью находятся во власти влечений, сиюминутных, по преимуществу низменных желаний.

Одновременно с невиданным развитием науки и техники идет угасание духовной жизни, растет безразличие и даже враждебность ко всему духовному. Нормы поведения, данные религией, уходят в прошлое. Рекомендуются и принимаются новые нормы, более легкие и приятные, чем те, по которым жили люди несколько тысячелетий. У людей все больше прав и все меньше обязанностей.

Вместе с тем повсюду в мире умирает свобода -политическая, экономическая и личная. Свобода нужна человеку для осуществления его высших духовных и творческих запросов. Для пользования материальными благами свобода не нужна. Есть много людей, которые свободу не ценят и в ней не нуждаются. Даже в странах, не считающихся тоталитарными и не совсем еще утративших свободу, почти все принимаемые новые законы увеличивают зависимость жителей страны от ее правителей. Без свободы жить легче. Все больше людей охотно отдают свою свободу в обмен на удобную и спокойную жизнь. Ни за что не отвечая, жить легко, но при этом теряется самое главное — жизнь без ответственности всегда бездуховна.

«Сегодняшнее поколение, — говорил старец Паисий, — это поколение равнодушия». Увеличение безответственности, безразличие к другим у современных людей свидетельствуют о крайней степени их отчужденности, о крайнем оскудении в них любви. Именно любовь порождает ответственность, велит ответить на боль другого, взять на себя чей-то груз, помочь. О взаимосвязи чувства ответственности и любви многократно говорит нам Священное Писание. Например: «Друг друга тяготы носите, — говорит апостол Павел, — и тако исполните закон Христов» (Гал. 6: 2), закон, заключающийся в любви.

Чувство ответственности — это один из главных признаков полноценного развития личности, одно из важнейших свойств нормального человека. Сейчас же создается общество духовных

дегенератов, которые, даже если узнают, что мать при смерти или ребенок попал под машину, не сдвинутся с места, пока не пройдут очередной «уровень» компьютерной игры. Эгоцентрическое поведение современного человека атомизирует его, отделяет от других. Он не отзывается на тяготы даже родных и друзей, отказывается от бремени семьи, от ответственности за детей, судьбу народа и Отечества.

Меняется отношение к труду и творчеству. Все больше людей не любят трудиться. Труд, даже творческий, не приносит радости. Любое усилие неприятно и кажется ненужным. Жизнь сводится к непрерывной погоне за развлечениями и поискам все новых ощущений, пусть даже мимолетных и никчемных. Однако существование, лишенное внутреннего содержания, оказывается ненужным и пустым.

Все меньше людей, которые живут по-человечески. У многих нравственное чувство уже совсем атрофировано. Многие совсем уже утратили то, что, главным образом, и должно отличать человека от животных: любовь, сострадание, заботу о других, искренность в отношениях, стыд, скромность, честность, достоинство человека. Поток грязи, порока, безразличия к добру и злу затопляет планету. При пышном расцвете материальных возможностей мы живем в эпоху моральной деградации и потери духовности. И основная духовная причина такого состояния — отказ от жизни личной, духовной и предание себя в объятия безлично-звериной стихии.

«Есть еще немало честных пастырей Церкви, писателей, ученых, которые зовут нас остановиться, подумать и сделать выводы, — пишет П. Калиновский. — Но крупицы истины тонут в массе самых разнообразных и противоречивых мнений и предложений по любому вопросу. Экраны телевизоров, радио, газеты, популярные лекции — о чем говорят и учат все эти средства промывания мозгов? Много лжи, много призывов к наслаждению, ко всякого рода удовольствиям, а главное — такое количество все новых и новых мнений и «открытий», что подумать и разобраться во всем этом нет никакой возможности. Слово измельчало, и ему придают любой смысл, нередко противоположный истинному. Все это приводит к тому, что люди привыкают не верить ничему, кроме того, что они могут проверить своими пятью органами чувств (те же пять органов чувств есть и у животных — Авт.). Современный человек массы верит только осязаемой реальности. Он верит науке или, точнее,

тому, что он считает наукой, но он не верит ничему нематериальному, и требования религии для него несущественны и необязательны. Мир для него — это материя, и притом материя неодухотворенная»153.

Современный человек хочет, прежде всего, выгоды, успеха в жизни, прибыли. Главное для него — сделка, и не в одной только торговле, что естественно, а вообще в жизни. На место «дыхания Божия» у современных людей, при всей их «мозговой» мудрости и образованности, выступила пошлость, низость и лукавство внутреннего содержания их души. Божественное, духовное исчезает из жизни людей, потому что где много лукавства, там царит иная стихия — звериная. И чем старше становятся люди, тем лукавее становится их душа. Устами они могут, по-видимому, много общаться друг с другом, но не на личном уровне. Внутри у них сердце остается холодным и отчужденным, не способным и не желающим согреть другие сердца любовью. «Устами благословляют, а сердцем своим клянут» (Пс. 61: 5). «Ложь говорит каждый своему ближнему; уста льстивы, говорят от сердца притворного» (Пс. 11: 3), — предсказал о таком состоянии людей пророк и псалмопевец Давид.

Но человек призван общаться с другим человеком и с Богом совсем не на тех внешних уровнях, на которых это обыкновенно происходит. «Развивается в человечестве мыслительная и волевая мимикрия, словесное и эмоциональное звукоподражание, — отмечает архиепископ Иоанн (Шаховской). — «Не своими», какими-то чужими голосами вступают люди друг с другом в спор и даже диалог и растворяют друг друга в отвлеченностях, покрывая друг друга мертвыми лозунгами, стандартными квалификациями. Тут главная драма человечества… Личность человека стандартизируется, обобщается, стирается».

Современные люди вступают друг с другом в различные отношения, но обращаются они при этом не к самому человеку, не к его личности, а к его унифицированной социальной роли, видят в человеке только ту или иную функцию или только предмет, вещь. Взаимоотношения современных людей уже почти совсем перестали быть отношениями лиц, то есть отношениями между людьми как личностями, перестали быть межличностным общением. Из личных эти отношения превратились в чисто ролевые, стали

153 Калиновский П. Переход. С. 16-17.

представлять собой автоматическую передачу информации, передачу, за которой, как правило, стоит только холодный расчет, основанный на эгоистическом желании какой-либо выгоды для себя.

Современный мир страшен своим прагматизмом, в нем все подчинено утилитарным целям. Отношения между людьми все больше овеществляются, подменяются отношениями между вещами, субъекты превращаются в объекты манипуляции. Человек низведен до носителя неких функций, до уровня вещи. Жизнь современного овеществленного человека стала производной от имеющихся условий-рамок, она втиснута в них, сужена заранее заданными предпосылками. Человек выступает лишь как исполнитель готовой роли, как функциональное средство обслуживания вещей.

«Сам человек, — писал Маркс, — рассматриваемый просто как наличное бытие рабочей силы, есть предмет природы, вещь, хотя и живая, сознающая себя вещь»154.

С одной стороны, происходит обезличение человека, его деперсонификация, а с другой стороны — объекты (в том числе различные аппараты, устройства, механизмы) наделяются свойствами субъекта, происходит персонификация вещей, фетишизация. Например, это характерно для современной рекламы: « , ты и Ротманс (сигареты)» (безличное отношение «товар — потребитель» здесь нагружается дополнительным личностным смыслом). Фетишизация проявляется также: в культе денег, которым придается самостоятельность и могущество над людьми; в фанатическом преклонении перед символами власти, политическими и общественными институтами; в наделении каким-то магическим влиянием идеологических представлений, лозунгов (например, лозунга о борьбе с «международным терроризмом») и т. д.

Где-то в 60-х — 70-х годах прошлого века прозорливый отец Арсений сказал: «Было сделано все для того, чтобы вытравить из человека веру, поставить в такие условия, когда необходимо думать только о том, как выжить, преодолеть созданные препятствия. Взгляните, как построена кругом жизнь: радио, журналы, телевизор, газеты, кино и театр заставляют вырабатывать стандартный образ мышления, единый для всех, а это ведет к тому, то человек ни минуты не может оставаться со своими мыслями, почувствовать Бога. Сам

154 Цит. по: Философский словарь / Под ред. И. Т. Фролова. С. 315.

темп современной жизни, ускоренный, стандартный и все время напряженный, заставляет думать односторонне в желательном кому-то направлении. Наедине с собой человек не может побыть… Человеку говорят, вкладывают, учат тому, что задано, предначертано. Стандартность мышления, заданное мышление мешает человеку стать верующим, а верующему сохранить веру. Но помните, Церковь Божия и в этих условиях будет жить вечно. Сохраняйте веру свою, боритесь за индивидуальность мышления, молитесь больше, читайте Священное Писание, и Господь сохранит вас, не даст потерять ясность мысли, думать, как безликая масса равнодушных, холодных людей» (из книги «Отец Арсений»).

Архимандрит Софроний (Сахаров, f 1993), автор книги «Старец Силуан», в одном из своих писем о современной эпохе писал: «Безумные мудрецы нашего века, почитающие себя «учеными», претендующие на всезнайство, в силу которого якобы настанет время блаженства людей на земле, на деле «возлюбили тьму паче света» (Ин. 3: 19). Не видеть своей ограниченности, своего самоосуждения на смертную казнь, подобно животным, не сознавать, что человек не ограничивается пределами временной жизни на земле, одним видимым и чувственным измерением, не осознавать предстоящего выхода в дивно открывающуюся нам вечность через Христа есть по существу глубокий мрак неведения о том, что есть человек. В этом отношении наша эпоха есть такой «отброс» назад, в тысячелетия язычества и культа плоти и страстей, что жутко становится на душе»155.

Небывалые в истории научно-технические и «социальные» «достижения» сопровождаются появлением столь же небывалых по своей мощи сил разрушения. И ни философия, ни тем более наука, для которой духовные категории вообще «вненаучны», не в состоянии остановить этот процесс. Любовь к Богу и ближнему все более решительно, широко и сознательно исключается из человеческого общества не только наукой, философией, культурой, но и всей атмосферой жизни. «Прогресс, отрицающий Бога и Христа, -писал известный славянофил И. С. Аксаков, — в конце концов, становится регрессом; цивилизация завершается одичанием; свобода — деспотизмом и рабством. Совлекши с себя образ человеческий, возревнует об образе зверином»156.

155 Архим. Софроний (Сахаров). Письма в Россию. М., 1997. С. 92-93.

156 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1529.

Современные люди превратились в потребительские машины, утратили свой внутренний мир, забыли о своих духовных запросах и отождествили свободу со снятием ограничений на потребление и передвижение.

Сумасшедший темп жизни больших городов взвинчивается все больше и больше. Новые «удобства»: сотовые телефоны, компьютеры, машины не только не приносят облегчения, но и заставляют человека все быстрее и быстрее крутиться в своем беличьем колесе. Человек превращается в подобие животного, в машину уже потому, что он лишается возможности подумать о Боге. Конечная цель всех этих мер — сделать так, чтобы человек не имел покоя ни днем, ни ночью, и этим отвлечь его не только от молитвы, но даже и от мысли о Боге. Вместе с отпадением от Бога происходит и отпадение и от жизни.

Вот что сказал об этом святитель Иоанн (Максимович), архиепископ Шанхайский и Сан-Францисский: «Перед концом земной жизни в ней будет смятение, войны, междоусобицы, землетрясения. Люди будут страдать от страха, будут издыхать от ожидания бедствий. Будет не жизнь, не радость жизни, а мучительное состояние отпадения от жизни. Но будет отпадение не только от жизни, но и от веры, и Сын Человеческий придя — найдет ли веру на земле? Люди станут горды, неблагодарны, отрицающие Закон Божественный: вместе с отпадением от жизни будет и оскудение нравственной жизни. Будет истощение добра и нарастание зла».

Человек, лишенный опоры и «внутреннего стержня», предается унынию. Именно уныние и отчаяние составляют главную цель любой психологической войны. Уныние лишает человека возможности сопротивляться и заставляет его плыть по течению, каким бы мутным это течение ни было.

Преподобный Иустин (Попович) современную цивилизацию назвал «организованным восстанием против человеческой личности». Она систематически притупляет личность в человеке до тех пор, пока совсем не затупит, так что человек современной культуры решительно утверждает: я тело и только тело; я земля и только земля. «Дух времени, — пишет преподобный Иустин, — сковывает личность своей самодержавной тиранией, механизирует ее: ты винтик в грохочущем механизме современности — и существуй как винтик; ты клавиша на расстроенном рояле нынешних дней,

клавиатуру которого трогает дух времени — и существуй как клавиша»157.

Преподобный Иустин (Попович) говорит о том, что современный «человек европейского гуманистического прогресса» ужасно опустошен по той причине, что из него вытеснено сознание и «чувствование личного безсмертия». «А без чувства личного безсмертия разве человек является вполне человеком? — спрашивает святой Иустин. — Или лучше сказать: разве человек — вообще человек?.. О, сужен европейский человек, феноменально сужен и снижен, и искалечен, и сведен к обломку и обрывку еловека, поскольку из него вытеснено всяческое чувствование безпредельности и безконечности. А без безконечности может ли человек и вообще существовать? Разве без этого чувствования безконечности он не мертвая вещь среди вещей и не рядовое животное среди животных?»

«Гуманистический человек, — продолжает преподобный Иустин, — сморщенный, заскорузлый, увядший, овеществленный, а посему вполне правомерно, метафизически правомерно, что устами своих философов заявил, будто он произошел от обезьяны. Уравненному с животными происхождением, почему же ему не уравнять себя с ними и в морали? Принадлежа к животным и зверям по метафизической сущности своей, он к ним же принадлежит и по морали… Поскольку в человеке нет ничего безсмертного и вечного, то вся этика, в конце концов, сведена к инстинктивным устремлениям. И гуманистический человек, последовательный в своей логике, уравнялся в этике со своими предками — обезьянами и зверями, и в его жизни главенствовать стал принцип: homo homini lupus

158

(человек человеку — волк)» .

Человек сегодня настолько озлоблен, настолько окаменен, омрачен и поглощен суетой, что для духовной жизни уже нет у него ни воли, ни места в сердце. Вот как говорит об этом старец Паисий Святогорец: «Под властью диавола находится тот, кто порабощен суетой. Сердце, плененное суетным миром, удерживает душу в состоянии неразвивающемся, а ум — в помрачении. И тогда человек только кажется человеком, по сути же он является духовным недоноском»159, то есть человеком с низким уровнем личности. Погруженный в суету

157 Прп. Иустин Попович. Прогресс в мельнице смерти. Минск, 2001. С. 41-42.

158 Там же. С. 30-31.

159 Старец Паисий Святогорец. С болью и любовью о современном человеке. С.

65.

недочеловек, не живя сам как духовная ли ность, не признает безсмертной личности и в других людях (в том числе и в родных и близких), даже если — на внешнем уровне — много и охотно общается с ними. Внутреннее непризнание безсмертной личности в ближних означает нелюбовь к ним, внутреннюю отчужденность от них, отрицание их существования как личностей, то есть — в духовном плане — их убийство в себе, в своих мыслях.

Непризнание личности в других «позволяет» современному человеку так легко соглашаться на аборты, то есть на убийство собственных детей в материнском чреве.

Архимандрит Рафаил (Карелин) так изобразил звероподобие убийцы своего нерожденного ребенка, говоря от лица последнего: «Зачем моя мать не добрая волчица, а лютый зверь, называемый человеком? Для

моей матери мое существование оказалось неожиданной болезнью, от которой надо поскорее избавиться. не только слышу слова моих родителей о том, что я должен умереть, еще не увидев света солнца, слова, похожие на шипения ядовитых змей, которые наполняют мою душу ужасом, но я чувствую даже мысли матери, похожие на проклятие. Она вспоминает обо мне с ненавистью и досадой, как об ошибке, допущенной во время игры, от которой случился проигрыш. чувствую, как яд, проникающий в мое тело, злобу ко мне — к своему ребенку, ставшему для нее помехой и врагом. Почему я не зачался во чреве волчицы, она бы с любовью носила своего детеныша, как свое сокровище. Она смотрела бы на меня глазами добрыми, как мать, а глаза моей матери, когда вспоминает обо мне, становятся глазами волчицы. Она уже вычеркнула меня из своего сердца, из этого мира, где светит солнце, где цветут цветы и поют птицы. Наша кровь, как кровавый поток, покроет землю. хочу, чтобы в этом потоке утонули злые люди и волки жили бы на земле» («Великодушие волчицы»).

«Мать, убивающая ребенка, сама того не понимая, соучаствует в колдовском ритуале — в посвящении ребенка демону, а вместе с ним -своей души, — читаем в книге архимандрита Рафаила «В аду на земле», -Жертвоприношение демону, как свидетельствуют об этом многие документы, относящиеся к демонологии, является непременной атрибутикой черной магии… Многие люди не понимают, что убийство ребенка во имя идола своей комфортности, во имя идола семьи, во имя

160 ,г

идола денег, делает человека демонопоклонником» . Как тут не вспомнить слова Апокалипсиса: «Прочие же люди… не раскаялись в дела* рук своих, так чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить. И не раскаялись они в убийствах своих (в том числе в убийстве внутриутробных младенцев), ни в чародейства* своих (магия), ни в блудодеянии своем.» (Откр. 9: 20-21).

160 Архим. Рафаил (Карелин). В аду на земле. М., 2001. С. 128.

Условием так называемой фетальной161 терапии является уничтожение 20-недельной человеческой жизни в утробе матери, когда человеческие зародыши превращаются в фармацевтическое «сырье». С точки зрения современного «гуманистического» общества, эмбрион, зародыш — это биоматериал, но с позиций христианства — это личность, это человек в самой ранней стадии своего телесного развития. Современная генетика создает технологии так называемого лечебного клонирования с использованием человеческих эмбрионов.

«Как сообщала британская газета «The Observer», ученые намерены создать множество елове еских эмбрионов по тому же принципу, что и во время клонирования овцы Долли. Ученые обещают уничтожать эмбрионы до достижения возраста 14 дней… Если научные исследования пройдут успешно, это существенно изменит возможности медицины. Вживление в больные органы здоровых тканей, полученных путем клонирования, позволит врачам эффективнее лечить такие болезни, как рак, инфаркт, болезни Альцгеймера и Паркинсона, диабет и сердечно­сосудистые заболевания» (ИА «Росбалт»).

Все формы евгеники (теория о путях улучшения наследственного здоровья и повышения умственных способностей населения; по сути, это учение о селекции людей и «проектировании» тех или иных качеств человека — путем отбора граждан на основе психологического тестирования, медицинского обследования, сведений об успеваемости в школе, вузе и т. п.; искусственное осеменение на основе отобранной спермы и т. п.), включая и манипулирование с человеческим генетическим материалом, являются ничем иным, как грубейшим попранием Божественных законов, кощунством в отношении человека — образа Божия, дьявольской насмешкой над богоподобным достоинством человеческой природы, а значит, и над Самим Творцом. Эксперименты по клонированию начались с овцы (небезызвестная Долли), и теперь перенесены на человека, что указывает на то, что человек — образ Божий -приравнивается здесь к животным.

161 Fetal (англ.) — зародышевый, эмбриональный.

Кандидат философских наук, специалист по биомедицинской этике И. Силуянова пишет: «Создание человека по заданным параметрам, а именно в этом заключается «смысл» клонирования, изначально означает создание человеком человека с определенными качествами, для решения определенных исходных задач, следовательно, налицо потребительское отношение к еловеку как средству их решения, а не отношение к ближнему по главной заповеди любви»162.

В падшем, отступившем от Бога мире использование технологий клонирования неизбежно приведет к злоупотреблениям: коммерциализации «первичных» ДНК, производству детей с целью получения «запасных частей», созданию человеческих «запасников» для целей трансплантации, движению в направлении создания «высшего» класса человеческих существ и др. Профессор Жан Доссе, лауреат Нобелевской премии по физиологии и медицине (1980 г.), в своей работе «Научное знание и елове еское достоинство» констатирует: «В области генетики человека неразумное использование новых технологий может привести к катастрофическим последствиям»163.

Чтобы сделать эгоистическое земное существование как можно более продолжительным, а то и вечным, сегодня используются самые современные научные «достижения». При помощи «новых технологий» современное человечество, отступившее от Бога, желает достичь безсмертия. Но безсмертие понимается как безсмертие тела. «Безсмертие как цель новых технологий — безсмертие больных «мертвецов», -отмечает И. Силуянова. — Безсмертие для идеологов «ремонта» человека с помощью «запасных частей» человекоподобных существ — это превращенная форма инстинкта самосохранения, при этом самосохранение понимается как высшая цель, для достижения которой все средства хороши.

162 Силуянова И. Искушение «клонированием» или человек как подобие человека. Этические проблемы современной генетики. Издание Московского Подворья Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 1998. С. 51-52.

163 Доссе Ж. Научное знание и человеческое достоинство. «Курьер ЮНЕСКО». Ноябрь 1994. С. 5. Цит. по: Силуянова И. Искушение «клонированием» или человек как подобие человека. Этические проблемы современной генетики. С.

40-41.

Такое «безсмертие» — безсмертие тела — разрушает нравственный порядок»164.

Все более широко применяются технологии искусственного зачатия, что ведет к разрушению всей системы нравственных ценностей, обезценивая главную из них — ценность любви. Между отрицанием традиционной нравственности, распадом брака и «новыми методами искусственного размножения» нельзя не увидеть наличие жесткой и непротиворечивой связи.

В этом плане поучительным оказывается роман-антиутопия О. Хаксли «О дивный новый мир». В нем до логического предела разворачиваются возможности и последствия искусственного размножения людей по заданным параметрам. Законодательное признание искусственного размножения в новом Государстве имеет своим логическим следствием запрещение семьи, материнства, единобрачия. Они рассматриваются в новом обществе как источник сильных и нежелательных переживаний, душевной боли, и в результате — всевозможных болезней. Место любви занимает понятие «взаимопользование», фиксирующее презрение к достоинству  еловека и отрицание ли ной свободы.

И. Медведева и Т. Шишова в статье «Я не просил меня рожать…»165 показывают, как выстраивается ныне новое мировоззрение, в котором дети — уже не благословение, а проклятие. Это новая идеология отвержения детей, отрицания в них личности; к детям вызывается отвращение, ребенок изображается «орущим куском мяса».

Современная цивилизация «комфортопоклонников» тешит себя предрассудком, что весь мир, прогрессируя, меняется к лучшему. Но Откровение Божие возвещает не о прогрессе, а о деградации мира. Если прогресс не в состоянии дать человеку личное безсмертие, тогда это лжепрогресс, замаскированный регресс. А истинный прогресс может быть основан только на Воскресшем Господе Иисусе. «Все прогрессы, которые не основаны на безсмертии человеческой личности, — пишет преподобный Иустин, — представляют собой волшебные сказки и выдумки, которыми несчастный человек грезит в отвратительных объятиях дракона смерти»166.

164 Силуянова И. Искушение «клонированием» или человек как подобие человека. Этические проблемы современной генетики. С. 62.

165 «Первый и Последний». 2005, № 4.

166 Прп. Иустин Попович. Прогресс в мельнице смерти. С. 25.

Современный человек попал в зависимость от технического прогресса и стал пленником потребления, удовлетворения низших страстных начал своей природы. Мир все больше превращается в сгусток страстей, его существование переходит в затянувшуюся агонию. Человечество, живущее «в пузо» (выражение Достоевского), не имеет предела в удовлетворении своих похотей. В большинстве своем люди, как говорил святитель Иоанн Златоуст, «живут для чрева, прилепились к настоящему и по своей похотливости и чрезмерной жадности нисколько не лучше свиней и козлов, только и знают, что есть да пить, драться из-за плясунов, резаться из-за наездников» (из «Слова против иудеев»).

«Сейчас идет откармливание человечества. Именно откармливание. Ибо как крестьянин откармливает скот и птицу, уготовленную к смерти, к забою, так и человечество уготавливается к смерти, прежде всего духовной» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я).

Сегодня полностью искажены представления о подлинных и вечных ценностях. Пороки и страсти доведены до самого примитивного, зоологического уровня. Утрачено ясное понимание фундаментальных категорий человеческого бытия -добра и зла. Активно пропагандируется и внедряется в сознание людей обезчеловечивающая формула: «добро» — это когда мне хорошо, «зло» — когда мне плохо.

Человек утратил свой облик, сформировался новый еловек, для которого нет ни его священного и святого.

Иерархия вечных ценностей ныне отставлена в сторону, как лестница, по которой некуда идти. Раньше шли к Богу, соразмеряя свои ценности с евангельскими заповедями. Сейчас навязывается сиюминутность моды во всем, воспитывается обезьянья готовность выкроить из себя нечто на потребу.

Современной цивилизацией человек объявлен мерой всех вещей, но это не человек как образ и подобие Божие, не богоподобный еловек, а еловек со всеми своими «слабостями» (страстями), грехами, недостатками, то есть от ужденный еловек, еловек в состоянии звериности, человек-зверь. Произошло как бы примирение с греховностью (звериностью, от ужденностью) еловека, согласие на то, то грех (звериность, от ужденность) — это нормальное, естественное состояние еловека. Поэтому современную цивилизацию можно назвать «цивилизацией звериности», «цивилизацией зверя».

«Посмотрите на улицы наших городов, — пишет Валентина Сологуб, — особенно летом: стада распущенных, развратных, полуголых, сквернословящих, циничных, социально опасных, криминализированных, обкуренных, спивающихся,

агрессивных и умственно недоразвитых биологических существ, которые даже не знают, к какому народу принадлежат. Да и вообще, интеллектуальными вопросами они не обременены, главное для них, «кто пойдет за «Клинским»». Сегодня это — физически зрелые члены общества, однако более напоминающие животных, нежели людей. А ведь за ними народились и подрастают уже новые поколения!»167.

«Ныне Россия — одна гигантская незаживающая рана духовных и нравственных бед, подготовленных ее палачами за последнее столетие. Никогда в ней не бывало такого, чтобы так преступно не возвещались во всех ее углах безпристойность, допустимость разврата, разнузданность и обнаженность пороков, чтобы так наглели взяточники и грабители, воры и казнокрады, чтобы так получили свободу все, кому не лень, тащить, хватать, расхищать, обогащаться, превращаясь даже не в животных, а в каких-то неведомых чудищ… Зверь встречный и тот милей, чем еловек еловеку в нынешнем Отечестве! », — писал выдающийся русский ученый, академик Ф. Я. Шипунов в своей книге «Истина Великой России»168.

Современная культура, за немногими исключениями, представляет собой культ наслаждений. Сейчас мощнее, чем когда-либо раньше, индустрия развлечений и отвлечений. В духовном плане это отвлечение есть отчуждение от ли ности: своей и других. Уводя человека в подсознание, погружая в безличную стихию, наслаждения «отключают» человека от Бога. Такая жизнь со всей ее многоликой «культурой» и шумным «прогрессом» может быть охарактеризована коротко и исчерпывающе — «роскошное безсловесное скотство».

Иеромонах Серафим (Роуз) дал такому состоянию общества очень точное определение — «рай для дураков». Еще в 1982 году в своем докладе «Православное мировоззрение» он говорил о том, что одним из главных и очевидных знамений приближения конца мира является «ненормальность» современной жизни: «Всякого, кто взглянет на нашу современную жизнь в перспективе той нормальной жизни, которую вели люди в прежние времена — например, в России или Америке, или

167 Сологуб В. Союз извращенцев и иноверцев, Или кто нами правит? // «Русь Православная» (rusprav.ru).

168 Шипунов Ф. Я. Истина Великой России. М., 1992.

любой другой западноевропейской стране, — не может не поразить то, насколько ненормальной стала жизнь. <…> Жизнь

— это непрестанный поиск «развлечений», которые настолько лишены всякого серьезного значения, что посетитель из любой другой страны XIX века, глядя на наши популярные телепрограммы, парки аттракционов, рекламу, кинофильмы, музыку — почти на любой аспект нашей современной культуры,

— подумал бы, что он попал в страну каких-то безумцев, потерявших всякое соприкосновение с повседневной реальностью. Мы часто это не учитываем, потому что живем в этом обществе и принимаем его как данное.

Некоторые из недавних исследователей нашей современной жизни назвали молодежь сегодняшнего поколения поколением «мне», а наше время «веком нарциссизма», характеризуемым поклонением себе и обожанием самого себя, что мешает развиваться нормальной человеческой жизни. Другие говорят о

«пластмассовой» вселенной или фантасти еском мире, где сегодня живет огромное коли ество народа, неспособного стать лицом к реальности окружающего мира или приспосабливаться к ней, или обратиться к своим внутренним проблемам. <…> И есть люди, которые намеренно способствуют этому всему.. .»169

Сегодня диавол, как и во времена допотопные, пытается достичь гибели человечества, погрузив ум и сердце людей в чувственность. В точности исполняются слова святителя Игнатия (Брянчанинова) о том, что «всеобщий разврат, вместе с породившим его обильнейшим вещественным развитием, будут знамением кончины века и приближающегося Страшного Суда

170

Христова» .

Современные люди, «дошедши до полного духовного безчувствия и озверения, предались распутству так, что делают всякую нечистоту с ненасытимостъю» (Еф. 4: 19). В отношениях между мужчинами и женщинами преобладает принцип: «Нужно уметь получить удовольствие, не связывая себя никакими обязательствами». Телевидение, газеты, реклама, да и вообще почти всякое слово и действие современных людей прямо или косвенно направлены к блудным грехам. Современный юмор, остроты, переживания, сюжеты произведений искусства, радости и печали, понятия трагизма и счастья вращаются в основном вокруг блудной страсти. Рабы

169 См.: Приношение православного американца. Сборник трудов отца Серафима Платинского. М., 1998. С. 10-13, 23.

170 Свт. Игнатий (Брянчанинов). О кончине мира. СПб, 1992. С. 18.

греха призывают к «свободе». Повсюду звучит: «долой предрассудки!», «ближе к естеству!», «долой стыд!», «назад к природе!».

Сладострастие противно человеческой природе, учат Святые Отцы. «Очень ошибаются, — предупреждает святитель Игнатий (Брянчанинов), — ошибаются на погибель свою те, которые признают плотские пожелания неотъемлемыми свойствами тела человеческого, а удовлетворение их естественною необходимостью. Нет! Человеческое тело снизошло к телам скотов и зверей по при ине падения.

Естественны плотские пожелания естеству падшему, как свойства недуга недугу; они противоестественны естеству человеческому в том состоянии, в котором оно было создано». Святитель Иоанн Златоуст в «Слове о девстве» замечает, что Творец мог размножить людей, если бы они не согрешили, и без плотского соединения, как создал Еву и множество ангелов. Об этом же говорит святитель Григорий Нисский в трактате «Об устроении человека»171.

«Целомудрие», «целостный», «цельный», «исцеление» -слова однокоренные. Противоположностью этой личностной цельности является состояние развращенности, которое священник Павел Флоренский называл состоянием «развороченности души». Когда «целина личности» распахана, внутреннее сокровенное «я» словно вывернуто наружу. А то, что должно быть открыто, напротив, уходит вглубь. Исчезают искренность, прямота, добросердечие. Человек, не гнушающийся развратом, как бы «выворочен наизнанку». Он прячет свое подлинное лицо и нередко лицемерит, надевая на себя фальшивые маски.

Для духовного здоровья человека чрезвычайно пагубно преодоление естественного чувства стыда. Безстыдство -признак «испор енности» ли ности, растления души. Характерно, что глагол «тлеть» соотносится с процессом распада, разрушения, деградации. Деградация личности, нарушения психики и поведения (а также и телесные болезни) являются непременным результатом нравственной распущенности. Человеческая душа теряет присущие ей от природы качества: ясность и остроту ума, проницательность, живость восприятия, радость сердца. В развращенном еловеке   остается   только   ли ина    еловека,   ибо дух

171 См.: Свт. Григорий Нисский. Человек есть образ Божий. С. 26-29.

постепенно угасает, умирает. Развращенный, патологически стремящийся к плотским наслаждениям человек обычно не осознает, что за тем, что он называет «любовью», скрывается глубинная от ужденность, враждебность по отношению к ближним, скрывается духовное убийство и самоубийство.

«Человек, обольщенный нечистым вожделением, — отмечает преподобный Антоний Великий, — подобен пред Богом безсловесным  скотам,  лишенным  всякого сознания»172.

Святитель Иоанн Златоуст в «Слове против иудеев» так говорит о скотоподобии развращенных людей: «Похотливостию не превзошли ли они (иудеи. — Авт.) самых похотливых животных? Послушай, что пророк говорит о их невоздержанности: «Это откормленные кони: каждый из ни* ржет на жену другого» (Иер. 5: 8); не сказал: каждый питал похоть к жене ближнего; нет, с особенною силою выразил их неистовую похоть ржанием известных животных». И у пророка Иезекииля сказано: «…И пристрастилась к любовникам своим, у которых плотъ — плотъ ослиная, и похотъ, как у жеребцов» (Иез. 23: 20). И по слову апостола Петра, живущие в плотских похотях и разврате, подобны псу, возвратившемуся на свою блевотину и вымытой свинье, которая снова идет валяться в грязи (см. 2 Пет. 2: 18, 22). И так далее.

Церкви известны святые подвижники, которые жили в пустыне или в лесу внешне как дикие звери (например, святой Варвар, бывший разбойник, память 6 мая ст. ст.), но делали они это для стяжания благодати святого покаяния. А ныне многие равнодушные к спасению своей души живут тоже как звери, как скоты, скотски предаваясь похотям плоти, падая даже ниже животного естества и уподобляясь уже не животным, а бесам. «Люди сегодня принимают более, чем когда-либо, демонские внушения и демонизируются», — говорит старец Паисий

173

Святогорец . «В последнее время бесов во аде не будет. Все будут на земле и в людях», — пророчествовал преподобный Лаврентий Черниговский (1950־|־). «О чем пишут евангелисты? О духовном оскудении людей. Уже это и оскудением трудно назвать. Это какая-то дьявол изация человечества» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я).

В искусственно созданной, бездушной, машинно-цифровой цивилизации, Вавилоне нашего века, уже нет места живому,

172 Отечник, составленный епископом Игнатием (Брянчаниновым). М., 1993. С. 6.

173 Иером. Христодул (Агиорит). Старец Паисий. СПб., 2000. С. 67.

теплому, человеческому. Такой мир, где вместо сердца «пламенный мотор» и электроника, идет к своей гибели.

Свобода и нравственность — непременные атрибуты духа, без которых человек становится зверем. Современный человек лишен свободы и подчинен механическим ритмам. «В век технической цивилизации, — отмечает архимандрит Рафаил (Карелин), — который называется веком «раскрепощения и освобождения», человек на самом деле раскрепощается и освобождается от нравственных принципов, от моральных норм, от голоса собственной совести. Если счастье заключается во внутреннем духовном мире человека, то у современного человека этот мир обеднен и сужен до крайности. Особенно — в технологических странах, где люди даже похожи друг на друга. Они как бы запрограммированы одним невидимым гипнотизером. Люди получают информацию, огромную по объемам, однако в действительности — однотипную и примитивную. Она похожа на повторение одного и того же сценария в малоотличных одна от другой вариациях. Альтернатива этому — мир фантастики с обычными фильмами ужасов, но, в сущности, это завуалированный, закодированный демонический мир»174.

Люди живут по животному закону естества земного и не стараются даже жить по-христиански, не могут любить универсальной любовью Христа. Они, как животные, любят только тех, которые к ним подходят с теми же животными «токами». Но такой подход к людям связан с риском потерять себя, себя в подлинном смысле — свою личность.

Вот почему Господь определил именно Иоанну -апостолу любви — быть автором Апокалипсиса. Эта библейская книга говорит об оскудении любви до крайних пределов, о по ти полном ее отсутствии в елове естве, то есть о духовном озверении людей.

«Горе вам, смеющиеся…»

Легкое, непринужденно-поверхностное отношение к жизни стало болезнью нашего времени. Беззаботный и самоугождающий американский «стиль жизни» становится нормой и у нас: повсюду наблюдается отсутствие серьезности, глубины, особенно в среде избалованных, эгоистичных и

174 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 119.

пустых молодых людей. рким проявлением этого духа является насмешливость, которая распространена настолько широко и стала настолько привычной, что уже давно не воспринимается как нечто греховное. Можно сказать, что современный мир тонет в шутливом тоне.

Дух насмешливости проявляет себя в самых разнообразных формах. Сюда можно отнести и дурашливо-развязные высказывания всевозможных ведущих, и изыскания пародистов, и бытовые анекдоты. Смех используется и политическими деятелями, чтобы облегчить принятие себя слушателями, зрителями, избирателями.

О каких бы вещах ни шла речь в разнообразных программах и текстах электронных и печатных СМИ, и не только молодежных, — все непременно сдабривается смешком, ерничаньем. Причем смех этот особый: не добрая улыбка, не умная ирония, не «смех сквозь слезы» и даже не уничтожающий сарказм. Это тупой, безсмысленный смех над тем, что на жаргоне называется «прикольно». Вставить кольцо в пупок — «прикольно». Старушка упала — «прикольно». Кому-то голову размозжили, так что мозги брызнули во все стороны -тоже «прикольно».

«Анекдотический смех», которым смеются перед телевизором, в театрах, на концертах, на пирушках и вечеринках, которым «веселые и находчивые» люди легко осмеивают ближних, смеются над слабостями и над достоинством человеческим, над совестью и над грехами, для увеселения и для забвения печали, без смысла и тщеславно смеша других, все это — симптом болезни духа, греховная страсть.

К сожалению, насмешливость довольно широко распространена ныне и в церковной среде. И даже среди священнослужителей, монахов, воспитанников (как и преподавателей) духовных учебных заведений, а также среди «современных богословов». Последние умудряются использовать смех при изложении православного учения, для лучшего «усвоения» лекционного материала, как, например, диакон А. Кураев.

Любят посмеяться «современные богословы» и над выступающими против личных кодов и других проявлений апостасии «православными маргиналами», «иннэнистами» и

«эсхатоложниками» (как они их насмешливо называют). Но мы не будем смущаться от этих насмешек, а будем делать свое дело, подобно тому, как праведный Ной, готовясь ко всемирному потопу, строил ковчег, не взирая на смех окружающих. Он исполнял волю Божию и все.

Так и мы будем поступать, помня слова Господа: «Если мир вас ненавидит, знайте, чтоМеня прежде вас возненавидел. Если бы вы были от мира, то мир любил бы свое; а как вы не от мира, но Я избрал вас от мира, потому ненавидит вас мир. Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнатъ и вас; если слово Мое соблюдали, будут соблюдать и ваше. Но все то делают вам за имя Мое, потому что не знают Пославшего Меня… Сие сказал Я вам, чтобы вы не соблазнилисъ. Изгонят вас из синагог; даже наступает время, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что тем служит Богу. Так будут поступать, потому что не познали ни Отца, ни Меня» (Ин. 15: 18-21; 16: 1-3).

Глумление над истиной —   ерта последних времен. Как

говорил западный религиозный философ Кьеркегор (1813-55): «Если бы Христос пришел в наше время, Его бы не предали смерти, а просто высмеяли бы». Было время, когда мученики умирали, свидетельствуя принародно о правде Божией. Нынешняя же идеология унизила и высмеяла человека, чтобы уничтожить истину. Так в советские годы пытались убить смехом религию, выпуская юмористические журналы «Безбожник» и «Антирелигиозник».

Гитлер говорил: «Некоторых я предпочитаю не делать мучениками. Мне довольно выставить их как грубых преступников. срываю с них маску благопристойности, и если этого оказывается недостаточно, показываю их перед всеми смешными и ничтожными». За этими декларациями нельзя не услышать голос Ницше, любимого писателя Гитлера, который в своем «Антихристе» так обращается к «богословам», то есть к верующим во Христа: «Неужели вы думаете, что мы дадим вам стать мучениками за вашу ложь?» (здесь говорит сам диавол, представляя истину ложью, а мучеников — преступниками). «Блажены изгнанные правды ради, — утешает нас Господь, -Блаженны вы, когда будут вас гнать и всячески неправедно злословить за Меня».

Православный психиатр Н. Гурьев действие смеха на то, по поводу чего он возникает, сравнивает с действием перевернутого бинокля на рассматриваемые предметы: они отдаляются и уменьшаются. Все, на что направлен смех, делается менее значащим, и отношение к нему становится более легким. Смех равно умаляет и добро, и зло. Если посмеяться над чем-нибудь хорошим, то оно вроде перестает быть хорошим и трудиться ради его обретения не имеет большого смысла. Если смех обращается на зло, то и оно делается маленьким, безобидным, совсем не страшным, не стоящим не только того, чтобы с ним бороться, но даже и того, чтобы от него отстраняться или просто опасаться.

Что несет в себе смех? Во-первых, смешливый человек, вольно или невольно, резко обедняет себе жизнь, вычеркивая из нее серьезные горести и большие радости, — все мелко, все никчемно, ничто не стоит серьезного отношения. Во-вторых, человек временно облегчает себе жизнь, ибо все мелкое и незначащее воспринимается легче. И, наконец, в-третьих, насмешливый человек, умаляя своей насмешкой окружающее, иллюзорно возвеличивается в собственных глазах.

Смех, как полагал мыслитель Т. Гоббс, есть проявление чувства превосходства. В соединении со снисходительностью насмешливость образует ту ровную и внешне безобидную черту характера, которую принято называть ироничностью, которая не имеет цели умалить окружающее, а скорее с усмешкой констатировать его малость и незначимость по сравнению с мечтательным несомненным величием ироничного человека.

Слово «ирония» (eironeia) в переводе с греческого означает — притворство. звительная, злая, безпощадная ирония называется сарказмом (от греч. sarkasmos — насмешка). Такой «едкий» смех — не от Бога. Ирония, сарказм, остроты — это пародия на евангельскую соль мудрости. Предел духовной нечистоты смеха — «гомерический хохот», гоготание…

Насмешливость (ироничность, смехотворство, юмор) сопровождается ощущением духовной опустошенности. Человек после приступов смеха делается доступнее для любых отрицательных воздействий, делается легко ранимым. Поэтому давно замечено, что за смехом, особенно у детей, следуют слезы.

Оборотная сторона насмешливости — лукавство и отчужденность. «Шутку, — отмечает архимандрит Рафаил (Карелин), — чаще всего рождает не доброта, а нечто совсем противоположное: превозношение и садизм; унижая человека в шутку, мы под видом добродушной игры доставляем удовольствие своему жестокому сердцу. Поэтому шутка выключает человека из духовной жизни»175.

Шутка — это создание ложного мира, мира карикатуры, а значит, мира демонического, потому что отец лжи — диавол. Поэтому современная западная (антихристианская) культура, насаждаемая диаволом и его служителями, оправдывает смех. Самым распространенным является, пожалуй, фрейдистское истолкование смеха как «механизма вытеснения болезненных психических комплексов».

«Есть два смеха: светлый и темный, — рассуждает об этом архиепископ Сан-Францисский Иоанн (Шаховской). — Их сейчас же можно различить по улыбке, по глазам смеющегося. В себе его различить можно по сопровождающему духу: если нет легкой радости, тонкого, мягчащего сердце веяния, то смех — несветлый. Если же в груди жестко и сухо, и улыбка кривится, то смех — грязный. Он бывает всегда после анекдота, после какой-нибудь насмешки над гармонией мира. Искривляемая гармония мира искривляет душу человека, и это выражается в искривлении черт лица».

По учению Святых Отцов, безчинный смех — знак сластолюбивого сердца, души слабой и немужественной; смех рождается от беса блуда, от тщеславия, дерзости и пресыщения; смех расточает собранное в душе добро, удаляет от благодати Господней, убивает память смертную, производит забвение Страшного Суда. Зараженный духом смешливости человек не способен молиться «в духе и истине» (Ин. 4: 23-24), ибо он не может молиться, как говорится, «со всей серьезностью», то есть от всего сердца, молитвой личной, в которой бы он всей своей личностью присутствовал бы. Вот почему человека смеющегося Святые Отцы считают нерадивым и невнимательным в духовной жизни. Внимание в молитве (т. е. в Богообщении) -это присутствие в ней всей своей личностью, и именно «таких поклонников Отец ищет Себе» (Ин. 4: 23).

175 Там же. С. 54-55.

«Ничто не делает нас столько сообщниками мира, и живущих в мире, и тех, которые в мире преданы пьянству и блуду, и не удаляет нас столько от сокровищ премудрости и познания тайн Божиих, как смехотворство и дерзновенное парение мыслей», — наставляет преподобный Исаак Сирин. По его словам, «остроумие речей остужает в душе горячность любви ко Христу» («Слова подвижнические», слово 68). «Если ничто так не согласно со смиренномудрием, как плач, — учит преподобный Иоанн Лествичник, — то, без сомнения, ничто столько не противится ему, как смех» («Лествица», степень 7).

Насмешливость осуждается в Священном Писании. В качестве примера можно привести историю с Хамом, который посмеялся над наготой спящего отца своего, праведного Ноя (см. Быт. 9: 21-23). Этот грех Хама повлек за собой проклятие для всех его потомков (см. Быт. 9: 24-25).

Христос ублажает не смеющихся, но плачущих, говоря: «Блаженны плачущие, ибо они утешатся» (Мф. 5: 4). «Горе вам, смеющиеся ныне! ибо восплачете и возрыдаете», -говорит Господь (Лк. 6: 25). Заплачете, потому что увидите, что приложили Богом данную способность радоваться не к тому, к чему можно приложить, но к тому, что достойно муки. «Производители смеха в будущем веке постыдятся и во время веселия восплачут и возрыдают» (святитель Димитрий Ростовский).

Если человек блюдет себя, благоговеет перед тайной жизни, то он будет блюсти как всю свою жизнь, так и свой смех. Даже свою улыбку он соблюдет перед Богом. И все у него будет чисто и ясно.

Предание Церкви говорит о том, что Господь Иисус Христос никогда не смеялся, но в Священном Писании мы находим указание на то, что Он не раз проливал слезы (Ин. 11:

35).

Главным попечением Святых Отцов, начертавших для нас путь подражания Христу, был труд покаяния и самоисправления. Поэтому они избегали смеха и прилежали о плаче как о самом существенно необходимом делании. Плакали они не только о себе, о своей душе, которую часто называли «мертвецом», но и обо всем мире, обо всех людях.

В мире так много скорби, что христианину трудно безпечно смеяться, забыв о чужой боли. Преподобный Иустин (Попович)

в своей исповеди «Лань в потерянном раю» говорит: «Во мне разлита какая-то магнитная сила печали. Она неодолимо притягивает все печальное в мире и слагает в моем сердце. Поэтому я — печальнее всех творений. И в слезах моих боль за каждого… Не смейтесь надо мной, о насмешники! Ужас охватывает меня при мысли, что на этом печальном свете есть существа, которым бывает смешно. О проклятый дар: смеяться в мире, где кипит печаль, бьет ключом боль и свирепствует смерть. Какой окаянный дар!».

Цифровое обезличивание

Врази мои реша мне злая: когда умрет и погибнет имя его?

Пс. 40: 6

Верующим, выступающим против электронной кодификации людей, нередко говорят: «Позвольте, ну какое отношение имеет эта чисто техническая и формальная операция по присвоению ИНН и личных кодов к религии, к духовно-нравственной сфере?» Отношение становится понятным, если раскрыть духовный смысл этой «операции». Тогда открывается, что вопрос о личных кодах и «новейших компьютерных технологиях идентификации личности» затрагивает самые глубины православного учения о человеке, о его богообразности и богодарованной свободе.

Присвоение человеку пожизненного и несменяемого идентификационного номера — это замена имени собственного на число, словесного имени на безсловесное, числовое «имя», замена существительного на числительное. Сравним: Петр -кто? 123-й — какой? Какой ты по порядку, под каким номером? Все это говорит об обезличении, утрате личности и имени, а значит — и жизни вечной.

Духовное озверение, как потеря личности, метафизи ески связано с потерей имени. «Имя предполагает ту или иную личность. О слове мы можем говорить в отношении любого предмета; об имени же — только в отношении или личности, или вообще личностного предмета» (А. Ф. Лосев)176. «Имя есть последняя выразимость в слове начала   личного,   как   число   —   безличного»   (о. Павел

176 Лосев А. Ф. Диалектика мифа. М., 2001. С. 404.

Флоренский). Если имя есть неизменная величина субъекта, то число есть неизменная величина объекта.

Словесное имя носит существо словесное, разумно-личное, а безсловесное «имя» показывает, что и носитель его безсловесен. Имя дается душе, а число присваивается телу. Имя указывает на внутреннего человека, на «я», а цифровой код — на внешнего, на «мое». Значит, те, кто вводит эту систему цифрового обезличивания, хотят, чтобы все люди забыли о своем высоком человеческом достоинстве, о своем внутреннем человеке и были бы все внешними, плотскими, духовно мертвыми. Они хотят, чтобы человек был сведен до своей плоти, ограничен только внешним, видимым и представал бы перед окружающими не как личность, а как бездушный предмет.

Вот почему Откровение называет числовое имя звериным (см. славянский текст). Звериное — значит обезличивающее, лишающее человека богоданной свободы и богоподобного достоинства его безсмертной личности, превращающее его в скотоподобное существо, в зверя. Человек становится вещью среди вещей, товаром (на это указывает и применение одного и того же международного стандарта для кодировки и товаров, и людей), зомбированным придатком безличной и автоматически действующей компьютерной системы, управляемым объектом, механизмом, маркированным бездушными цифрами — числовым «именем».

Если имя человека — обозначение и удостоверение его личности, то числовое «имя» (точнее — число вместо имени, или антиимя) — это обозначение и свидетельство потери ли ности. Через имя человек являет себя лицом, а через число вещью. В Древнем Риме, например, рабы не имели собственного имени, они считались «говорящей вещью». Часто рабов называли просто по их племенной принадлежности, по имени продавца или месту покупки. Но это были не собственные имена, выделяющие личность как индивидуум; а лишь своего рода инвентарные этикетки или ярлыки вещей, меняющиеся по капризу хозяев, в особенности при переходе раба в другие руки177.

Нынешние цифровые имена с еще большим основанием можно назвать инвентарными этикетками людей, которые рассматриваются как вещи, нуждающиеся в учете. Тем более что идентификационный номер содержит указание на место

177 См.: История Древнего мира / Под ред. В. Н. Дьякова и Н. М. Никольского. М., 1959.

нахождения (или продажи в рабство «новому мировому порядку»?) данной «говорящей вещи» — «код налоговой инспекции по месту жительства физического лица».

Итак, если человек рассматривается как носитель ли ного, собственного имени, и к нему обращаются по этому имени, то это говорит о признании в нем отдельной и неповторимой ли ности, а если еловека с итают носителем идентифицирующего его номера и обращаются к нему по номеру, значит, личность в нем отрицается.

По словам авторитетного богослова игумена афонского Григориатского монастыря архимандрита Георгия (Капсаниса), духовная опасность принятия личного номера состоит в том, что «нумерация человека будет означать упразднение личности». «Добровольное принятие нумерации под предлогом упрощения торговых отношений и передвижения, — рассуждает архимандрит Георгий в книге «Графа вероисповедание и вещи нового мирового порядка», — в конечном счете понуждает человека к добровольному отре ению от тех ка еств, которые проявляются в нем как в личности. Низведение личности в некий тринадцатизна ный номер недалеко отстоит от ее ис езновения»178.

Сегодня везде человек мыслится не как лицо-личность, но как число. Электронная информационная система уничтожает свободу волеизъявления личности. Превращая человека в объект информации, она подавляет его и принуждает к заранее предопределенному миросозерцанию и поведению, делает исполнительным объектом предписаний и запретов. Этим самым попирается дарованное Богом достоинство человеческой личности. Это очень важно для понимания происходящего. Было бы большим самообманом рассматривать такое явление, как присвоение людям цифровых идентификаторов, само по себе, а не в самом широком контексте современной «звериной» эпохи.

В Священном Писании немало примеров наречения имен, причем перемена имени кардинально изменяет судьбу человека. Вот что пишет святитель Иоанн Златоуст: «Савл же, еще дыша угрозами и убийством на учеников Господа, пришел к первосвященнику» (Деян. 9: 1). А в посланиях называется он Павлом: для чего же Святый Дух переменил ему имя? Как господин, купив раба, и желая показать ему свою власть над

178 Цит. по: Иерод. Авель (Семенов), Александр Дроздов. Предисловие составителей // Сборник: Иером. Христодул Святогорец. «На закате свободы». Святой монастырь Большие Метеоры. «Фальсификация учения о начертании антихриста». 2004. С. 37.

ним, переменяет ему имя, так и Святый Дух сделал тогда. Он взял Павла в плен, и этот недавно еще гонитель, поступил под власть Святого Духа, который поэтому переменил ему имя, чтобы он из этого узнал новую власть над собою».

Отсюда в высшей степени принципиальным является вопрос: кто и с какой целью дает человеку новое числовое имя? Ведь принятие нового имени означает поклонение новому хозяину и принятие соответствующего духа.

О евидно, то сама идея замены богоданных ли ных имен людей на безли ные, мертвые исла может принадлежать только врагу рода елове еского диаволу, -этому «великому дракону» (зверю) и начальнику («отцу») озверения в созданном Богом мире разумно-свободных существ.

Верующие, побывавшие в одном из известных монастырей, рассказывают, что стали свидетелями следующего случая. Архимандрит, проводящий так называемые «отчитки», т. е. совершающий чин изгнания злых духов, спросил одного из одержимых: «Кто придумал ИНН?» В ответ этот духовно больной человек — точнее, бес, в нем находящийся, -произнес утробно-рычащим голосом: «М-мы!..» В связи с этим вспоминается и случай, относящийся к настоящей книге. Однажды человек, страдающий сильной степенью одержимости злым духом (бес говорил в нем другим голосом), увидев, как автор передает брошюру «Тайна зверя» (1-е издание) его родственнику, произнес низким утробным (характерным для беса) голосом: «Это про меня». Впрочем, мы должны с великой осторожностью относиться к словам лукавых духов и не доверять им, о чем нас предупреждают и современные старцы (см., напр., книгу «Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 2-я). И Сам Спаситель в Евангелии показал нам пример такого отношения, не принимая свидетельства, хотя бы и истинного, от падших духов, говорящих через одержимых ими людей о том, что Он есть Сын Божий.

Недаром в православной традиции для обозначения сатаны и других падших духов используются звериные образы (дракон, змий, козел, волк, собака, гиена, шакал, свинья, крыса, летучая мышь, ящерица и др.) или отдельные признаки звериной природы (рога, хвост, шерсть, чешуя, клыки, жало, когти, копыта и др.). Примечательно, что, как правило, это образы не всяких животных, а только тех, которых принято называть низменными, поскольку их способ существования наиболее отличен от человеческого, наиболее антагонистичен личному бытию. Часто образ определенного низменного животного соответствует той или иной греховной страсти. В образах именно этих животных бесы являются людям. Трудно себе

представить, чтобы бес явился, например, в образе голубя, ягненка или овечки, т. е. тех животных, которые традиционно олицетворяют добродетели.

В молитве, составленной святителем Иоанном Златоустом, диавол именуется «мысленным волком»: «… и да не на мнозе удаляяйся общения Твоего, от мысленнаго волка звероуловлен буду» (из «Последования ко Святому Причащению»). Вид зверей имели многие языческие божества (например, египетские киноцефалы — божества с псиными головами), а мы знаем из слова Божия, что идолы язычников — это бесы (Пс. 95: 5). Одержимые падшими духами люди часто ведут себя как звери; они могут лаять, выть, рычать, мяукать и т. д. Это явление, во-первых, указывает на пребывание в них духовных «зверей» — бесов, а во-вторых, говорит о стремлении падших духов превратить человека в зверя. Старцы говорят, что Господом попускается человеку беснование, как правило, за тяжкие (например, противоестественные блудные) грехи, в том числе за занятие оккультизмом. Иначе говоря, человек сам, своими грехами впускает в себя звериность, а вместе с ней входят в него и духовно озверевшие сущности.

В книге «Молитвенный дневник старца Феодосия Карульского» сказано о том, что прославленный афонский старец-отшельник, иеросхимонах Феодосий увидел однажды на яву «злобу вражию»: «»Предстала предо мною злоба вражия, подобно злому зверю — льву или собаке с ярыми глазами и в сильной, очень сильной злобе хотел броситься на меня и пожрать меня, но благодать Божия не допустила. Это было, может, в продолжение минуты или полминуты». Я спросил: «Как, батюшка, вы видели эту злобу — телесными очами или умом?» Он сказал:

179

«Умственными очами»» .

Известно, что «отец современного сатанизма» Алистер Кроули (1875-1947), умерший от наркотиков, называл себя

180

«зверем Апокалипсиса» . Другой служитель сатаны, основатель «Церкви сайентологии» (дианетики) Лафайет Рон Хаббард незадолго до смерти тоже пришел к убеждению, что

181

сам он и есть апокалиптический «зверь из бездны»181. Несомненно, что эти мысли внушил им сам сатана. И это еще одно свидетельство того, что сатана стремится превратить

179 Молитвенный дневник старца Феодосия Карульского. Издание Спасо-Преображенского Валаамского монастыря. СПб., 1997. С. 55.

180 Духовные основы наркомании / Под общ. ред. иером. Анатолия (Берестова).

1М81., 2002. С. 47.

181 См.: Свящ. Олег Стеняев. Маги, заклинатели, колдуны и чародеи. С. 10.

человека в зверя, духовно убить его, что наиболее наглядно проявляется на сознательных служителях зла.

В книге «Пасха красная», рассказывающей о трех Оптинских новомучениках, убиенных сатанистом на Пасху 1993 года, читаем: «Первой к упавшему о. Василию подбежала двенадцатилетняя Наташа Попова. Зрение у девочки было хорошее, но она увидела невероятное — о. Василий упал, а в сторону от него метнулся ерный страшный зверь и, взбежав по расположенной рядом лесенке-поленнице из дров, перемахнул через стену, скрывшись из монастыря. Убегая, убийца сбросил с себя шинель паломника, а чуть позже сбрил бороду — маскарад был уже не нужен. «Батюшка, — спрашивала потом девочка у старца, — а по ему вместо   еловека я увидела зверя?». «Да ведь сила-то какая звериная,

182

сатанинская, — ответил старец, — вот душа и увидела это»» .

Сатана — первый, кто отказался от жизни своей ли ности, и стремится обезли ить всех остальных. Он —

первый безличник-самоубийца и, как следствие этого, убийца. Вот почему в Священном Писании сатана (в переводе с древнееврейского это слово означает «противник», — то есть противник Бога и других личностей, сотворенных Им) называется «человекоубийцей». «Царем над собою она (жалящая людей саранча) имела ангела бездны; имя ему по-еврейски Аваддон, а по-гречески Аполлион (губитель)» (Откр. 9: 11). Слово «диавол» переводится не только как «клеветник», но и как «разрушитель», — т. е. разрушитель личности. Сатана с его «духами злобы поднебесными» (Еф. 6: 12) и его «сборищем сатанинским» (Откр. 2:; 3: 9; греч. — «синагога сатаны») есть постоянные разрушители и губители: «Разрушение и пагуба на путях их» (Рим. 3: 16).

«Шествие разрушителя» — так называется известное многим верующим видение. В тексте этого видения есть, например, такое место: «… А Люцифер, вытянувшись в безстыдную позу, в одно безобразное, безформенное чудовище, превышающее всякое представление (облик, вид непредставимо ужасного, чудовищного дракона: Откр. 12: 3; 20: 2. -Прим. О. Б. К.), высоко поднял кулак своей косматой, мускулистой руки и, осклабив стальные зубы, погрозился в пространство. И, в то же мгновение, с быстротой молнии, провалился, вместе с легионами, в свою

183

сферу, — в пылавшую пропасть, на дно преисподней.»183

182 Павлова Н. А. Пасха красная. М., 2004. С. 117.

183 Рышковский Н. Н. Шествие разрушителя. Видение. Безплатное приложение к журналу Путь жизни». Зарайск, 1909. Цит. по: Сб. «Россия перед Вторым Пришествием» / Сост. С. Фомин. 2-е изд. М., 1994. С. 449-462.

После отпадения от Бога Люцифер из светоносного ангела превратился в безличный и холодный разум, в духовного зверя, чуждого любви и сочувствия. Такими же сделались все последовавшие за ним ангелы, ставшие мрачными демонами, духами злобы и тьмы. В абсурде своего богоборчества они избрали вечную смерть и, по зависти, желают такой же участи всем другим сотворенным Богом личностям. Они не только Бога, людей и светлых ангелов, но и друг друга ненавидят, а объединяет их лишь злоба и страх неминуемой расплаты. Гордый не может любить. «Между гордыми людьми могут иметь место солидарность и нечто вроде дружбы только в одном случае — когда они выступают вместе против мнимого или действительного противника; но когда этот «фактор единения» исчезает, то от былой солидарности не остается и следа»184. Так и у бесов. На людей они смотрят отчужденно, как на объекты, тогда как Бог в каждом человеке видит субъекта, личность, отображение Себя в Своем творении.

«Бог хочет, чтобы расцвела неповторимой индивидуальностью каждая человеческая личность, — рассуждал в связи с «проблемой ИНН» благодатный дивеевский батюшка о. Владимир Шикин (|2000), — а диавол жаждет сделать нас безсильными, безвольными на добро — холодными и безликими. Диавол мечтает пересоздать еловека: сделать из раба Божия — собственного раба, послушную марионетку. Превратить человека в античеловека (отсюда и «антихрист», «антихристос». —

185

Авт.) — бесочеловека» .

Обезличивание и духовная смерть разумных тварей есть скверная пища сатаны, он человека ненавидит. Лишенные Божественной благодати и терзаемые безконечной завистью, злые духи в какой-то мере удовлетворяются (питаются) злорадством, видя, как и человек, подобно им, утрачивает свое богоподобие, духовно самоуничтожаясь. Для Господа же «брашном и питием» является дело спасения созданных Им личностей для жизни вечной. Это Его дело и Его воля: «Моя пища, — говорит Спаситель, — есть творить волю Пославшего Меня и совершить дело Его» (Ин. 4: 34).

Спаситель спасает от обезличивания. И созданная Им для спасения людей Церковь есть, по определению русского богослова В. Н. Лосского, «среда, в которой осуществляется

184 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 99.

185 См.: Честной отче // «Первый и Последний». 2003, № 6 (10). С. 17.

соединение человеческих личностей с Богом»186. А антихристова система растворяет, стирает личность, обращает ее в ничто.

Принятие цифрового кода взамен имени по своему действию на душу человека прямо противоположно таинству святого Крещения и, с духовной точки зрения, является антикрещением.

Через таинство Крещения человек входит в Церковь, а через антикрещение — в антицерковь. Церковь есть Тело Христово, собрание верных, облеченных Крещением во Христа, где каждый христианин соединяется со Христом и с другими членами Церкви через Святое Причастие. А антицерковь — это «Сеть», соединение членов-узлов, где есть свои законы, своя инициация (антикрещение) и кощунственная пародия на церковное единство — «связь всего со всем» через числовое антиимя («число имени зверя») и чип (начертание зверя на руке и на лбу). Глава Церкви, Господь наш Иисус Христос, как Пастырь добрый, «зовет своих (словесных) овец по имени» (Ин. 10: 3), то есть обращается к личности каждого человека; а глава антицеркви, сатана, обращается к своим обезличенным рабам по номеру.

Крещением человек отрекается от сатаны и дел его (то есть от звериности) и сочетается (любовью) Христу. Иначе говоря, человек в Крещении «рождается свыше» (Ин. 3: 7), оживает как духовная личность. В удостоверение этого он получает святое имя, которое вписывается в Книгу Жизни, «разве что он сам

187

впоследствии изгладит оное из нее своею жизнию» . В антикрещении человек обезличивается и становится рабом антихриста. Это действие антикрещения подтверждает афонский старец Паисий. В своей знаменитой статье «Знамения времен: 666» он пишет: «. эти же отрицаются Святой печати Христовой, которая была им дана во Святом Крещении: «Печать дара Духа Святаго», с тем, чтобы принять печать

188

антихриста, и говорят, что имеют в себе Христа!!!»188.

Персональный номер дается антихристовой системой для того, чтобы навсегда изгладилось имя человека из Книги Жизни. В Апокалипсисе прямо сказано, что поклонятся «зверю из моря» (т. е. признают антихристову систему власти) только

186 В. Н. Лосский. Очерк мистического богословия Восточной Церкви (глава IX «Два аспекта Церкви»).

187 Булгаков С. В. Настольная книга для священно-церковно-служителей. Издательский отдел Московского Патриархата, 1993. С. 1007.

188 Иером. Христодул (Агиорит). Старец Паисий. С. 140.

«живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного от создания мира» (Откр. 13: 8). Святитель Андрей Кесарийский, объясняя это место Апокалипсиса, говорит, что зверь «приложит власть свою ко всякому племени и народу, а овладеет одними теми, имена которых не вписаны в книгу живота»189.

Получивший числовое имя, как и в известном сатанинском обряде посвящения, оказывается вписанным в «Книгу смерти» (в качестве таковой сегодня предстает так называемая «электронная книга» — бездушная компьютерная база персональных данных). В противоположность Книге Жизни, где записаны духовно живые личности, «Книга смерти» предназначена для внесения в нее обезличенных духовных мертвецов.

В Крещении мы отрекались не только от сатаны, но и «от всех дел его». Если глобализация, непременным элементом которой является присвоение каждому человеку пожизненного номера, есть не что иное, как построение апокалиптического царства зверя и подготовка к воцарению антихриста, то, конечно, это дело сатаны, от которого мы отрекались. Поэтому нам должно засвидетельствовать это отречение отвержением всего того, что навязывается нам глобализацией.

На процессы глобализации, предшествующие воцарению антихриста, есть вполне определенные указания в Апокалипсисе, например: «И десять рогов, которые ты видел, суть десять царей, которые еще не получили царства, но примут власть со зверем, как цари, на один час. Они имеют одни мысли и передадут силу и власть свою зверю» (Откр. 17: 12-13).

Первая молитва, которая читается над приступающим ко святому Крещению — молитва наречения имени. Имя собственное, личное, святое и выбирается ли ностями (родителями ребенка или заменяющими их лицами), а затем дается человеку Святой Церковью от Господа, «ибо позна Господь сущия Своя» (Тим. 2: 19). При этом Церковь молится, чтобы святое имя Божие пребыло «неотреченно», чтобы эта «печать» не стерлась и чтобы крещаемый не поругал это имя, чтобы он достойно носил его. А числовое имя выбирается и присваивается безличной компьютерной системой, от главного безличника — сатаны.

189 Свт. Андрей Кесарийский. Толкование на Апокалипсис. М., 1901. С. 104.

Православный писатель В. П. Филимонов пишет: «Человек по имени, данному ему во святом Крещении, уникален перед Богом, а по номеру -перед сатанинской системой. Неслучайно в соответствии с международными стандартами порядковый номер, входящий в структуру личного кода человека, присваивается по дате рождения. Поэтому в мистическом плане принятие цифрового идентификатора можно расценивать как рождение и таинство посвящения человека в новую жизнь — в качестве объекта управления в антихристианской системе, или антикрещение. При этом упраздняется само понятие личности как самостоятельного отдельного существа. Согласно принятой терминологии, данные о человеке «обезличиваются», то есть живое имя, данное человеку во святом Крещении в честь его небесного покровителя, убирают и заменяют мертвым именем — уникальным цифровым кодом. Подобное действо есть не что иное, как духовный акт»190.

«Когда в беседе на тему о тотальном контроле и микрочипах кто-нибудь опять говорит, что ему безразлично, подслушивают его или нет, потому что он-де человек честный и ему нечего скрывать, — пишет священник Владимир Южаков, — то это только доказывает омертвелость, мертвенность его души. То есть на внешний раздражитель отсутствует реакция. Так же, как было бы все равно трупу, разглядывает его кто-нибудь, трогает ли кто-нибудь, обшаривает ли карманы или вытряхивает из одежды. Мертвенность доказывает небытие: интересы личности, души, отождествляющей себя с данным телом, коренным образом изменились и его покинули. А если при еще живом теле мертва душа — что это за явление? Ведь это не телу, а душе становятся безразличными такие высокие понятия, как стыд, совесть, любовь, ревность, жертвенность, честь, доблесть, свойственные только высшей душе, духу. Ведь это душа, а не тело. утрачивает имя, полученное в Таинстве святого крещения от Святого Духа для вечной жизни, когда начинает откликаться на различные клички вплоть до кодового числа. И что характерно — именно плотские удобства мира сего и обывательское счастье потребителя поставлено сегодня во главу угла, заметим, не скотского стада, а человеческого общества»191.

Непреложный духовный закон заключается в том, что в одно и то же время перестать жить как духовная личность и сохранить свою связь с Богом невозможно. «Принятие ИНН или непринятие его, — рассуждает протоиерей Алексий Масюк, -выявляет волю, произволение еловека. Лишенное сущности зло обретает величайшую мощь, реальную и разрушительную, когда склоняет в свою сторону многочисленные свободные произволения разумных тварей»192.

190 Филимонов В. П. Но избави нас от лукавого. Изд. «Вектор», 2003. С. 31-32.

191 Свящ. Владимир Южаков. А живо ли дитя? // «Русь Православная». 2003, № 11 — 12.

192 Прот. Алексий Масюк. Энергийность, символ, имя. Доклад на Всероссийской научно-практической   конференции   «Духовные   и   социальные проблемы

Просвещение и помрачение

Егда славнии ученицы на умовении вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый, сребролюбием недуговав, омрачашеся, и беззаконным судиям Тебе, Праведнаго Судию, предает.

Тропарь Великого четверга

Человек, как существо разумно-личное, должен потрудиться над тем, чтобы вникнуть в суть данного явления — электронно-цифровой идентификации личности. Поэтому понять всю пагубность этой системы могут только те, кто не только видит происходящее, но и осознает себя как ли ность, носящую образ Божий, и кто не недугует прельщением и неведением, духовно трезвится и потому имеет просвещение от Бога.

Старец Паисий Святогорец говорил об этом так: «Между тем, очевидно, что люди даже не помышляют того, что мы уже переживаем знамения последних времен, что печать антихриста становится реальностью. Словно ничего не происходит. Поэтому Священное Писание говорит, что прельстятся и избранные (Мф. 24: 24). Те, в ком не будет доброго расположения, не полу ат просвещения от Бога и прельстятся в годы апостасии. Потому   то тот, в ком нет

Божественной благодати, не имеет духовной ясности, как не

193

имеет ее и диавол» .

По учению старца Паисия, духовный закон заключается в следующем: если у человека нет смирения и благоговения, то толкования Священного Писания, которые он дает, являются толкованиями «от ума», от рассудка, Божественного просвещения в таких толкованиях нет. «Тот, у кого нет благоговения, — учит старец, — совершает ошибки, уклоняется в заблуждения относительно догматов. вижу, какие ошибки совершают те, кто не имеет благоговения и пишут толкования

глобализации» (Санкт-Петербург, 3-4 мая 2001 г.). Цит. по: Филимонов В. П. Но избави нас от лукавого. С. 416-417.

193 Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 2. Духовное пробуждение. Салоники —

Москва, 2001. С. 183.

или комментарии на Священное Писание и святоотеческие творения. Во всем духовном необходимы благоговение и сердце» («Духовное пробуждение»).

Вот где ответ на вопрос, почему нынешние богословы-рационалисты не видят исполнения пророчеств Апокалипсиса или дают им неправильное толкование. Примерами такого богословствования являются книги диакона Андрея Кураева «Сегодня ли дают печать антихриста?» (2001 г.) и «О нашем поражении. Христианство на пределе истории» (2004 г.), полные фривольностей, натяжек, очевидных нелепостей и духовно ложных умозаключений, сделанных на основе мирской логики, при помощи которой, при желании, можно оправдать все что угодно, ибо «словеса опровергаются словесами, но чем можно опровергнуть жизнь» (святитель Григорий Богослов). Автор словно играет, «жонглирует» мыслями и «аргументами», видимо, забыв грозные слова Спасителя: « то соблазнит одного из малых сих, верующих в Меня, тому лучше было бы, если бы повесили ему мельничный жернов на шею и потопили его во глубине морской» (Мф. 18: 6).

Например, в книге «Сегодня ли дают печать антихриста?» диакон Андрей пишет о том, что принимать христианину можно все, если при этом не будут заставлять отрекаться от Христа, то есть если не будет, как выражается автор, «вопроса о вере». Но вряд ли будет такой вопрос. И сам отец диакон это хорошо понимает, говоря в другом месте: «Обманщик мира не будет явно бороться против Христа. Он не будет явно хулить Его. Он будет расточать Иудины поцелуи в Его адрес: «Великий Учитель»». Очевидно, что при таком образе действия антихриста совсем не к месту будет понуждение верующих людей к словесному отречению от Христа. Вот так лукавая богословская софистика учит идти по широкому и погибельному пути, «сообразуясь веку сему» (Рим. 12: 2).

И разве можем мы в вопросах, касающихся спасения для жизни вечной наших и великого множества других душ человеческих, доверять людям, хоть и именующим себя богословами, но живущим и рассуждающим по духу мира сего? Ведь если речь у человека лукавая, то он пустой, в нем нет Христа. «Они от міра, потому и говорят по-мірски, и мір слушает их» (1 Ин. 4: 5). Иеромонах Серафим (Роуз) называл такое обмирщенное богословствование «богословием на полный желудок»194, а старец Паисий — «мозгословием», а

194 См.: Иером. Серафим (Роуз). Святые Отцы Православия. М., 2000. С. 45-47.

самих богословствующих — «богословами-профессионалами». Еще святитель Феофан Затворник с сожалением отмечал, что «даже богословствующие потеряли настоящие основы богословствования православного».

В книге «Духовные беседы и наставления старца Антония» (часть 2-я) сказано, что в большей части книг современных богословов нет главного — спасения. «Это, дорогой мой, -говорит старец Антоний о. Александру, — то, что в университетах называлось критикой. Чего только не критикуют! И протестантизм, и оккультизм, и шаманизм, что-то еще неудобовоспринимаемое. Что-то кто-то в исступлении доказывает, что-то проповедует, убеждает, но насколько это связано со спасением? Не связано. И далеко от него. Настолько далеко, что трудно и понять».

«Мирской здравый смысл, — говорит старец Паисий Святогорец, — искажает орган духовного чувства. Доверяя собственному рассудку, человек духовный впадает в прелесть». «Почему многие, зная текст Апокалипсиса, не ставят хотя бы вопросительного знака? — спрашивает старец Паисий. — А если они помогут антихристу с его печатью и увлекут в погибель и другие души?!Прельстятся те, кто истолковывают Писания от ума… К несчастью, можно услышать: «От Христа я не отрекаюсь: я всего лишь пользователь обслуживающей меня системы». Такие мнения являются прелестью» («Избранный сосуд»).

«Нет такой подлости и гадости, которую разум не смог бы оправдать. Вот и будет оправдывать и личные номера, и паспорта, и 666… Все всё будут понимать, но разум найдет этому оправдание, обязательно найдет. А человек, уже внутренне подготовленный к предательству, будет успокаивать себя аргументами разума» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я).

«Почитающий себя премудрым отпадает от премудрости Божией, — учит святой Исаак Сирин. — Гордость не понимает, что ходит во тьме и не имеет понятия о мудрости. Ибо как ей и понимать это, когда пребывает в своем омра ении? Посему-то омраченным помыслом своим и превозносится она выше всех, будучи всех ничтожнее и немощнее и будучи неспособна познавать пути Господни. Господь же сокрывает от нее волю Свою, потому что не восхотела она ходить путем смиренных» («Слова подвижнические», слово 69). «Кто не имеет благодати,

хотя и мудр, может стать начальником ереси и пасть в ров пагубы» (преподобный Симеон Новый Богослов)195.

В книге «Старец Силуан Афонский» говорится о том, что гордости свойственно безумствовать в плане мысленном, духовном, и главным ее орудием в борьбе за преобладание над всем является ум-рассудок. Причем автор, архимандрит Софроний, отмечает, что рассудку свойственна отвлеченная сфера, что сам по себе рассудок есть безличная сила: «Безличный в законах своего функционирования, являющийся, по существу, лишь одним из выявлений жизни елове еской ли ности, одною из энергий ли ности, рассудок, в том случае, когда ему отводится первенствующее место в духовном бытии человека, последовательно доходит до того, что на инает уже бороться со своим исто ником, то есть ли ным на алом»196. Об опасности сосредоточения духовного бытия человека на уме-рассудке предупреждает нас и Евангелие: «В тот час возрадовался духом Иисус и сказал: славлю Тебя, Отче, Господи неба и земли, что Ты утаил сие от премудрых и разумных и открыл младенцам. Ей, Отче! Ибо таково было Твое благоволение» (Лк. 10: 21).

«Кто ходит днем, тот не спотыкается, — говорит Господь, — потому что видит свет міра сего. А кто ходит ночью, спотыкается, потому что нет света с ним» (Ин. 11: 9-10). «Вы — свет міра», — говорит Спаситель Своим ученикам (Мф. 5: 14), то есть всем христианам. Значит, если в нас нет духовного света, то мы не настоящие христиане.

По учению Церкви, христианин, как только окрестится, тотчас исполняется Божественным светом, почему и именуется «просвещенным». Просвещенный идет при свете и видит стремнины и преткновения; а кто не видит их, значит не имеет в себе света, не просвещен: как же может он считаться христианином? Если он и говорит, что видит, то лжет. Ибо если бы он видел, то не принял бы лжи вместо истины и не называл бы черное белым. Видит и он, но видит как непросвещенные, то есть некрещеные. Ибо и они различают добро от зла, однако же не избегают зла, потому что не видят ясно, в чем главным образом состоит добро и в чем главным образом состоит зло. Таким образом, кто не имеет духовной ясности, тот еще не христианин.

195 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1524.

196 Преподобный Силуан Афонский. С. 147.

Апостол Павел говорит: «Испытывайте самих себя, в вере ли вы… или вы не знаете самих себя, что Иисус Христос в вас? Разве только вы не то, чем должны быть» (2 Кор. 13: 5).

От чего зависит присутствие и мера Божественного просвещения в человеке? На это отвечает преподобный Марк Подвижник: «Каждый из нас просвещается в той мере, как, возненавидев помрачающие его страсти, отвергнет их; а насколько, любя их, помышляет о них, настолько помрачается». Главные же страсти (обнимающие собою все остальные), по учению Святых Отцов, суть следующие: сребролюбие, то есть привязанность к деньгам и вещам и желание жить без бедности и печали; славолюбие, то есть желание быть почитаемым и славимым; сластолюбие, то есть стремление к наслаждению различными удовольствиями.

Святые Отцы (например, святитель Арефа Кесарийский в своем толковании на Апокалипсис) предсказывали, что характерной ертой людей последних времен будет помра енность ума. Вот почему современные люди, в том числе и считающие себя христианами (за малым исключением), не видят истинного смысла происходящих событий. «Помраченность, — пишет греческий богослов митрополит Иерофей (Влахос), — называется и ослеплением, поскольку это настоящее ослепление   ума.   Ум   ослепляется  тремя   страстями: сребролюбием,

197

тщеславием и желанием удовольствий» . Святитель Василий Великий в «Слове о суде Божием» говорит: «В виде наказания страдают слепотою в важнейшем те, которые еще прежде омрачились, произвольно ослепив свое душевное око. Сему-то страшась подвергнуться, Давид говорит: «Просвети очи мои, да не когда усну в смерть» (Пс. 12, 4)».

Страсти делают человека своим рабом, «ибо кто кем побежден, тот тому и раб» (2 Петр. 2: 19). Человек становится несвободным, то есть в нем подавляется воля, а значит, понижается уровень личности, ибо свобода воли есть непременная характеристика духовной жизни. Рабство страстям сковывает, парализует личность человека, делает его духовным мертвецом. Об этом ясно говорит слово Божие. Так, по словам апостола Павла, сластолюбивый человек «заживо умер» (1 Тим.

5: 6).

«Служение греху, лжи, суете есть в полном смысле рабство, — говорит святитель Игнатий (Брянчанинов), — хотя бы оно и представлялось по

197 Митр. Иерофей (Влахос). Православная психотерапия. Издание Свято-Троицкой Сергиевой Лавры, 2004. С. 135.

наружности блестящею свободою. Рабство это — рабство вечное. Только тот совершенно и истинно свободен, кто истинный раб Бога своего»198.

«Страсть делает человека идолопоклонником, — рассуждает архимандрит Рафаил (Карелин). — Страсть приводит человека в состояние духовного паралича; рано или поздно идол упадет и разобьется, он имеет сделанные уши, но не слышит, имеет вылепленные глаза, но не видит; идол, созданный нами, мертв, он ничего не может дать нашему духу»199.

Итак, получается, что чем полнее в человеке жизнь духовная, личная, тем сильнее в нем действует Божественное просвещение. Только на живущих по евангельским заповедям исполняются слова Священного Писания: «Заповедь Господа светла, просвещает очи» (Пс. 18: 9). «Благодатные дарования -указывает святитель Игнатий (Брянчанинов), — имеют только те, которые имеют внутреннее делание и бдят о душах своих». Присутствие в человеке духовного света видно бывает из страха и благоговения его пред всем Божественным и святым и из нрава его кроткого и смиренномудрого. Особенно сильно действует в нем Божественное просвещение, когда сподобится он причащения животворящих Таин Христовых. Ибо тогда на нем исполняются слова из «Канона ко Святому Причащению»: «Якоже огнь да будет ми и яко свет Тело Твое и Кровь, Спасе мой, пречестная, опаляя греховное вещество, сжигая же страстей терние и всего мя просвещая, покланятися Божеству Твоему».

О действии в себе духовного просвещения свидетельствует святой праведный Иоанн Кронштадтский: « угасаю, умираю духовно, — пишет он в своем дневнике, — когда не служу несколько дней в храме, и возгораюсь, оживаю душою и сердцем, когда служу, понуждая себя к молитве не формальной, а действительной, духовной, искренней, пламенной. в молитве покаяния и умиления спадают с души моей узы страстей, и мне становится так легко: как бы умираю для мира и мир для меня, со всеми своими благами; я оживаю в Боге. душа просвещается светом небесным; все светло видишь, на все смотришь правильно.» («Моя жизнь во Христе»).

Бог есть свет, и от светлости Своей Он сообщает свет тем, кто соединяется с Ним в общении, по мере их очищения. Поэтому      наибольшего      Божественного просвещения

198 Свт. Игнатий (Брянчанинов). Судьбы Божии. С. 21.

199 Архим. Рафаил (Карелин). Тайна спасения. С. 55.

сподобляются святые угодники Божии, на что указывают нимбы, изображаемые на их иконах.

Человек, имеющий духовную ясность, видит все вещи и явления такими, какие они есть на самом деле. «Свет показывает действительность вещей, — свидетельствует преподобный Исаак Сирин, — и умножается и умаляется соразмерно с образом жизни» («Слова подвижнические», слово 18). А человек, пребывающий во мраке неведения, воспринимает все в искаженном виде, он словно пребывает в ложной, «виртуальной» реальности, в которой не видит даже свою душу. «Что ум видит одно вместо другого, происходит оттого, что он не очистился» (святой Исаак Сирин, «Слова подвижнические», слово 55).

Отказ христианина от принятия апокалиптического начертания зверя показывает, что для него Бог есть живая Личность. Такое же отношение к Богу было у всех святых мучеников и исповедников (как и у всех других святых). Не смогли бы мученики претерпеть страдания, если бы не было у них верного духовного устроения, если бы не было живого богообщения. «Господи, я не предам Тебя!», — говорит и современный христианин-исповедник. Это свидетельствует о том, что он имеет живую связь с Богом, любит Его, всегда помнит о Нем, пребывает с Ним в живом молитвенном общении. Вот почему он не может принять бесовские числовые имена, о которых предупреждает его слово Божие. Ведь Священное Писание для него не просто священный текст и источник вероучения, но «живое слово Бога Живого» (преподобный Симеон Новый Богослов); и только при таком восприятии Писания может открываться его истинный и глубокий смысл. Кроме того, на таком христианине исполняются слова апостола Иоанна: «Впрочем, помазание, которое вы получили от Него (то есть просвещающую и научающую благодать Божию, как результат личного общения с Богом), в вас пребывает, и вы не имеете нужды, чтобы кто учил вас: но как самое сие помазание учит вас всему, и оно истинно и неложно; то, чему оно научило вас, в том пребывайте» (1 Ин. 2: 27). «Дух же ясно говорит, что в последние времена отступят некоторые от веры, внимая духам обольстителям и учениям бесовским» (1 Тим. 4: 1).

« Если мы живем духом, — говорит апостол Павел, — то по духу (т. е. руководствуясь духовными мотивами) и поступать должны» (Гал. 5: 26). Как мы знаем, все люди живут или плотски (душевно), или духовно. Духовный, духовно зрячий

еловек, имея в себе Божественное просвещение, мудрствует и действует духовно. Благодать Божия открывает ему духовную опасность диавольских изобретений. Поэтому он отказывается от числового имени, свидетельствуя этим, что сотворен Богом как личность. Он не может согласиться с тем, что в обществе основным его индивидуализирующим признаком будет цифровой код, а Богом данное ему при святом Крещении имя святого покровителя сделается лишь необязательным приложением к номеру. Зная о сатанинских замыслах архитекторов «нового мирового порядка», он не желает им потворствовать и участвовать в делах наступающей тьмы.

Плотской человек не имеет личного общения с Богом, а воспринимает Его, в лучшем случае, просто как некую отвлеченную идею. Он «не имеет в себе благодати Христовой ощутительно, то есть так, чтобы по опыту знал, что имеет в себе благодать, а потому тщетно именуется христианином» (преподобный Симеон Новый Богослов). Пустой от Божественной благодати, он мудрствует и действует плотски. Не имея просвещения от Бога, он болеет духовной слепотой, исполнен внутреннего безразличия и равнодушия к важным вопросам духовной жизни, его интересуют только собственные «проблемы», в основном, материального порядка. На все он смотрит глазами плоти и не допускает мысли о том, что может быть иной взгляд на жизнь. В Апокалипсисе Господь говорит таким «христианам»: «Ты носишь имя, будто жив (то есть называешь себя христианином), но ты мертв» (Откр. 3: 1).

«У кого сердце сокрушено страстями, у того ими же и язык приводится в движение. Если станет он говорить и о духовном, то будет рассуждать под влиянием страсти, чтобы в неправде одержать победу. Мудрый замечает такого человека при первой встрече, и чистый обоняет его зловоние», — говорит преподобный Исаак Сирин («Слова подвижнические», слово 8).

«Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно» (1 Кор. 3: 14). Вот почему он соглашается с принятием числового имени, не осознавая, что это есть кощунственное надругательство и глумление над еловеком как образом Божиим. Духовно ослабленный, привязанный к миру сему человек не находит в себе сил отказаться от пагубного начертания  антихриста и потому не желает понять, что

очередное научно-техническое изобретение является исполнением пророчества Апокалипсиса.

Обмирщенные христиане, которые поработили себя трем вышеназванным страстям, то есть для которых богом являются деньги, удовольствия и слава, не будут и не могут противостоять антихристовой системе тотального контроля, ибо эти страсти подталкивают их к принятию звериного начертания, да и само это принятие содействует удовлетворению страстей. Вот почему очень многие христиане ныне думают не о том, как бы от Бога не отпасть, а как бы не лишиться земных благ, хлеба, работы, удовольствий. Вцепились во все это руками и ногами, как будто вечно здесь жить собираются.

«Отличительная черта грешника, — наставляет святитель Феофан Затворник, — не всегда явная порочность, но собственно отсутствие воодушевленной самоотверженной ревности о Богоугождении, с решительным отвращением ко всему греховному — то, что у него благочестие не составляет главного предмета забот и трудов, что он, заботливый о многом другом, совершенно равнодушен к своему стяжанию, не чувствует, в какой опасности находится, нерадит о доброй жизни и проводит жизнь холодную к вере, хотя иногда исправную и безукоризненную совне».

«Запечатленных плотским мудрованием, — учит святитель Игнатий (Брянчанинов), — упорно пребывающих в нем, недугующих неисцельно, Господь оставляет: предает их самим себе, предает погибели, принятой произвольно, удерживаемой произвольно. «И оставив их, отъиде». Точно: «мудрование плотское смерть есть» (Рим. 8: 6). Свойственно мертвым не чувствовать своего умерщвления: свойственно плотскому мудрованию не понимать и не ощущать погибели человеческой. По причине несознания своей погибели оно не сознает нужды в оживлении и на основании ложного сознания жизни отвергло и отвергает истинную жизнь — Бога».

«Друг мира, — пишет в другом месте святитель Игнатий, -соделывается непременно, может быть, незаметно для себя, злейшим врагом Бога. При служении миру невозможно служение Богу, и нет его, хотя бы оно и представлялось существующим. Его нет! А то, что представляется, есть не что иное, как лицемерство, притворство, обман себя и других» (том

5, гл. 41).

«Ум, если развлечен тысячами мирских забот, не может ясно усматривать истину» (свт. Василий Великий). Поверхностный   ум   «современного   человека»   —   хоть и

называющего себя христианином, но живущего «в ногу со временем» и хотящего одновременно служить и Богу, и миру сему — не способен проникнуть в духовную суть происходящих событий, из-за помраченности ума и образа жизни, свидетельствующего об отчужденности от Бога.

Такие люди поступают, говоря словами апостола Павла, «по суетности ума своего, будучи помрачены в разуме, отчуждены от жизни Божией, по причине (духовного) невежества и ожесточения сердца их» (Еф. 4: 17-18). «И сбывается над ними пророчество Исаии, которое говорит: слухом услышите — и не уразумеете, и глазами смотреть будете и не увидите, ибо огрубело сердце людей сих.» (Мф. 13: 14). Поэтому и наказанию Божию они подлежат не столько за само принятие личного кода, сколько за то, что слишком любят «мир сей», в котором, по определению Священного Писания, «похоть очес, похоть плоти и гордость житейская» и который весь «лежит во зле», и за то, что исполнены мирского мудрования, которое есть «вражда против Бога» (см.: Иак. 4: 4; 1 Ин. 2: 15; Рим. 8: 7). За то, что они «суть плоть» (Быт. 6: 3), как и современники праведного Ноя, осужденные Богом на погибель через потоп.

Разум плотских людей всегда в той или иной степени помрачен, прельщен, поэтому многие из них, в действительности, «не знают, что творят» (Лк. 23: 34). Сознательность принятия апокалиптических числовых имен нужно отличать от произвольности их принятия. Сознательность не является необходимым свойством этого духовного акта, но всегда принятие апокалиптических числовых имен является произвольным, то есть всегда присутствует изъявление личной воли человека, изъявление его согласия, хотя бы и вынужденного или несознательного. «Несознательность», на которую иногда ссылаются «защитники» личных кодов, определяется мерой произвольного самообольщения, является результатом греховного, глубоко укорененного в душе человека безразличия к истине.

Вот что говорил о «несознательности» старец Паисий Святогорец. Его однажды спросили: «А если, Геронда, кто-то примет печать по неведению?». «Скажи лучше, по равнодушию, — ответил старец. — Какое там неведение, когда все ясно до предела? Да если и не знает человек, ему должно поинтересоваться и узнать. Предположим, что мы не знали и поэтому приняли печать. Но тогда Христос скажет нам: «Лицемеры, различать лице неба вы умеете, а знамений времен не можете» (Мф. 16: 3). Приняв печать, пусть даже и по

неведению, человек теряет Божественную Благодать и принимает бесовское воздействие. Вон когда священник при Крещении погружает дитя во святую купель, оно, и не понимая того, принимает Святого Духа, и потом в нем обитает Божественная Благодать»200.

«Холод и голод испытают те, кто, считая себя православными, отнюдь не хотят воспринимать Дух, — сказано в книге «Духовные беседы и наставления старца Антония» (часть 2-я). — Даже если такие люди и исполняют обряды, они не напитываются благодатью. Это сосуды закрытые, закупоренные. Сколь ни пытайся залить в них живительную влагу, они останутся сухими, ибо они закрыты. И таких, увы, большинство. Так привлекательно это для человека: с одной стороны, следовать призывам диавольским, идти по зову развращенной грехом плоти своей, а с другой, надеяться Божеские плоды получать. Поэтому вероятность исповедничества, в последнее время всегда связанного с мученичеством, будет не просто смущать, но попросту отталкивать людей от последования Христу. Сотни тысяч кажущихся православными верующих откажутся от убеждений, от благодати, от Бога. Проверку… силы ада уже провели, присвоив всем номера. Насильно это делалось? Нет. Просто ставились условия: или принимаешь и продолжаешь зарабатывать, или уходишь. С молчаливого согласия, а то и прямого благословения духовенства вся страна превратилась в лагерь. Только там важно не имя, данное при Крещении, не фамилия, доставшаяся от предков, а присвоенный номер».

«Нередко бывает с иными, — учит преподобный Исаак Сирин, — что одна половина их пошла во след Господа, а другая половина осталась в мире, и сердце их не отрешилось от здешнего, но разделились они сами в себе» («Слова подвижнические», слово 21). «Два титанических влечения, соединенных в человеке, производят в нем сильное и постоянное раздвоение, стараясь увлечь его каждое в свою сторону, чтобы завладеть им. Две противоположные друг другу любви, обращенные к разным полюсам, являются движущей силой этих двух влечений: любовь к миру и любовь к Богу» (из

201

книги «Старец Иосиф Исихаст» ). Принятие звериных числовых имен обнаруживает, что любовь к миру сему оказалась в человеке сильнее его любви к Богу, заглушила ее.

200 Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 2. Духовное пробуждение. С. 197.

201 Монах Иосиф. Старец Иосиф Исихаст. С. 153-154.

«Не любите міра, ни того, что в міре, — призывает нас апостол Иоанн. — Кто любит мір (то есть земную жизнь с ее преуспеянием и наслаждениями), в том нет любви Отчей» (1 Ин. 2: 15), то есть Божией. Отец Серафим Платинский говорил: «Мы не умещаемся в прокрустово ложе современной жизни, а если ее мерки нам в самый раз, значит, мы не настоящие христиане.» Значит, мы мирские, а не Божии. В мире, по замечанию отца Серафима, ценится то, что для нас — ничто: «профессионализм», «практичность» — они убивают душу. У христиан иные ценности: простодушие и неотмирность.

Дух антихриста невидимо действует на обнаженных от Божественной благодати «христиан», но они не замечают того, что бывают покорными слугами власти диавола. Его внушения они принимают за свои мысли и мнения. И не бывает им «никакой пользы от Христа» (Гал. 5: 2). Если постятся они, то и при посте одолевают их страсти греховные. И когда молятся они, диавол уводит ум их от предстояния Богу. Поэтому молятся они обычно без внимания, без страха и благоговеинства, помышляя о вещах пустых, а нередко и срамных, и им более внимают, нежели молитвам, произносимым устами их. «Стоя на молитве, бывают совершенно окаменелыми, жестокосердными и омраченными. Пред священной трапезой Евхаристии остаются безчувственными и, даже причащаясь сего небесного дара, как бы простой хлеб вкушают» («Лествица», степень 18 «О нечувствии, то есть об омертвении души, и о смерти ума, предваряющей смерть тела»). И если милостыню подают они, пропадает она даром, ибо душа их остается исполненной мирского мудрования и пребывает в рабстве страстям. Потому и не получают они от Бога награды за милостыню в виде здравия и просвещения души.

Итак, цепочка получается следующая: служение страстям и «миру сему» о духовное помрачение о предательство. Эта духовная закономерность видна на примере Иуды. В тропаре Великого четверга сказано: «Егда славнии ученицы на умовении вечери просвещахуся, тогда Иуда злочестивый, сребролюбием недуговав (служение страстям), омрачашеся (помрачение), и беззаконным судиям Тебе, Праведнаго Судию, предает (предательство). ». Точно также сегодня, принимая антихристову глобализацию, предает Господа христианин, пребывающий во мраке страстей, не имеющий по этой причине Божественного просвещения.

«Отступление нового Израиля (христиан) от Спасителя к концу времен примет обширное развитие, — писал святитель Игнатий. — Как ветхий Израиль принес в жертву духовное достоинство, предложенное ему Искупителем, земному преимуществу и тщетным надеждам на преизобильное земное преуспеяние, так и новый Израиль (христиане), по свидетельству Священного Писания, отвергнет духовное достоинство свое, уже дарованное Искупителем, ради земного скорогибнущего преуспеяния, преуспеяния, предполагаемого лишь в льстивой мечте, и отре ется от Святого Духа своим падшим лжеименным разумом»202.

Тем верующим, которые недоумевают, почему они должны жертвовать своим материальным благополучием и создавать себе дополнительные «проблемы», когда «главное — иметь внутри себя любовь ко Христу и молиться Ему», можно ответить словами святителя Тихона Задонского: «Многие христиане желают быть со Христом Господем прославленным, но с Ним в безчестии и поношении быть и крест нести не хотят; молятся Ему во царствии Его быть, но в мире с Ним страдать не хотят, и тем показуют, что сердце их неправое есть, и Христа истинно не любят, и, как истину сказать, себе паче любят, нежели Христа. Сего ради глаголет Господь: иже не приимет

203

креста своего, и вслед Мене грядет, несть Мене достоин» . Образно говоря, такие христиане хотят быть участниками Тайной Вечери, а дальше, на Голгофу следовать за Христом не желают. Между тем, «паче всякой молитвы и жертвы драгоценны пред Господом скорби за Него и ради Него» (святой Исаак Сирин, слово 58).

«Кто хочет жить в мире сем, тот погубит себя для жизни истинной; а кто погубит себя здесь «Мене ради», тот обрящет себя там (Мф. 10: 39), т. е. обретет себя шествующий путем крестным.» (св. Исаак Сирин, слово 21). Священномученик Ипполит Римский писал: «Стесненность житейскими обстоятельствами и одержимость похотью века сего подтолкнет многих к принятию печати»204.

« Смотрите же за собою, — предупреждает нас Господь, -чтобы сердца ваши не отягчались объядением и пьянством и заботами житейскими, и чтобы день тот не постиг вас внезапно, ибо он, как сеть, найдет на всех живущих по всему лицу земному; итак бодрствуйте на всякое время и молитесь,

202 Цит. по: Сб. «Время беззаконий и конец земного мира». С. 55, 57.

203 Свт. Тихон Задонский. Творения. Изд. 5-е. М., 1889. Т. 5. С. 217.

204 Свт. Ипполит Римский. Творения. ТСЛ, 1997. Т. 2. С. 77.

да сподобитесь избежать всех сих будущих бедствий и предстать пред Сына Человеческого» (Лк. 21: 34-36).

«Будут глухи и слепы!» — такими словами завершил однажды свой пророческий рассказ о последних временах

205

старец Лаврентий Черниговский . Слепота ума и сопутствующее ей духовное нечувствие рождают самомнение и представление о своей многозначительности. И получается, что те, у которых ум помрачен неведением о вещах духовных и которые не хотят богодарованными способами взойти к такому ведению, почитают своими врагами всех тех, кто имеет духовную ясность. Как луч солнца, входя сквозь какое-либо отверстие в темный дом, бьет будто стрелою ту тьму и разгоняет ее, так и слова просвещенных христиан бывают как бы мечом обоюдоострым для сердца человека, пребывающего во мраке неведения, причиняют ему боль и муку, подвигают его на противоречие и ненависть.

Человек становится нетерпимым, его возмущают те, кто отказывается от апокалиптических начертаний, возмущают именно потому, что не дают его совести пребывать в самодовольном спокойствии. «Выходит, вы лучше меня!?» -вот типичная реакция такого человека на отказавшихся от кода. Этот человек не может выдержать и намека на то, что он ошибся. И потому он не хочет ни выслушать, ни самостоятельно разобраться в данной проблеме. Он выбрасывает ее из своего сознания. И чем больше вокруг доказательств правоты тех, кто не принимает начертание, чем больше он убеждается в своей роковой ошибке, тем больше ненавидит тех, кто этой ошибки не совершил. От него все больше отходит любовь. А вместе с любовью отходит и Бог, потому что Бог — есть Любовь.

Духовные люди замечают, что христиане, принявшие цифровые коды и вставшие на путь предательства, даже внешне меняются, становятся как бы темнее, безличнее. И наоборот, духовно бодрствующие христиане-исповедники, отказавшиеся от принятия числовых имен, имеют облик духовно живых людей.

Слепой почитает слепым того, кто видит. Безумный почитает безумным того, кто имеет ум Христов (то есть просвещающую благодать Божию). А того, кто не имеет

205 См.: Прп. Лаврентий Черниговский. Житие, поучения, пророчества и акафист. — Типография Почаевской Лавры, 2001.

благодатного просвещения, почитает здравомыслящим — только потому, что он обладает человеческим ведением и внешней мудростью. Но тому, кто чужд Божественной благодати, никак невозможно уразуметь вещей духовных, которые познаются только во свете Христовом. Таковые извращают и вкривь перетолковывают и Священное Писание, и святоотеческие творения.

Один из духоносных старцев последнего времени игумен Никон (Воробьев; f 1963) в своих комментариях на книгу архимандрита Софрония «Старец Силуан Афонский» о духовном просвещении и правильном разумении Священного Писания пишет следующее: «По мере роста внутреннего, «нового» человека, открывается и более глубокий скрытый смысл Писания. И как духовному росту человека поставлен идеал: «Будьте совершенны, якоже Отец ваш небесный совершен есть», — так и понимание слова Божия безпредельно углубляется. «Мы имеем ум Христов», — говорит апостол Павел, «подобны мне бывайте, якоже аз Христу» и под. При росте духовном открываются такие тайны через слово Божие и через внутреннее озарение («помазание», по ап. Иоанну; «звезда утренняя», по ап. Петру; «Дух Св. научит вас всему»), о которых ветхий человек не может ничего знать. Поэтому богословы академические, не пришедшие от ветхости своей в состояние обновления, пробавляются «молоком» (Евр. 5: 13) слова Божия, переливая его в разные формы. Потому и протестанты никогда не войдут в глубину познания слова Божия, что толкуют его своим падшим разумом. Обновляется же христианин (и только христианин) исполнением заповедей Божиих, всех заповедей (а не по выбору), и покаянием, постоянным, глубоким, приводящим к смирению»206.

Что означают выражения «ветхий человек» и «новый человек», употребляемые Священным Писанием? Апостол Павел призывает христиан «отложить прежний образ жизни ветхого человека, истлевающего в обольстительных похотях», «обновиться духом ума» и «облечься в нового человека, созданного по Богу, в праведности и святости истины» (Еф. 4: 22-24), «который обновляется в познании по образу Создавшего его» (Кол. 3: 10). Отсюда становится понятным, что «новый человек» — это человек, живущий как богоподобная духовная личность, а «ветхий человек» — это духовно мертвый, звероподобный человек, «отчужденный от жизни Божией» (Еф. 4:18).

206 Комментарии игумена Никона — В кн.: Преподобный Силуан Афонский. С.

238.

По слову преподобного Исаака Сирина, ключом к правильному уразумению Священного Писания является молитва. Только Сам Господь может «открыть ум к уразумению писаний» (Лк. 24, 45). Но иные современные «богословы-профессионалы», имея высокое о себе мнение и почитая себя многознающими, наверное, и ангела, если б он сошел к ним и показал их неправоту, прогнали бы. Не имея «вкуса истинного православия» (по выражению о. Серафима Платинского), не изменившись всецело деянием и разумом, -как не стыдятся таковые ставить себя в число истинных христиан? Как некоторые от таковых со своей небогобоязненностью и небрежением о духовных вещах, как будто малых и ничтожных, осмеливаются восходить на степени диаконства, иерейства и епископства и учить других?

Видимо, именно таких, ненастоящих, пустых от благодати христиан назвал апостол Павел «погибающими», когда предсказывал о том, что пришествие антихриста будет «со всяким неправедным обольщением погибающих, за то, что они не приняли любви истины для своего спасения» (2 Сол. 2: 10). Из этих апостольских слов видно, что как ни велики и ни разнообразны будут усилия и приемы антихриста для прельщения людей, однако успех он будет иметь только в кругу «погибающих», то есть тех, которые одного с ним духа, которые отчуждены от Бога настроением и состоянием своего сердца, которые исполнены не благодатью Христовой и любовью к Нему, а духом мира сего и люблением его благ и наслаждений. У них будет предрасположение к этому обольщению. Само их обольщение покажет, то устроение их неправильное. Иными словами, по отношению еловека к «проблеме личных кодов» можно определить, настоящий он христианин или нет.

Вот почему в посмертных пророческих вещаниях преподобного Нила Мироточивого Афонского сказано, что кто явит терпение и не запечатлеется печатью антихриста, «тот спасется и Бог непременно примет его в рай, ради одного

207

того, то он не принял пе ати» . Понятно, что спасутся отказавшиеся от печати не потому, что этого отказа самого по себе достаточно для спасения, а потому, что отказываться от печати будут как раз те христиане, которые больше любят Бога, нежели мир сей и себя в нем. Отказ от печати только обнаружит их верное духовное устроение. Кроме того, отказ от печати есть

207 Цит. по: Сб. «Время беззаконий и конец земного мира». С. 113.

подвиг мученичества, ибо «страдания за правду причисляются к

208

мученичеству» (святитель Игнатий) . И напротив: принятие печати другими христианами обнаружит, что их религиозно-нравственный строй неправильный.

Старец Паисий так поясняет, почему Святой Кирилл Иерусалимский говорит, что мученики последних времен будут «паче всех мученик»: «. раньше было много богатырей духа. А в нашу эпоху не хватает живых примеров… В наше время умножились слова и книги, но умалились жизненные опыты. Конечно, благий Бог примет во внимание особенности нашей эпохи. И если мы предпримем хотя бы малый подвиг, то увенчаемся больше, чем христиане древней эпохи» («С болью и любовью о современном человеке»).

Отказ от печати или принятие ее выявляют внутренний нравственный выбор человека. Что он выбирает, чему отдает предпочтение: небесному или земному? Вспомним, какие слова сказал старец Лаврентий Черниговский женщине, исполнившейся страха, когда она узнала от него о том, что доживет до времени антихриста. «А ты выбирай, — ответствовал ей старец, — земное или небесное»209.

«Настанет некогда время, — предсказывал преподобный Антоний Великий, — и человеки вознедугуют. Увидев неподверженного общей болезни, восстанут на него, говоря: ты по преимуществу находишься в недуге, потому что не подобен нам». Святитель Игнатий (Брянчанинов) в составленном им «Отечнике» снабдил эти слова святого Антония следующим примечанием: «Здесь весьма не лишним будет заметить, что этому одному надо очень остеречься помыслов ложного смиренномудрия, которые не преминут быть предъявлены ему демонами и человеками — орудиями демонов. Обыкновенно в таких случаях плотское мудрование возражает: неужели ты один — прав, а все или большая часть людей ошибаются! Возражение — не имеющее никакого значения! Всегда немногие, весьма немногие шествовали по узкому пути; в последние дни мира этот путь до крайности опустеет»210.

Лицемерные христиане-предатели именуются в Священном Писании «лжебратиями» (см.: 2 Кор. 11: 26; Гал. 2: 4). Таким лжебратом может оказаться сегодня всякий христианин (кто бы он ни был — мирянин, монах, священник или архиерей),

208 Святитель Игнатий (Брянчанинов). Собрание писем. М., 2002. С. 809.

209 См.: Прп. Лаврентий Черниговский. Житие, поучения, пророчества и акафист.

210 Отечник… С. 10-11.

соглашающийся с системой зверя и не оказывающий ей никакого духовного сопротивления. Принятием этой антихристовой системы он ставит себя на одну (левую) сторону с врагами Церкви и дает свое согласие в том числе и на то, что эта система будет использована для гонений на истинных и нелицемерных христиан.

Сегодня мы видим, что христиан, выступающих против антихристовой глобализации и «начертания зверя», свои же, «христиане» называют раскольниками, провокаторами, невежественными маргиналами, психически нездоровыми людьми   или   даже   экстремистами,   врагами   Церкви и

211

государства, «православными ваххабитами» . Да еще и натравливают на них государственную власть. Это есть не что иное, как исполнение слов Спасителя о том, что в предконечные времена «соблазнятся многие, и друг друга будут предавать, и возненавидят друг друга» (Мф. 24: 10). И как тут не вспомнить известное предсказание святителя Игнатия (Брянчанинова) о том, что «противники антихриста сочтутся возмутителями, врагами общественного блага и порядка, подвергнутся открытому и прикрытому преследованию». Но лучше « страдати с людьми Божиими, нежели имети временную греха сладость» (Евр. 11: 25); поношение Христово мы почитаем большим для себя богатством, нежели «египетские сокровища», ибо мы взираем на воздаяние (ср. Евр. 11: 26).

Итак, нет ничего удивительного в том, что сегодня многие из тех, которые только причисляют себя к христианам, но не являются таковыми на деле, оправдывают принятие числовых имен и другие антихристианские действия и устраивают гонения на истинных христиан.

«Предатель «последнего времени» — это предатель и семени своего, готовый все пожрать и уничтожить ради мгновения земной жизни, не хотящий прийти в разум и понять, что предает он прежде всего себя самого, предает не в руки земных деспотов, но на вечные мучения в преисподнюю» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я).

«Не дивитесь, братия мои, если мір ненавидит вас», -утешает нас возлюбленный ученик Христов (1 Ин. 3: 13). «Дети! — говорит он истинным христианам, — вы от Бога, и победили их; ибо Тот, Кто в вас, больше того, кто в міре. Они от міра, потому и говорят по-мірски, и мір слушает их. Мы от Бога: знающий Бога слушает нас; кто не от Бога, тот не

211 См., напр.: Кураев А., диакон. Основы православной культуры как лекарство от экстремизма: Очень личные размышления. М., 2003. С.30.

слушает нас. По сему-то узнаем духа истины и духа заблуждения» (1 Ин. 4: 4-6). И в другом месте: «Дети! последнее время. И как вы слышали, что придет антихрист, и теперь появилось много антихристов: то мы и познаем из того, что последнее время. Они вышли от нас, но не были наши: ибо если бы были наши, то остались бы с нами; но они вышли, и через то открылось, что не все наши. Впрочем, вы имеете помазание от Святаго и знаете все. Я написал вам не потому, чтобы вы не знали истины, но потому, что вы знаете ее, равно как и то, что всякая ложь не от истины» (1 Ин. 2:

18-21).

Числовое имя не только выражает идею безликого множества, но также означает принадлежность, подключенность нумеруемого объекта к системе, в данном случае — идентифицируемого человека к создающейся для управления человечеством глобальной безчеловечной кибер-системе. Принимая числовое имя, человек сам просит себя включить в систему глобального «нового мирового порядка»,

212

превратить в пронумерованный элемент «Сети» .

Построение глобального сетевого информационного общества, где законы управления кибернетическими системами переносятся на человеческий социум, идет сегодня полным ходом. Причем во всех странах построение киберсоциума идет одновременно и по единому сценарию.

Слово Божие признает достойными наказания не только творящих зло, но и соизволяющих им (см. Рим. 1: 32). Сегодняшнее наше согласие с первыми элементами будущей антихристовой диктатуры означает принятие (более того — соучастие в построении!) самого зверь-царства, когда люди будут превращаться в обезличенную, кибернизированную биомассу, в «гибриды электронного интеллекта и наших душ» (по выражению одного из ведущих разработчиков чипа «Цифровой ангел» доктора Петера Жоу213), в управляемых биороботов с вживленными микрочипами -подкожными носителями тех же самых цифровых имен.

Это соучастие и есть то, что Апокалипсис называет поклонением зверю. Это есть принятие религии поклонения бездушной «Сети» и сопутствующего ей звериного культа греха и порока. «И дивилась вся земля, следя за зверем, и поклонились дракону (т. е. сатане. — Авт.), который дал власть зверю, и

212 См.: Манягин В. От подобия Божьего к «узлу Сети». Человек в условиях Нового Мирового Порядка // «Первый и Последний». 2003, № 3 (19).

213 World Net Daily, 20.03.2000 г.

поклонились зверю, говоря: кто подобен зверю сему?» (Откр. 13: 3-4). «Люди поклоняются зверю (из моря. — Авт.), — писал протоиерей Сергий Булгаков, — то есть смиряются перед тоталитарными притязаниями государства и их для себя принимают в качестве руководящих жизненных начал, примиряясь с объязычением жизни, все живущие на земле, которых имена не написаны в книге жизни у Агнца, закланного

214

прежде создания мира» .

«Прозрачный мир, где пронумерованные люди-рабы живут по формуле «что естественно, то не постыдно», где господствуют плотские животные страсти, где царит культ вещей и наживы, есть не что иное, как АНТИМИР, готовый по

215

духу своему принять антихриста» . В этом антимире о таком понятии, как духовность, и даже просто о ценностях, превышающих биологически обусловленные, предлагается забыть.

Характерно, что известная статья «Общество счастливых рабов» («Огонек», № 48, 2000 г.), которую в некоторой степени можно считать манифестом «нового общества», построенного на тотальной системе цифровой идентификации личности, заканчивается следующей характеристикой будущего общественного устроения: «абсолютно прозрачное общество, состоящее из несовершенных людей с их животными желаниями».

С принятием сегодняшней кодификации принимается иной строй жизни и иная ее цель, заключающаяся в построении апокалиптической системы царства зверя. Или почему, например, наиболее ревностные христиане отказываются сегодня от принятия нового паспорта гражданина РФ? Дело в том, что этот паспорт неразрывно связан с глобализацией, является ее элементом. Поэтому его принятием (самим этим действием) человек как бы выражает свое согласие с системой антихриста, в какой-то степени приобщаясь духу апостасии и «тайне беззакония». Он тогда некоторым образом участвует в этой системе, а участвовать — значит вкладывать часть себя. А о том, что новый паспорт — непосредственное порождение глобализации, свидетельствуют его соответствие международным стандартам для машиносчитываемых удостоверений личности, присутствие графы «личный код» и отсутствие     граф     о     религиозной     и национальной

214 Прот. С. Булгаков. Апокалипсис Иоанна: Опыт догматического истолкования.

2С15. 49.

215 Филимонов В. П. Но избави нас от лукавого. С. 60.

принадлежности. Кроме того, как было замечено православными христианами, на страницах нового паспорта присутствует изображение апокалиптического числа 666.

«Приняв печать антихриста, человечество сотрет все границы нравственности» («Духовные беседы и наставления старца Антония», часть 1-я). А без нравственности человек становится зверем.

«Когда антихрист будет налагать печать свою на людей, -сказано у преподобного Нила Мироточивого, — сердца их будут делаться как бы мертвыми». Если мы соглашаемся с системой зверя (о чем свидетельствует наша включенность в нее), то это означает, что нет в нас любви, в сердце — холод и равнодушие к ближним. В своем сердце мы тогда их убиваем, несмотря на то, то языком мы можем говорить, что главное — иметь в сердце Христа. Но если человек, по выражению апостола Иоанна, «затворяет сердце свое» от ближних, «как пребывает в том любовь Божия?» (1 Ин. 3: 17). Христос пребывает только в любящем сердце, в котором есть боль о ближних, болезнование и сострадание.

От причисляющих себя к христианам часто можно было услышать: «А что со мной случится, если я приму номер? Разве моей душе это может как-то повредить?» Уже в самой такой постановке вопроса заключается духовная ошибка. Мы не должны эгоистично думать только о себе. Ведь речь идет о спасении огромного множества человеческих душ для жизни вечной! Вот почему духовный смысл происходящих ныне событий, открывается только тем, кто переживает о мире, кто увствует его трагедию, как чувствовали ее, например, афонские старцы Силуан и Паисий. Последний, как известно, так подписывал свои послания о «знамениях времен»: «Со многой болью и любовью Христовой». «Духовный человек -весь сплошная боль, — сказал старец Паисий Святогорец, — ему больно за то, что происходит, ему больно за людей».

Истинная любовь к ближним всегда соединена с великим увством ответственности за них. Если же у нас такого чувства нет, это говорит о том, что живем мы не как богоподобные личности (ибо чувство ответственности есть непременное свойство личности), а как «темные и глухонемые чудовища» (по выражению А. Ф. Лосева), то есть как звери.

Преподобный Иустин (Попович) в книге «Достоевский как пророк и апостол православного реализма» пишет: «В своем пророческом видении Достоевский видит всех людей всех времен судьбами связанных между собой. Таинственным, но очень реальным образом все люди — в каждом человеке и каждый человек — во всех людях. Отсюда ответственность каждого еловека за всех и все на земле. Достоевский учит: «Каждый из нас, несомненно, в ответе за всех и за вся на земле. Это сознание есть венец жизни каждого человека на земле». Человек является настоящим человеком тогда, когда чужие грехи воспринимает как свои и кается в них». «Путь спасения один, — благовествует Достоевский, — возьми и сделай себя ответственным за все человеческие грехи. Это и в самом деле так, ибо как только ты себя искренне сделаешь ответственным за всех и вся, тотчас же увидишь, что так и есть в самом деле и что ты и являешься ответственным за всех и

вся»216.

«Большая ошибка, которую мы часто совершаем, заключается в том, что мы забываем об этой двойной заповеди любви (к Богу и к ближнему) которая является всемирной и тем самым отделяем нашу личную ответственность от общественной ответственности, которая должна стать всемирной. Мы должны дойти до осознания личной ответственности как общественной и всемирной ответственности, и наоборот. Личная ответственность неизбежно влечет за собой безпокойство о всяком справедливом вмешательстве в дела общества. А безразличие к ним, которое порождает социальную безответственность, отнюдь не составляет личную ответственность.

Христианин видит себя в первую очередь ответственным за то, то происходит вокруг него. Он не осуждает других и не смотрит на них как на ответственных за зло в обществе. Тем более он не считает ответственной за зло безличную социальную систему, потому что ее достоинство или недостоинство зависит от человека. Он и не остается безразли ным к тому, то происходит в мире, не перекладывая ответственность на людей или на систему. Мы должны признать здесь, что

безразличие христиан, будь то от незнания, будь то от безпомощности, будь то от дефицита открытости, вносит свой вклад в увеличение зла в мире.

Мир есть наше обширное тело. Его проблемы — это и наши собственные проблемы. Нужды его — наши собственные нужды. Поэтому и интерес к миру есть интерес и к самим себе. Если мы по-несториански будем отделять себя от мира и по-монофизитски смотреть на Церковь как на духовное только сообщество, которому

216 Цит. по: Пасхальная память. Воспоминания об иеромонахе Владимире (Шикине). С. 120.

нет дела до проблем повседневной жизни, то мы станем на деле еретиками. Православная Церковь всегда была связана с повседневной жизнью.

Святитель Иоанн Златоуст отмечает, что достаточно одного человека, ревностного к Богу, чтобы исправить целый город («Беседа о статуях»). А если сегодня города не исправляются, а нравственно распадаются, хотя в них много христиан, то это характеризует их деятельность. Если двенадцать человек, говорит опять же святитель Иоанн Златоуст, заквасили всю вселенную, подумай, сколь велика наша собственная злоба, если мы не можем исправить остальных людей, когда нас, христиан, столько, что мы могли бы стать закваской для десятков тысяч обществ («Беседа на Матфея»).

На вопрос, то можно противопоставить нравственному хаосу нашей эпохи, ответ один: действительную человеческую личность. Ли ность, которая действует как закваска и заквашивает огромный объем теста. Невозможно, чтобы действительная личность не действовала как закваска в своей среде. Когда личность, как и тесто, которое она заквасила, дышит истиной и благородством, то она действует в мире как созидательная сила. Может ли мир измениться безповоротно, и до какой степени, это другой вопрос. Но не следует забывать, что все перемены в мире к лучшему не решаются большинством, но меньшинством. Если удается создать живое меньшинство подлинно христианское по духу, тогда в мире не может не состояться определенная перемена. И это так и происходит, ибо дух христианства, а еще точнее, дух православного христианства и Православной Церкви, предлагает человеку то, что он так старательно пытается найти и предлагает в полной и совершенной форме» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Основа любви — признание и принятие других личностей; ибо любовь и есть общение личностей. Не будем лукавить: если мы соглашаемся сегодня с электронной нумерацией, а зна ит, с обезли иванием и оскотиниванием ближних, — то не имеем в себе любви Христовой. Если действия богоборческих сил по обезличиванию людей, доведению их до состояния духовного озверения и уничтожению в них самой человеческой природы, если духовная и физическая гибель (точнее, убийство) миллионов и миллиардов людей не вызывают у нас адекватных человеческих чувств, значит — мы уже при жизни духовные мертвецы. Божий закон непреложен: « то говорит: я люблю Бога, а брата своего ненавидит, тот лжец; ибо не любящий брата своего, которого видит, как может любить Бога,   оторого не видит?» (1 Ин. 4: 20).

«Не о себе только каждый заботься, — заповедует христианам апостол Павел, — но каждый и о других» (Флп. 2: 4). А   если   мы   видим,   что   наши   ближние подвергаются

душепагубному и обезличивающему воздействию системы «нового мирового порядка», и говорим при этом: «А мне какая забота? Меня интересует спасение только моей души», то разве сами эти наши слова не обнаруживают наше безчеловечие, нашу крайнюю отчужденность от ближних и сатанинское жестокосердие!

Ведь наше согласие с такой жизнью, где наш ближний будет идентифицироваться номером, говорит о том, то смотрим мы на мир глазами диавола, то есть холодно, отчужденно, «со стороны», «по-звериному», не признавая в ближних ли ности, воспринимая их как бездушные предметы. Но ерез это и мы утра иваем свою ли ность! Вспомним завет святителя Игнатия (Брянчанинова): «Измени взор на ближнего». В этих словах — призыв смотреть на мир глазами Божиими, а не глазами сатаны.

«Если посредством приманки потребительскими благами и вещами мы согласимся с делами антихриста, — пишет греческий монах Герасим Беке, — тогда мы становимся его сообщниками в поругании образа Божия, а также и Самого Бога. Если мы окажем сопротивление и в ответ скажем одно большое «НЕТ» или «ОТКАЗЫВАЕМСЯ», тогда мы становимся при астными му еникам Христовым, современными му ениками совести, спасая уникальное достояние образа Божия — еловека».

Итак, отказ от числовых имен, от участия в обезличивающей системе антихриста и противодействие этой системе — это проявление и свидетельство любви к Богу и ближним и отвержение любви к «миру сему», а принятие антихристовой системы, согласие с нею, оправдание ее, нежелание ей противостоять — это проявление и свидетельство любви к «миру сему» и отвержение любви к Богу и ближним.

Вот по ему многие христиане сегодня поднялись на борьбу с обезличивающей антихристовой системой. К этому их подвигает любовь…

Мертвящий и безчеловечный дух электронной системы, которая обращается с людьми как с числами, как с консервными банками, которым присвоены такие же номера, -этот дух создает царство зверя, царство звериности — темницу с прочнейшими оковами, накрепко связывающими малейшие свободные проявления человеческой личности. Стержень и основной инструмент создания этой системы — личный идентификационный код, унижающий и обезличивающий человека. Именно посредством личного кода каждый житель

Земли предполагается быть включенным в единую всемирную информационную электронно-контролирующую систему -«Сеть». Создание «сетевого общества» полностью противоре ит замыслу Божию о мире и еловеке и представляет собой разрушение богоустановленного порядка во Вселенной и образа и подобия Божия в еловеке.

Внедрение электронной системы контроля в жизнь человечества упраздняет личность, преобразуя человека в число. Человеческий фактор сводится к нулю, поскольку система узнает только числа и данные. Все общественное бытие личности будет тогда сводиться к обмену информацией с бездушной системой через ключ доступа. Перестройка общества в «Сеть» приведет к тому, что меж елове еские связи будут трансформированы в телекоммуникации, люди будут предельно разобщены и превращены в безликие «сетевые узлы», а управление обществом будет автоматизировано и передано электронной, контролирующей все социальные процессы системе.

«Связи людей между собой будут осуществляться, в первую очередь, посредством машин. Понятия любви, снисходительности, прощения, человечности, стояния за истину ради Бога полностью заменяются вычислениями, клавишами, экранами, цифрами» (монах Герасим Беке. «Еще один туманный путь» // Сборник «Истинная информация об электронных удостоверениях и Шенгенском Соглашении». Фессалоники, 1997)217.

И. Я. Медведева и Т. Л. Шишова в статье «Духовный смысл тотального контроля» пишут о связи электронного наблюдения и контроля с ростом отчужденности в людях: «…А теперь представьте, что происходит с психикой человека, который, боясь потерять высокооплачиваемую работу, соглашается на такое наблюдение, перешагивает через свой стыд. Что он должен внушить себе, какую психологическую операцию над собой произвести? Легко просматриваются два варианта. Либо надо перестать с итать еловеком себя, либо наблюдателей. Исход одинаково плачевен, ибо в обоих случаях сопряжен с серьезными нарушениями психики. В первом случае рано или поздно произойдет впадение в депрессию. Во втором разовьется истерическая демонстративность («Пусть смотрят, мне плевать!»). А может быть и третий вариант — аутизация, когда человек, зализывая травму попранного стыда, экранируется, отгораживается от мира («никого не вижу, никого не слышу»).

217 Цит. по: Православная Церковь о номерах, электронных паспортах и новом мировом порядке. М.: Изд-во «Библиотека «Сербского Креста», 2003. С. 14.

Реакции разные, а суммарный итог, по существу, один: в людях развивается бес увственность и, соответственно, в отношениях между ними возникает разобщенность. Депрессивная мать может быть безразличной даже к голодному грудному ребенку, с которым обычно она связана теснейшей пуповинной связью. Младенец порой надрывается от крика, а в матери это вызывает лишь чувство усталого раздражения.

Истеричные люди, несмотря на свои бурные проявления, глубинно очень холодны к окружающим. Классическое сравнение, приводимое на лекциях по психиатрии — истерик напоминает бифштекс: снаружи раскаленный, а внутри холодный. От такого не стоит ждать подлинного сочувствия и серьезной поддержки. Значит, провоцирование в гражданах истери еской демонстративности тоже усугубляет атомизацию общества. «Autus» по-латыни «сам». Человек с аутисти ескими ертами вообще мало реагирует на окружающих людей. Он замкнут в себе. И это не признак твор еской активности или духовной сосредоточенности, а тяжелая патология. Сейчас в странах, которые принято называть цивилизованными (следовательно, они наиболее вовле ены в глобалистский проект), наблюдается заметный рост аутизма. Выходит, что чем более открытое общество, тем больше в нем людей с запертой на замок душой!.. Вроде бы парадокс: миллионы людей совместно слушают, читают, смотрят про вагиниты и импотенцию, желудочные расстройства, прыщи и волосатые ноги. Никаких интимных тайн не осталось, норки нараспашку, как выражался популярный американский писатель Курт Воннегут… Отчего же душа не нараспашку, а напротив, растет всеобщая от ужденность, которую можно принять и за стертую форму аутизма? Похоже, ем больше люди узнают друг о друге того, то положено скрывать, тем они на большую дистанцию невольно отдаляются»218.

Человек существует как ли ность только тогда, когда он — свободное существо. Святейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II в своем Послании от 19 февраля / 4 марта 2001 г. отметил необходимость «сохранения богоданной свободы ли ности», указав что «технологическое развитие может дать злонамеренным силам в стране и мире слишком много возможностей для контроля над жизнью еловека». «Тоталитарный контроль над личностью, — пишет греческий архимандрит Эммануил (Калива), — имеет свое нравственное продолжение. Он превращает творение Божие, одаренное свободой, созданное «по образу и по подобию», в нечто противоположное — в несвободного робота, зависящего от решений и власти «Центра». Всесторонняя регистрация создает возможность политического, экономического, религиозного,

218 И.   . Медведева, Т. Л. Шишова. Духовный смысл тотального контроля // «Первый и Последний». 2005, № 3. См. также: И. Я. Медведева, Т. Л. Шишова. Оргия гуманизма. Жизненные ценности и глобализация». М., 2005.

нравственного, биологического, психосоматического воздействия на личность, ее блокады и, вообще, уничтожения как таковой»219.

ВОЗЗВАНИЕ К УВАЖАЕМЫМ ИЕРАРХАМ И К ПРЕДСТАВИТЕЛЯМ ПРОЧЕЙ ДУХОВНОЙ И ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ НАШЕЙ СТРАНЫ Человек существует как ли ность только тогда, когда свободен. Даже «приобщение» к Богу или «от уждение» от Бога зависит от свободного выбора человека.

Когда предпринимается реальное уни тожение понятия « елове еская ли ность» (что происходит в результате подписания Шенгенского Соглашения), этот вопрос становится все актуальнее для духовной и богословской сфер жизни человека. А, следовательно, Церковь должна до последней капли крови защищать сущность своей проповеди, то есть обезпечивать возможность уподобления Богу верующим! Потому что Церковь, будучи «телом» и не выполняя своего долга, отрекается от Христа — «Головы».

Этот вопрос, конечно, касается не только духовенства, поэтому должны бороться даже те, кто отрицает Богоподобную сущность еловека, но говорят, что уважают человеческие права и свободу личности.

С глубоким уважением и сыновней любовью к Матери-Церкви, ничтожнейший из иеромонахов Христодул Святогорец220.

Итак, полу ается следующая цепо ка: охлаждение любви о отчужденность о утрата личности (озверение) о потеря имени. Значит, недаром апостол любви Иоанн Богослов избрал (точнее, Сам Господь открыл ему) этот образ — «зверь».

«Новый мировой порядок» и Талмуд

Кому же (кроме, естественно, сатаны и других падших духов) и для чего понадобилась эта не видящая и не слышащая очевидного, пустоглазая, легковесно хихикающая, жующая жвачку управляемая масса обезличенных, да еще и пронумерованных, как скот, людей? Кто они, эти «злонамеренные силы»? Чтобы ответить на этот вопрос, нам необходимо, выяснить, какая идеология лежит в основании

219 Цит. по: Православная Церковь о номерах, электронных паспортах и новом мировом порядке. С. 13.

220 Сборник: Иером. Христодул Святогорец. «На закате свободы». Святой монастырь Большие Метеоры. «Фальсификация учения о начертании антихриста». С. 184.

происходящего на наших глазах процесса обезли ивания и рас елове ивания.

Прежде всего нужно сказать, что обезличивающее действие свойственно не только псевдорелигиозным, но и всем вообще антихристианским идеологиям и учениям — философским, политическим, социальным, психологическим. По мысли преподобного Иустина (Поповича), все учения можно разделить на два вида: учения от Христа и учения от антихриста, то есть противохристианские учения221. Другими словами, все учения делятся на те, которые созидают богоподобную личность в человеке, и те, которые ее разрушают. Последние есть не что иное, как черный апокалиптический «дым из кладязя бездны» (см. Откр. 9: 2).

Многие из обезличивающих учений и мировоззренческих систем или изобретены сиономасонством, или взяты им на вооружение. К их числу следует отнести, например, дарвинизм (согласно которому человек произошел от обезьяны и не имеет другой цели, кроме как только выжить), мальтузианство (проповедующее отношение к людям как к поголовью скота, численность которого необходимо регулировать, не допуская существования «лишнего населения») и марксизм. Безбожное

222

мировоззрение марксизма, измышленное жидомасонами , навязало людям мысль об исключительной материальности человеческой природы, отождествляя человека с его телом и приравнивая его к животным.

Марксизм резко понизил представление человека о самом себе. Согласно учению Маркса, преобладающие интересы человека лежат в экономической сфере. Человек производит предметы для своих нужд, вступая с этой целью в определенные отношения с другими людьми. Это основа общества, которую Маркс называет базисом. Супружество, любовь, дружба, искусство, науки, религия, философия — все, не имеющее отношения к потребностям желудка, объявляется надстройкой и, в конечном счете, определяется состоянием желудка. Не удивительно, что Маркс был сильно обрадован книгой Дарвина, которая была, по его мнению, еще одним ударом, заставляющим человека забыть о своем Божественном происхождении и высшем предназначении.

221 Прп. Иустин (Попович). Церковь воинствующая. СПб., 1997.

222 По этому вопросу см., напр.: Боголюбов Н. Тайные общества ХХ века. Изд. 2-е. СПб., 1997. С. 33-34; Истоки зла (тайна коммунизма). М., 2000; Маркс // Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 1.

Учитель Маркса и Энгельса еврей Моисей Гесс писал после одной из встреч с Энгельсом в Кельне: «Он оставил меня, став ревностным коммунистом. Так я сею опустошение». Маркс с поистине сатанинской ненавистью к Богу и человеку писал: «С презрением бросаю я перчатку в лицо миру и наблюдаю, как кончается этот карликовый великан, но даже его падение не утишит моей ненависти. Подобно Богу буду я бродить по обломкам мира, и, дав моим словам действительную силу, я почувствую, что равен Творцу». Предпосылки, необходимые для разрушения еловека (карликового великана), перечисляются Марксом в Коммунистическом манифесте: «Есть некие вечные истины, такие как свобода, справедливость и т. д. Коммунизм же отменяет вечные истины, он отменяет религию, мораль (а не пытается заново переделать ее), коммунизм противоречит всем формам предшествующего развития… коммунизм радикально порывает со всеми предшествующими идеями».

Маркс говорил о том, что «коммунизм начинается прямо с атеизма», и о «превращении вещи-в-себе в вещь-для-нас». «Рабочий класс» Маркс призывал к «вечной борьбе». В 1871 году Маркс приветствует парижских коммунистов, провозгласивших «Наш враг — Бог. Ненависть к Богу — начало премудрости». Согласно Марксу, управлять свободно можно лишь человеком, который не мыслит самостоятельно. Этот управляемый человек автоматически является человеком без «вечных истин»: без «свободы», без «справедливости», без «религии», без «морали».

« надсмеялся над небом, — говорил сатанист Маркс, — я это точно знаю. Моя душа, когда-то принадлежавшая Богу, теперь

223

принадлежит аду. Да вечность — это наше вечное мучение» . Маркс ненавидел Бога и вечного Его «собеседника» — человека. Эта ненависть и чувство мести и толкнули Маркса на создание антитеистической философии, в которой истина подменена диалектикой, а существование Бога отрицается с материалистических позиций. Программа Маркса направлена на уничтожение мыслящего и сознающего человека через создание государства всеобщего благосостояния (по Марксу: нет нужды — нет мысли), через абсолютизацию государства. Поскольку ясно, что существо, у которого отняли дух и истину, то есть существо, состоящее лишь из тела, чувства и чувственности, находится на уровне животного и не может

223 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1268-1269.

иметь личностного общения с человеком и Богом, Маркс и вознамерился отменить Дух и Истину. Христос же утверждает обратное: «Бог есть Дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4: 24).

Сатана не смог одолеть Бога, поэтому он обезценил человека. Человек, образ Божий и царь природы, был низведен сатанистом Марксом и Дарвином до положения раба желудка и потомка животного. Позднее Фрейд продолжил этот труд двух сатанинских гигантов, сведя человека, в основном, к половому влечению и инстинкту агрессивности. Неслучайно в программе Коммунистической партии США было записано следующее: «Развращайте молодежь, освобождайте ее от влияния религии, будите    в   ней   интерес   к   сексу.    Пусть    она будет

224

поверхностной» .

Ницше, этот современник Маркса, писал: «Социализм — это

225

мораль стада, проведенная до конца» . «Купно с жидами управляя всеми социалистическими движениями, — писал в 1906 году А. С. Шмаков в книге «Свобода и евреи», — масоны пользуются этим страшным оружием, как средством никогда раньше невиданной тирании, как путем для приведения современного общества в скотское состояние»226.

Ленин, находясь в Финляндии, писал: «За нами верная

227

победа, ибо народ уже близок к отчаянию и озверению»227. Бухарин, соратник Ленина, заявлял: «Не только любовь к Богу, но и любовь к ближнему — опаснейший враг коммунизма. Нужно уничтожить христианскую любовь к ближнему, как наиопаснейшего нашего врага, это — средство к завоеванию

228

мира» .

Другой человеконенавистник, еврей Лев (Лейба) Троцкий (Бронштейн), второй человек в большевистском правительстве, прямо заявлял: «. Мы прольем такие потоки крови, перед которыми содрогнутся и побледнеют все человеческие потери капиталистических войн. Крупнейшие (еврейские. — Авт.) банкиры из-за океана будут работать в теснейшем контакте с нами. Если мы выиграем революцию, раздавим Россию, то на обломках ее укрепим власть сионизма и станем такой силой, перед которой весь мир опустится на колени.   Путем террора,

224 Там же. С. 1269.

225 Там же. С. 1268.

226 Цит. по: Игум. Феодосий (Кульчицкий). Кто мастера вкусной приправы? Кто они? Прочтешь — прозришь, не прочтешь — рабство. М., 1996. С. 29.

227 Анненков Ю. Дневник моих встреч. Цит. по: Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. С. 259.

228 Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1269.

кровавых бань мы доведем русскую интеллигенцию до полного отупения, до идиотизма, до скотского состояния»229. Создавая так называемые трудовые армии, Троцкий писал: «Трудолюбие вовсе не прирожденная черта: оно создается экономическим давлением и общественным воспитанием. Можно сказать, что

230

человек есть довольно ленивое животное» .

Приведем здесь несколько цитат из книги великого русского ученого, академика Ф.   . Шипунова «Истина Великой России»:

«. И тут нужны были идеи не о том, как превратить государство в единый концлагерь для изоляции и уничтожения «врагов народа» (то было уже осуществлено!), а о том, как сделать из него вместилище ада -изощренной мести самой благородной, благочестивой, кротчайшей, мирнейшей личности скопищами завистливых, подлых существ. И такие идеи были подняты из дьявольского нежитья, из преисподней. Заранее было определено главное: дело теперь шло с необычным «классовым врагом», а особенно определявшим судьбу революции, — «крестьянским», не ликвидировав который можно покатиться назад — к «эксплуататорскому капиталистическому строю». Для исполнения этих целей в недрах ленинско-троцкистского ГУЛАГа ответвился гигантский, зловещий ГУИТЛАГ — Государственное Управление Исправительно-Трудовых Лагерей. Ни в одной стране мира такое чудовище не вершилось государством. Да ведь и задумка была небывалая: разорвать в клочья, затоптать в грязь, смыть ядовитой жидкостью, чтоб следов не осталось, великое народное тело, распластанное почти планетно и несшее в себе Творческий дух тысячелетнего Христианства. Иначе — ГУИТЛАГ потребовался как «меч» дьявола на Земле, чтобы покончить с тем Духом и обернуть развитие истории вспять: даже не к животному царству, а к нечто худшему — к одухотворенному звероподобию».

«По прошествии 70 лет «державства совдепии» всякий, даже не обладающий знанием основ подлинного государственного строительства, видит, что в нем умышленно поддерживалась гибельная интернациональная политика, которая отрицала Родину, национальную культуру, сами нации как духовное явление. В результате получились огромные толпы, составленные духовными ничтожествами, которые тужатся стать «всечеловеками». Но им это не удается: всечеловечество есть духовное состояние, доступное только духовно-национальному проявлению человека. Бездуховные интернационалисты скатываются до такого животного уровня, где возможно только всепадение и всесмешение»

«. Ульянов-Ленин — не просто узурпатор власти, но типичный сатанист, черточеловек. Он — одно из ярких явлений предтечи человекобога —  антихриста,  который  породил «государство-зверя»,

229 Цит. по: ковицкий А. Геноцид в Новозаветной истории: цели, методы, средства // Общественно-политический сборник «Стояние за истину». М.: МОО «Святая Русь», 2002. С. 19.

230 Цит. по: «Русский Вестник». 1991, № 5. С. 6.

устроенного по образу и подобию пославшего его. Это грозное предзнаменование в мире!»

«. Последователи «вождя мирового пролетариата» низвели насельников Великой России до несчастных кровожадных животных, которым определили лишь кормовые районы, как в первобытном обществе. И всюду навешивали на территорию национально-персональные прозвища, раздувая на ней «пламя» звериного национализма. Преступная территориальная политика, проводившаяся более 70 лет в СССР, заложила звериные законы жизни наций и племен, пробудила их первобытные зоологи еские инстинкты к физическому обособлению и насильственной вражде, которые временно обуздывались страхом репрессий за их прямое проявление.»

«. Вглядимся в события, чадившие кровавым туманом все 70 лет совдепии, и увидим: одна часть, самая большая, основной нации — русской — была уничтожена, другая — загнана в гигантский концлагерь для «испечения» из нее нового еловека, который и должен был стать подопытным животным в осуществлении еще небывалой «цивилизации». Из того концлагеря должен был выйти одухотворенный зверь, орудующий в аду. Становление такой «цивилизации» усиленно и на все лады воспевалось.»

И так далее.

Один из «певцов» революции, «горлан-главарь» В. В. Маяковский с сатанинским пафосом восклицал:

«Мы тебя доконаем, мир-романтик!

Вместо вер -в душе электричество, пар.

Вместо нищих -всех миров богатство прикарманьте!

Стар — убивать! На пепельницы черепа!»231

Большевики провозгласили разделение народа на «людей» и «нелюдей» — «экспроприаторов», «богачей», «врагов революции», «врагов трудового народа». Уничтожение «нелюдей» не вменялось во грех; к ним не должны применяться никакие нормы морали. В 1918 году святитель Тихон, Патриарх Московский и всея Руси, направил в большевистский СНК послание, где были такие слова: «Да, мы переживаем ужасное время вашего владычества, и долго оно не изгладится из души народной, омрачив в ней образ Божий и запечатлев в ней образ зверя»232.

Национал-социалист Гитлер тоже стремился «освободить» человека от всего человеческого. Он заявлял: «Десять заповедей

231 Цит. по: Экоцид в СССР. М.,1992. С. 23.

232 Истоки зла (тайна коммунизма). С. 42.

потеряли сегодня свой смысл. Совесть — это еврейское изобретение. освобождаю человека от унизительных и грязных бичеваний совести. Вместо учения о Божественном Искупителе я предлагаю учение о фюрере, избавляющем

233

верующих от груза свободного выбора»233, то есть от свободной воли, которая, как и совесть, является непременной характеристикой человеческой личности.

Разрушенные изнутри и духовно мертвые богоборцы и сыны диавола, сеют вокруг себя смерть и разрушение. Вслед за своим «отцом» они, сами ставшие нелюдями, считают всех людей стадом человекоподобных скотов. Такое отношение к людям имеет своим прямым исто ником без елове ную (точнее, античеловечную) идеологию талмудизма. Талмуд не считает нас людьми. Мы для него нечто вроде «биологического мусора». По Талмуду, «только евреи люди, другие же народы имеют свойства зверей, происходят от

234

животных», «неевреи — животные»   , «все дети неевреев —

235

животные» , «души неевреев происходят от нечистого духа». Все христиане и вообще неевреи — «гои» (goi, множ. — goim), у которых нет ни брака, ни имущества, ни души, как у животных. «Гои» в Талмуде называются то псами, то ослами, то свиньями.

Еще в начале ХХ века человеконенавистническую суть талмудизма показал известный богослов И. Е. Пранайтис: «. На почве мессианской идеи мистицизм в еврействе создал учение и о том, что, сотворяя мир, Иегова заронил в живые существа частицы своей божественной святости в виде искр. При создании доброй и злой сторон часть искр Божества попала в злую сторону. Освобождение этих искр и возвращение их ввысь — к первоисточнику — ускоряет пришествие Мессии. Отсюда естественно вытекает положение, что чающий всеми своими помыслами пришествия Мессии еврей должен быть устремлен к освобождению этих искр путем убийства». В этом Пранайтис видел мистическую подоплеку ритуальных человеческих жертвоприношений, совершаемых талмудистами: «После разрушения Иерусалимского храма у евреев остался только один вид жертв — избиение неевреев, в том числе и христиан. — «Нет у нас иной жертвы, кроме той, которая состоит

233 Цит. по: Букварь: Наука, философия, религия. Кн. 2. С. 1268.

234 Баба Мциа 114а — 114в. Talmud (1935). Soncino Edition.

235 Йевамот 98а. Talmud. Yebamoth (1936). Soncino Edition.

в устранении нечистой стороны» (каббалистическая книга «Зогар», III, 227)»236.

Талмуд — это агрессивный закон маньяков-убийц. На «гоев»

237

и особенно «акумов» (христиан) ветхозаветные законы, заповеди и установления, согласно Талмуду, совершенно не распространяются. Талмуд подробно излагает принципы и правила, по которым «гоев» надо всячески оттеснять, обворовывать, закабалять, убивать телесно и духовно. «Даже

238

лучшие из неевреев должны быть убиты»238. «То, что еврей

239

получает воровством от нееврея, он может сохранить» . «Неевреи находятся вне защиты закона, и Бог отдает их деньги Израилю». «Евреи могут использовать ложь (увертки) для того, чтобы перехитрить нееврея»240. Еврею строго запрещается спасать гоев от смерти, на гоях можно испытывать любые лекарства и яды, еврею нельзя на суде быть свидетелем в пользу гоя, неевреи хуже собак (X. Мишнат, 227)241.

Приведем здесь цитату из труда епископа Саратовского и Царицынского Алексия (Дородницына), ректора Казанской Духовной академии, который называется «Мораль талмуда» (1913 г.): «Талмуд делит все человечество на две части: евреев и неевреев, последних он называет гоями (goi. goim). Христиане составляют предмет исключительной ненависти евреев. Только одни евреи произошли от Бога, все прочие люди произошли от диавола. «Евреи более приятны Богу, чем ангелы». Насколько люди выше животных, настолько евреи выше всех остальных людей. Если бы не было евреев, то на земле не было бы никакого благословения: ни солнечных лучей, ни дождя, и люди не могли бы существовать. Все раввины согласны между собою в том, что неиудеи имеют чисто животную природу. Они сравнивают гоев то с собаками, то с ослами, то, наконец, со свиньями. «Один народ еврейский достоин вечной жизни, а все другие народы подобны ослам», — говорит рабби Абраванель. «Вы иудеи, совсем другие люди. Прочие люди не суть люди, потому что души их происходят от духа нечистого, тогда как души иудеев происходят от духа Святого Бога», — убеждает своих соотечественников рабби Менахем. Также рассуждает и рабби Жалкю, который говорит: «Одни евреи имеют право называться людьми, а гои, которые происходят от духа нечистого, должны называться свиньями».

236 Цит. по: Воробьевский Ю. Ю. Путь в Апокалипсис: точка Омега. Сергиев

2П37осад, 1999.

237 Талмуд причисляет Христианство к идолопоклонству, поэтому христиане называются в Талмуде идолопоклонниками — «акумами».

238 Вавилонский Талмуд. Funk and WagnalFs Jewish Encyclopaedia. (1907) /Gentile/

239 Talmud. Sanhedrin (1935). Soncino Edition. 57a. p. 388.

240 Talmud. Baba Kamma. (1935). Soncino Edition. 37b. p. 664-665.

241 Подробнее о морали талмудизма см., напр.: Нравственное богословие евреев-талмудистов. Пер. с нем. прот. А. Ковальницкого. Изд. 2-е. СПб., 1898.

Как известно, свою богоизбранность евреи поняли не как ответственность перед Богом и обязанность нести язычникам свет религии поклонения единому истинному Богу, а как мандат на мировое господство, на управление всеми народами. Следствием такого искаженного представления о богоизбранности и стало вдохновленное самим сатаной создание идеологии иудеонацизма. «Страны для евреев -пространства, где народные массы — лишь служилое тягло, то есть рабская безликая основа государственного благополучия, -пишет исследователь «еврейского вопроса» Ю. М. Иванов, -люди в них, с точки зрения евреев, — всего лишь низшая форма

242

международной зоологии» .

Достоевский про евреев писал: «Не вникая в суть и глубину предмета, можно изобразить хотя бы некоторые признаки этого «государства в государстве», по крайней мере хоть наружно. Признаки эти: от ужденность и от удимость на степени религиозного догмата, неслиянность, вера в то, что существует в мире одна народная личность — еврей, а другие хоть есть, но все равно надо считать, что как бы их не существовало. «Выйди из народов и составь свою особь, и знай, что с сих пор ты один у Бога, остальных истреби, или в рабов обрати, или эксплуатируй. Верь в победу над всем миром, верь, что все покорится тебе. А пока живи, гнушайся, единись и эксплуатируй, и ожидай, ожидай.» Вот суть идеи этого «государства в государстве», а затем, конечно, суть внутренние, а может быть и таинственные законы, ограждающие эту идею.» («Дневник писателя», 1877 года, март, гл. 2, стр. 93­95).

Тайная суть талмудической идеологии — ненависть к богозданной елове еской природе. Из этой ненависти и проистекают тайные программы тысячелетней войны еврейства с человечеством, направленные на захват евреями всей власти над миром. Эта тайна вполне раскрылась в начале девятисотых годов XX века, когда С. А. Нилус опубликовал «Протоколы

243

собраний сионских мудрецов»243. «Нам необходимо подорвать веру, вырвать из ума гоев самый принцип Божества и Духа и заменить все арифметическими расчетами и материальными потребностями», — так сформулировали свою задачу «сионские мудрецы» (протокол № 4). «Гои- баранье стадо, а мы для них волки. А вы знаете, что бывает с овцами, когда в овчарню забираются волки?..» (протокол № 11). «Чисто животный ум

242 Иванов Ю. М. Евреи в русской истории. М., 2000. С. 41.

243 См.: Нилус С. А. Близ есть, при дверех. СПб., 1996.

гоев не способен к анализу и наблюдению, а тем самым к предвидению; в этой разнице способности мышления между гоями и нашими можно ясно узреть пе ать избранности и елове ности, в отли ие от инстинктивного, животного ума гоев» (протокол № 15).

«Все шире и шире раскидывают свои сети общественно-политические организации с тайным культом сатаны, — писал в середине XX века архиепископ Аверкий (Таушев). — Действуя совершенно так же, как будет действовать сам антихрист, «с адским коварством и лицемерием» (по выражению еп. Игнатия), возглавители этих организаций, эти подлинные «лисицы по сердцу и волки по душе» (по выражению преп. Нила Мироточивого Афонского) постепенно захватывают во всем мире руководство не только общественно-политической, но и религиозной жизнью людей, все направляя к одной цели -подготовить условия, благоприятствующие тому, чтобы человечество приняло антихриста и поклонилось ему, как своему царю и богу»244.

+     + +

И вот ныне антихристианский «новый мировой порядок» предлагает человечеству действительно скотоподобное существование. Повсеместное насаждение идеологии потребительства и примитивной «массовой культуры», реклама, рок- и поп-музыка, разрушение семьи, культ животных удовольствий, пропаганда блуда, абортов, контрацепции, содомии и прочих извращений, прямая и скрытая пропаганда наркотиков и сатанизма, школьные программы «полового воспитания», поголовная вакцинация, «чудодейственные» лекарства с массой побочных эффектов, генетически измененные продукты питания, продукты, содержащие канцерогены, ядовитые химические пищевые добавки, биологически активные добавки (БАДы), термофильные дрожжи, клонирование, фетальная терапия, технологии искусственного зачатия, насаждение виртуальной реальности, разрушающие психику и здоровье компьютерные игры, управление массовым сознанием через электронные и печатные СМИ, психотронное воздействие на человека, обезличивающая нумерация и внедрение «новейших биотехнологий» для идентификации людей, страшное геофизическое (метеорологическое, озонное и климатическое)

244 Архиеп. Аверкий (Таушев). Современность в свете слова Божия. Слова и речи.

Т. 1. СПб., 1994. С. 75.

оружие, организация войн и «управляемых» локальных вооруженных конфликтов, кризисов, внедрение в массовое сознание мифа о «международном терроризме», геофизическое

245

(плазменное) оружие , концентрация мировой власти в руках «этнически однородной» элиты, — все это не случайные, разрозненные эпизоды, а целенаправленная и последовательная политика по превращению человечества в управляемое стадо, доведению его до состояния окончательного духовного озверения.

Сюда же относится, например, прикрытая «проблемой перенаселения и истощения ресурсов» мальтузианская теория «лишнего населения» и проистекающая из нее политика сокращения населения в глобальном масштабе с оставлением только «золотого миллиарда».

Как утверждает православный писатель, академик Петровской Академии наук и искусств В. П. Филимонов в своей книге «Но избави нас от лукавого», «можно привести еще многие примеры, подтверждающие, что во всемирном масштабе целенаправленно осуществляется программа по оскотиниванию людей».

Обязательно нужно здесь ставить вопрос: какая идеология и какая религия (точнее — псевдорелигия) предусматривает такой взгляд на человека? Во всех названных и во многих других (ибо перечень может быть продолжен) явлениях современной действительности и в самой идеологии «нового мирового порядка» четко просматривается именно талмудическое отношение к человеку как к животному. Талмудизм и каббализм — вот тайная идеологическая основа антихристова «нового мирового порядка»246. Это и есть та самая «тайна беззакония», о которой предупреждает нас апостол Павел, говоря, что она «уже в действии» (2 Сол. 2: 7).

«Многие явления современной жизни, — отмечают И. Медведева и Т. Шишова, — кажущиеся хаотичными и абсурдными, обретают логику в контексте глобализма. Но

245 Хорошую подборку материалов о плазменном (геофизическом, климатическом, психотронном) оружии можно найти в № 2 за 2005 г. журнала «Первый и Последний». Этой же (чрезвычайно важной!) теме посвящены следующие статьи в интернете: Иванченко П. Оружие Армагеддона — плазменная «микроволновка» для планеты (http://www.segodnia.ru/?part=article&id=517); Баранец В. Американцы создают «оружие безумия» (http://kp.ru/daily/23215/26591/); Жемчужина ПРО США (http://usatruth.by.ru/haarp.htm) и др.

246 Об этом см. также статью В. Манягина «Каббала как мировоззрение Нового Мирового Порядка» // «Первый и Последний». 2004, № 1 (17).

зачем, опять-таки возникает вопрос, глобалистам нужен безумный, перевернутый мир? Ответ на этот вопрос неизбежно выходит за пределы прагматики. По-настоящему понять глобализм без его духовной составляющей нельзя. Лишь признав, что на наших глазах строится не просто новый, а антихристианский миропорядок, мы, наконец, перестанем недоуменно пожимать плечами и начнем вникать в суть многих разрушительных тенденций»247.

«Новый мировой порядок», с духовной точки зрения, есть война против человеческой природы. За основу этой разрушительной деятельности взят принцип ИЗМЕНЕНИЯ, то есть трансформации человека в зверя. Целенаправленно, планомерно и необратимо разрушается (а мы знаем, что первый и главный разрушитель — диавол) все — от генотипа человека и окружающей его среды до менталитета и сознания людей, традиционных, естественных и привычных стереотипов поведения. «Сейчас так тонко обрабатывают сознание, -говорил в 2001 году старец архимандрит Кирилл (Павлов), -действительно так постепенно, постепенно сознание переродят… Дьявол борется с Богом. Богоборцы… богоборцы… Они новый век уже называют «новым веком». Новая эпоха, новая жизнь, новые законы… Этот век будет

248

веком тоталитаризма» (из магнитофонной записи) .

Ниже мы остановимся подробнее на некоторых из перечисленных выше явлений и покажем их единую талмудо-каббалистическую направленность на разрушение богозданной человеческой личности (которая для Бога дороже всего остального творения) и доведение людей до скотского состояния.

+     + +

Мощная рекламная индустрия заставляет современного человека приобретать все новые и новые предметы, подчиняя жажде приобретения всю свою жизнь. В сознание людей внедряется установка: главное дело их жизни состоит в том, чтобы приобретать и потреблять товары. Но если бы дело ограничивалось только этим! Трагедия усугубляется тем, что предметом потребления, товаром становится все то, из чего складывается интеллектуальная и духовная жизнь человека, товаром стал и сам человек.

247 Медведева И., Шишова Т. Диктатура безумия // «Первый и Последний». 2004, J№5(21). С. 18.

248 Цит. по: «Первый и Последний». 2002, № 1.

Как тут не вспомнить пророчество Апокалипсиса о том, что в новом Вавилоне (то есть в современном западном обществе249) товаром станут «и тела и души человеческие» (Откр. 18: 13). Например, не секрет, что из России современными работорговцами «живой товар» (этот термин стал уже привычным) активно вывозится за границу: русских девушек вывозят для пополнения притонов, детей сбывают в Америку   и    другие    страны    под    видом усыновления

250

иностранцами . Известно также о торговле человеческими органами, когда медицинские работники сознательно не принимают мер для возможного еще продления жизни тяжело больных (например, сбитых автомобилем) в целях изъятия их органов для трансплантации, и когда органы изымаются у живых еще людей для пересадки богатым клиентам (такие органы сами «торговцы» называют «бьющимися»).

В 18-й главе Апокалипсиса св. Иоанн Богослов перечисляет многие виды товаров: «Товаров золотых и серебряных, и камней драгоценных, и жемчуга, и виссона, и порфиры; и шелка, и багряницы, и всякого благовонного дерева, и всяких изделий из слоновой кости, и всяких изделий из дорогих дерев, из меди и железа и мрамора, корицы и фимиама и мѵра и ладана, и вина и елея, и муки и пшеницы, и скота и овец, и коней и колесниц, и тел и душ человеческих» (Откр. 18: 12-13). Думается, что это не случайно. Таким подробным списком товаров, завершающимся «телами и душами человеческими», слово Божие внушает нам мысль о том, что в последние времена люди будут придавать процессу потребления весьма большое значение. Иначе говоря, эти слова Апокалипсиса представляют собой пророчество о создании перед кончиной мира «общества потребления», когда приобретению и потреблению «товаров и услуг» будет подчинена вся человеческая жизнь и когда в товар будет превращено все и вся, хотя бы это и противоречило здравому смыслу и элементарным нравственным законам. Этот вывод подтверждают и следующие слова Апокалипсиса: «И плодов, угодных для души твоей, не стало у тебя, и все тучное и блистательное удалилось от тебя; ты уже не найдешь его» (Откр. 18: 14). В этом стихе нетрудно разглядеть указание на сильную зависимость людей последних времен от «угодных для души плодов» и всего «тучного и блистательного».

Об обезличивании через овеществление пишет П. Рузанкин: «. Тому же делу превращения людей в безсловесных

249 Толкование апокалиптического образа нового Вавилона см. в четвертой главе настоящей книги.

250 По этой проблеме см., напр., материалы «Русского Вестника» (№ 9 за 2004 г.), названия которых говорят сами за себя: «Работорговля, XXI век», «Усыновление детей за границей: новые возможности для гомосексуалистов», «Русские дети останутся в России», «Грех ли отдавать детей в детский дом?»

животных служит и новая «религия вещей». Мы видим, как реклама возбуждает в сердцах людей страсть к погремушкам. Погремушки бывают разные: от сотовых телефонов до дорогих джипов. Но суть одна — имей погремушку, даже если она тебе совсем не нужна. Для чего это делается?

Множество философско-идеологических течений стремилось лишить человека его личности, превратить в машину, во всем, даже и в мыслях, послушную воле правителей. Фурьеристы, марксисты, социалисты. Однако раньше обезличивание проводилось с помощью идеологической накачки, что не приносило вполне желаемого плода. Хотя человек во многом становился безликим, он все еще не терял свободу выбора между добром и злом и, стало быть, не вполне лишался своей личности.

Сейчас в деле обезличивания мы столкнулись с чем-то совершенно новым: обезличиванием через овеществление. Вещизм ныне поставлен краеугольным камнем новой идеологии. Материя, вещи уже поставлены новыми идолами нового язычества. «Прочие же люди, которые не умерли от этих язв, не раскаялись в делах рук своих, так чтобы не поклоняться бесам и золотым, серебряным, медным, каменным и деревянным идолам, которые не могут ни видеть, ни слышать, ни ходить» (Откр. 9: 20).

Делается же это для того, чтобы человек растворился в вещах всей душой, и свобода выбора между добром и злом ему не могла прийти на ум. И происходит то, что вещи вытесняют душу человека. Вещи становятся разные, а люди становятся одинаковые»251.

«Привязанность к веществу и к вещественному преуспеянию, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), -удобно может объять всего человека, объять его ум, его сердце, похитить у него время и силы. Такая привязанность отвлекает человека от слова Божия, от помышлений о смерти и вечности, отвлекает от веры в Бога и от Богопознания, убивает его

252

вечною смертию» .

Святитель Феофан Затворник духовную природу вещизма раскрывает в следующих словах: «Человек стал бездонною пропастью; всеусиленно заботится он наполнить сию бездну, -но не видит, не чувствует наполнения. Оттого весь век свой он, в поте, труде и великих хлопотах: занят разнообразными

251 Рузанкин П. Психологическая война сегодня // Обозрение «Библиотеки «Сербского Креста»: обзор электронных и бумажных СМИ. М., 2004. С. 22.

252 Цит. по: Сб. «Время беззаконий и конец земного мира». М., 1997. С. 56.

предметами, в коих чает найти утоление снедающей его жажды. Отсюда понятно, почему человек, поставляя себя исключительно целью, никогда не бывает в себе, а все вне себя, в вещах, сотворенных или изобретенных суетою. От Бога, Который есть полнота всего, отпал; сам пуст; осталось как бы разлиться по бесконечно разнообразным вещам и жить в них. Так грешник жаждет, суетится, заботится о предметах вне себя и Бога, о вещах многих и разнообразных. Почему характерная черта греховной жизни есть безпечность о спасении, заботы о многом, многопопечительность».

Преподобный Нил Мироточивый многозаботливость и любостяжание называет предтечами антихриста. «Усиливающиеся мирские попечения, — сказано в посмертных вещаниях Нила Мироточивого, — предзнаменуют близкое воплощение домостроительства погибели в мире, то есть нарождение антихриста. Многозаботливость будет помрачать чувства человека, чтобы сделать человека нечувственным ко спасению своему, чтобы он от множества плотских забот не мог ощущать спасения, то есть люди не будут ощущать ни желания вечной будущей жизни, ни страха вечного осуждения. Таким образом утратят люди чувство свое (чувство внутреннего, духовного зрения, способа, которым приобретаем высшее познание), не будут ощущать Бога».

Миллионы людей во всем мире негодуют в связи с расширением потребления наркотиков, и газеты, радио, телевидение снабжают потребителя тысячами подробностей о «героической войне» правоохранительных органов против торговли наркотиками. Но все больше людей ищут забвения и растворения в призрачном наркотическом мире.

Мнение специалистов о действии наркотиков известно: наркотики не только разрушают здоровье, но и (что самое страшное) приводят к деградации личности (т. е. к озверению) человека, их потребляющего. Употребление наркотиков приводит к ослаблению воли и утрате трезвенности ума, делает человеческую личность беззащитной перед натиском чужой воли, лишает человека способности критически мыслить. Такое же действие имеет чрезмерное употребление алкоголя и отравление никотином в результате курения. Вот почему богоборческие силы заинтересованы в наиболее широком распространении наркомании, алкоголизма и табакокурения. Людьми с ослабленной волей и помраченным умом легко управлять.

Бывший сотрудник британских спецслужб д-р Джон Колеман в своей документальной книге «Комитет 300. Тайны мирового правительства», написанной на базе богатейшего фактического материала, показывает, что наркотики в руках «мировой элиты» являются мощнейшим орудием отупления человека и управления массами. Особенно при использовании метода «шоки будущего». Этот метод предусматривает серию событий (а ими сейчас мир переполнен), которые сменяют друг друга столь стремительно, что человеческий мозг оказывается не в состоянии анализировать информацию, так как сознание имеет пределы осмысления. После непрерывных шоков целевая группа населения входит в такое состояние, когда ее члены больше не желают делать осмысленный выбор в быстро меняющихся обстоятельствах. Ими овладевает апатия, которой часто предшествуют безсмысленные насилия. Такая группа становится легко управляемой. Происходит надлом психики, и здесь как раз и прибегают к употреблению наркотиков как к средству избежать выбор. Причем, «шоки будущего» являются частью программы, которая так и называется — «Изменение образа  еловека» (доклад с таким названием был подготовлен

253

для администрации Рейгана в 1981 году)253.

Выдающийся русский хирург, академик Федор Григорьевич Углов в своей книге «СамоУБИИЦЬІ», посвященной раскрытию правды и обличению лжи об алкоголе, пишет: «Кто же эти люди? (Вернее -нелюди?), которые заинтересованы в том, чтобы мы пили? Это прежде всего алкогольная мафия… Вторая, не менее важная группа нелюдей, губящая наш народ ради своих низменных интересов, это те представители власти, которые считают, что «пьяным народом легче управлять», «пьяный народ легче обобрать и разорить», «пьяный народ легче разобщить, разложить и уничтожить». Это еловеконенавистники, творящие это зло по собственной воле или находясь на услужении наших внешних врагов, давно мечтающих разрушить Россию и уничтожить русский народ, алкоголь — надежное и самое подлое оружие в руках этих деятелей. На этом поприще разрушения страны с помощью алкоголя работают те, которые стараются оболванить наш народ. Пьяный народ легче позволит разрушить церкви, попирать религию разрушать страну, уничтожить народ, лить грязь на историю своей Родины, оскорблять и дезорганизовывать армию.

Все эти группы лиц, работающие в полном согласии с планами ЦРУ, используют все средства массовой информации для того, чтобы «доказать» патриотичность их действий. А т.к. пьянство очень трудно

253 Подробнее о методе «шоки будущего» и программе «Изменение образа человека» см.: Джон Колеман. Комитет 300. Тайны мирового правительства. М., 2001. С. 97-98, 104-115, 124-125 и др.

оправдать, то все: печать, радио, телевидение — просто замалчивают эту проблему, как будто от вина и табака не гибнет в стране сотни тысяч сынов России ежегодно. Посмотрите программу, что Вы читаете ежедневно. Есть ли там хоть один пункт, касающийся проблемы, от которой ежегодно погибает у нас более полутора миллиона человек, от которой в основном мы переживаем геноцид, когда в стране умирают больше, чем рождаются. И чего не было в России никогда за всю тысячелетнюю историю. В средствах массовой информации Вы не встретите указаний на то, что больше во всех магазинах и ларьках, работающих чуть ли не круглые сутки, продается табачных и алкогольных изделий, в том числе и американского спирта-сырца «Роял», страшно ядовитого, (от которого уже погибла не одна тысяча русских людей), чем шире идет пропаганда спирта и табака на всех дозволенных и недозволенных местах (например, в метро, где разрушаются мраморные стены, чтобы повесить очередную рекламу американского ядовитого товара), тем быстрее идет разрушение страны, обнищание и гибель народа. Вся эта «теплая» компания для пропаганды своих идей по спаиванию народа использует целую армию пьющих людей, которые дружно и бесплатно агитируют за расширение винной и табачной продукции, боясь, что они лишатся этой ядовитой жидкости, которая разрушала их мозг, погасила нравственность, уничтожила патриотизм, предала забвению былое благородство и оставило в оскудневшем мозгу одно желание -выпить».

О воздействии алкоголя на мыслительные способности, психику и нравственность человека Ф. Г. Углов, в частности, пишет: «Если алкогольное отравление происходит часто, то субъект остается неподвижным в умственном отношении, а мышление обы ным и шаблонным. В дальнейшем наступает ослабление более старых, более прочных, окрепших ассоциаций и ослабление восприятий. В результате умственные процессы сужаются, лишаясь свежести и оригинальности.

Распространено мнение о возбуждающем, подкрепляющем и оживляющем действии алкоголя. Такое основано на том, что у пьяных замечается громкая речь, говорливость, жестикуляция, ускорение пульса, румянец и чувство теплоты в коже. Все эти явления при более тонком изучении оказываются ни чем иным, как параличом известных частей мозга. К параличным явлениям в психической сфере относится также утрата тонкой внимательности, здравого суждения и размышления.

Паралич центров психических отправлений прежде всего сказывается на тех процессах, которые мы называем суждением и критикой. С ослаблением их на инают преобладать увства, не умеряемые и не сдерживаемые критикой. Наблюдения показывают, что выпившие не становятся умнее и развитее, и если они думают иначе, то это зависит от начавшегося ослабления высшей деятельности их мозга: по мере того, как слабеет критика, нарастает самоуверенность. Живые телодвижения, жесты и безпокойное хвастовство своей силой — также следствие начавшегося парали а сознания и воли: сняты правильные, разумные преграды,

которые удерживают трезвого человека от безполезных движений и необдуманной, нелепой траты силы.

В многочисленных опытах, проводимых крупнейшими специалистами в этой области, выяснилось, что во всех без исключения случаях под влиянием алкоголя простейшие умственные отправления (восприятия) нарушаются и замедляются не столь сильно, как более сложные (ассоциации). Эти последние страдают в двойном направлении: во-первых, их образование замедлено и ослаблено, и, во-вторых, существенно изменяется их качество: самые низшие формы ассоциаций, а именно -ассоциации двигательные или механи ески заученные легче всего возникают в уме, часто без малейшего отношения к делу и, раз появившись, упорно держатся, выплывая снова и снова, но совершенно некстати. В этом отношении такие упорные ассоциации напоминают собою явление чисто патологическое, замечаемое при неврастении и тяжелых психозах.

При выполнении более сложных и более трудных заданий влияние «малых* и «средних» доз спиртных напитков сказывается сильнее, чем при выполнении легких. При этом они не только снижают работоспособность, но и уменьшают желание работать, то есть пропадает импульс к труду, и пьющие становятся неспособными к систематической работе, опускаются.

После приема даже небольших доз алкоголя возникает чувство довольства, эйфория. Опьяненный становится развязным, склонен шутить, заключать с кем попало дружбу. Позже он становится некритичным, бестактным, начинает громко кричать, петь, шуметь, не считаясь с окружающими. Поступки его импульсивны, необдуманны.

Психологическая картина человека в таком состоянии напоминает маниакальное возбуждение. Алкогольная эйфория возникает вследствие растормаживания, ослабления критики. Одной из причин этой эйфории является возбуждение подкорки — старейшей в филогенетическом отношении части мозга, в то время как более молодые, и более чувствительные части мозга, области коры сильно нарушены или парализованы.

Алкоголь, принятый в больших дозах, вызывает более грубые нарушения. Восприятие внешних впечатлений затрудняется и замедляется, точность его понижается. Внимание и память нарушаются еще в большей степени, чем от малых и средних доз. Утра ивается способность внимательно выслушивать других, следить за своей ре ью, контролировать поведение; появляется болтливость, хвастовство. Человек становится беззаботным. Настроение делается то безудержно веселым, то плаксивым, то гневным.

Он поет, бранится, совершает агрессивные действия. Непристойные замечания, упрощенные шутки. Нередко ведутся эротические разговоры. Наносятся оскорбления, совершаются поступки, нарушающие общественную безопасность. Иногда отме ается пробуждение низких наклонностей и страстей.

При приеме еще больших доз происходит тяжелое нарушение функций всей центральной нервной системы с вовлечением спинного и продолговатого мозга. Развивается глубокий наркоз и коматозное состояние. При приеме дозы, равной 7,8 г алкоголя на килограмм веса, что приблизительно равно 1-1,25 л водки, для взрослого человека наступает смерть. Для детей смертельная доза в 4-5 раз меньше, из расчета на килограмм веса.

При длительном приеме спиртных напитков развивается хронический алкоголизм, имеющий свою клиническую картину, которая варьируется по степени, но с характерной для всех пьющих особенностью — они стремятся найти повод для выпивки, а если повода нет — пьют без оного.

Характер человека начинает портиться, он становится эгоцентри ным,       грубым, асто       появляется излишняя

самоуверенность, склонность к плоскому однообразному юмору; снижается память, внимание, способность к системати ескому мышлению, к твор еству.

ЛИЧНОСТЬ МЕНЯЕТСЯ, появляются элементы ДЕГРАДАЦИИ. Если в это время не прекратить пить, полного восстановления ли ности не произойдет.

Наряду с поражением мыслительных функций коры головного мозга имеют место глубокие изменения нравственности. Как самые высшие и наиболее совершенные чувства, как венец в развитии функций мозга они страдают очень рано. И первое, что мы наблюдаем у пьющих людей, это равнодушие к нравственным интересам, которые появляются очень рано, в ту пору, когда еще умственные и мыслительные акты остаются почти неизменными. Оно проявляется в форме асти ной нравственной анестезии, в виде полной невозможности испытывать известное эмоциональное состояние.

Чем больше и дольше пьет еловек, тем сильнее страдает его нравственность. Алкоголики нередко принимают эту ненормальность, но понимают только рассудо но, логи ески, не испытывая при этом ни малейшей субъективной реакции. Такого рода состояние совершенно аналоги но нравственному идиотизму и отли ается от него только способом происхождения.

Падение нравственности сказывается в потере стыда. В целом ряде научных работ доказывается великая охранительная сила стыда и великая опасность такого яда, как спиртные напитки, которые обладают свойством понижать силу и тонкость этого чувства.

К числу неминуемых последствий падения нравственности принадлежит увели ение лжи или, по крайней мере, уменьшение искренности и правды. Утрату стыда и утрату правдивости народ связал в неразрывное логическое понятие «бесстыдной лжи». Ложь поэтому и возрастает, то еловек, потеряв стыд, утратил вместе с тем в своей совести и важнейший нравственный корректив правдивости.

В документах, освещающих нарастание пьянства в нашей стране в период акцизной продажи алкогольных напитков, убедительно показано, что параллельно с нарастанием пьянства росли и преступления, в числе которых лжеприсяга, лжесвидетельство и ложный донос росли быстрее.

Способность испытывать   увство стыда утра ивается пьющими о ень рано; парали  этого высокого   елове еского  увства понижает еловека в нравственном смысле гораздо больше, нежели любой психоз.

Это прекрасно понимал Лев Николаевич Толстой. В своей статье «Для чего люди одурманиваются» он пишет: «…не во вкусе, не в удовольствии, не в развлечении, не в весельи лежит причина всемирного распространения гашиша, опиума, вина, табака, а только в потребности скрыть от себя указания совести».

Трезвому совестно украсть, совестно убить. Пьяному ничего этого не совестно, и потому, если человек хочет сделать поступок, который совесть воспрещает ему, он одурманивается.

Люди знают это свойство вина заглушать голос совести и сознательно употребляют его для этой цели. Мало того, что люди сами одурманиваются, чтобы заглушить свою совесть, зная, как действует вино, они, желая заставить других людей сделать поступок, противный их совести, нарочно одурманивают их. Все могут заметить, что безнравственно живущие люди более других склонны к одурманивающим веществам.

Другое чувство, легко утрачиваемое пьяницами, — страх.

Ослабление страха может, по мнению психиатров, повлечь за собой серьезные последствия. Если вспомнить, что страх в своих высоких проявлениях превращается в боязнь зла и в опасения последствий зла, то становится понятным высокое здравоохранительное значение этого чувства в вопросах нравственности. Чувство страха и чувство стыда глубоко изменяются у пьяниц, утрачивая самые существенные составные части свои. Сообразно этому меняется и мимика.

Все чувства у пьющих людей изменяются таким образом, что из сложных душевных актов утрачиваются самые возвышенные и тонкие элементы, и еловек во всех своих душевных проявлениях огрубевает. Высшие чувства, высшие формы их превращаются в низшие.

При длительном употреблении спиртных напитков развиваются не простые скоропроходящие неправильности характера, но и более глубокие изменения. Подобную перемену в характере и поведении людей производит только помешательство в периоде вторичного слабоумия.

Рано ослабевает сила воли, приводящая в конце концов к полному безволию. Мысли теряют глубину и обходят трудности, вместо того тобы их разрешать. Круг интересов сужается и остается одно желание — напиться. В далеко зашедших слу аях дело доходит до

полного отупения и маразма. Чем больше людей пьет, тем рез е меняется психи еская жизнь самого общества.

Наряду с появлением большого числа идиотов, в результате зачатия у пьяных родителей и помешанных как следствия длительного потребления алкоголя в обществе находится известное число субъектов, еще здоровых в умственном отношении, но уже не свободных от перемен характера, вызванных алкоголем. Это не простые, скоропроходящие неправильности характера, но более глубокие изменения.

Алкоголь, оказывая влияние на мозг, не производит скачкообразных переходов от совершенно здорового к полному идиотизму. Между этими крайними формами мыслительного и психического состояния имеется много переходов, которые в одних случаях приближается к дебильности, в других — к плохому характеру. Таких людей, с разли ной степенью изменений умственного состояния и характера, среди пьющих становится все больше, то приводит к изменению характера самого народа. И если характер целого народа довольно устойчив и подвергается переменам только через столетия, то под влиянием алкоголя изменения характера в худшую сторону могут произойти значительно быстрее.

К числу грубых нарушений психики под влиянием алкоголя надо отнести рост самоубийств. По данным ВОЗ, самоубийства среди пьющих в 80 раз чаще, чем среди трезвенников. Такое положение нетрудно объяснить теми глубокими изменениями, которые происходят в мозгу под влиянием длительного приема спиртных напитков. При этом как убийства, так и самоубийства пьяниц иногда принимают страшную форму.

Все те изменения, которые имеют место в мозгу пьющего человека, наблюдаются не только и не столько у алкоголиков и пьяниц, но и у тех, кто, по их мнению таковыми не являются, а пьют «в меру». Однако большинство таких людей на самом деле, с точки зрения медицины, уже давно стали алкоголиками. Первое, что говорит об этом, — влечение к алкогольным напиткам.

Эти люди не считают себя алкоголиками и возмущаются, если их называют таковыми. При известном усилии воли они еще могут владеть собой и прекратить прием алкогольных напитков. Но их мозг, а отсюда и управление собой, находится на спуске. Еще немного, и они быстро покатятся вниз. Мозг придет в такое состояние, что он уже Ив сможет управлять поведением человека. Наступит полная алкогольная зависимость и откроется путь к деградации.

Ученые полагают, что алкоголь быстрее расстраивает здоровье населения и уносит больше жертв, чем самые тяжелые эпидемии. Последние появляются периодически, тогда как пьянство стало непрекращающейся эпидемической болезнью. Таковы физические последствия потребления алкоголя. Но гораздо важнее — последствия нравственные, которые обнаруживаются в отношении нервно-психи еского здоровья Населения, то вле ет за собой увели ение исла    преступлений,    понижение    нравственности, возрастание

нервных и психи еских болезней, увели ение исла людей с дурным характером, расстройство привы ек и способности к труду.

Взвешивая тяжелые последствия потребления алкоголя и сравнивая их с материальными потерями, специалисты справедливо считают, что следует сожалеть не о расходах и материальных тратах, нужно ужасаться при мысли о вреде, который наносится государству нравственным развращением населения.

К прямым людским потерям… надо отнести еще и целую армию «живых трупов» в лице пьющих.

Потребление алкоголя сказывается на потомстве и приводит к деградации нации, к деградации расы. Новейшие исследования показали, что вредные последствия алкогольных употреблений отцов отражаются более на дочерях, чем на сыновьях. Таким образом, зло алкоголизма мужчин более отражается в нисходящих поколениях на женщинах, чем на мужчинах. Вот почему женщинам необходимо знать, что алкоголизм угрожает им в первую очередь, а через них их будущей семье и обществу; он переносится ею тяжелее и дает более трагические последствия, И если 40 лет назад женский алкоголизм по отношению к мужскому составлял сотые доли процента, то ныне он по некоторым странам достигает мужского, то есть возрос во много раз.

Трудно допустить, что грамотные люди не знают всей правды о вине. Алкоголь расстраивает здоровье миллионов людей, увеличивает смертность при целом ряде заболеваний, является причиной многих физических и психических болезней, дезорганизует производство, разрушает семьи, резко увеличивает преступность и в значительной степени подта ивает моральные устои любого общества, народа и государства. Однако самым большим злом является то, то он ведет к прогрессирующей деградации нации и елове ества в целом, вследствие  появления  высокого  процента умственно неполноценных

254  ״

детей» .

Еще один фронт войны против личности — псевдоискусство. Многие западные и отечественные искусствоведы говорят сегодня о том, что современное искусство является как бы иллюстрацией «Ничто». Другими словами, оно стало культом поклонения идолам «Пустоты» и «Хаоса». В музыке «Ничто» предстает в виде безумного, безсознательного чередования звуков. Если поп-культура изначально готовилась для низших слоев общества, то для «сливок» общества предназначались пряные звуки джаза, безсмысленные, вышедшие из ума звуки музыки Шнитке и подобных ему композиторов, «новое видение» классических произведений; все это, в противоположность классике, разрушает гармонию, служит

254 Углов Ф. Г., акад. СамоУБИЙЦЫ. СПб., 1995.

сатанинскому делу смешения добра и зла. В живописи в этом направлении работает абстракционизм со своими ответвлениями. Неслучайно с абстрактных полотен исчезают лицо человека и, что очень важно, его глаза, — человек изображается неким безликим предметом.

Что-то похожее произошло и в литературе, где господствует безыдейность и «обезсмысленность». Произведения искусства перестали быть цельными, перестали быть призывом, посланием. Они стали отображением прерывистости и разорванности, превратившись в хаотические нагромождения цветовых пятен, линий, звуков, слов и т. д.

Один из идеологов разрушения традиционной культуры, глава и теоретик футуризма (авангардистского направления в европейском искусстве 10-20-х гг. ХХ в.), итальянский писатель Ф. Маринетти еще около ста лет назад объявил: «Человек не представляет больше никакого интереса. Теплота куска железа или дерева отныне более волнует нас, чем улыбка или слезы женщины». С тех пор сторонники «свободного» искусства достигли немалых «успехов» в деле уничтожения человеческой природы.

Иеромонах Серафим (Роуз) писал, что в современном авангардистском искусстве «вообще нет человека, это искусство недочеловеческое, демоническое. В этом искусстве человек не является уже даже карикатурой на себя самого, он уже не изображается в муках духовной смерти, подвергающимся нападкам мерзкого нигилизма нашего века, который метит не только в тело и душу, но в саму идею и природу еловека. Нет, все это уже прошло, кризис позади, ныне еловек мертв. Новое искусство празднует рождение нового вида, существа из самых глубин, недо еловека»255.

Только очень невнимательные или не очень честные люди могут утверждать, что дегенеративная «массовая культура» распространяется в обществе стихийно, сама по себе, без малейших усилий с чьей бы то ни было стороны. Если стихийно, то наши города не были бы в такой степени наводнены непристойными журналами, газетами, книгами. Не работали бы на оглупление и развращение взрослых и детей целые телеканалы. В школах бы не сокращали часы, отведенные на изучение литературы, а из программы не выбрасывали бы произведения, развивающие личность, заменяя их прямо противоположными. И сколько бы нам ни говорили о коммерческих интересах, выгоде, прибыли, которым якобы теперь все подчинено, мы понимаем, что дело не столько в

255 Иером. Серафим (Роуз). Человек против Бога. С. 75.

коммерции, сколько в определенной направленности государственной политики — направленности на уничтожение человеческой личности.

Рок- и поп-музыка — это не менее мощное орудие обезли ивания, ем наркотики. Точнее, современная «молодежная» музыка и есть своего рода наркотик. Она заставляет людей впадать в эйфорию. Музыкальная нирвана становится постоянной потребностью, «успокаивает» привыкших к ней. На самом деле, конечно, не успокаивает, а парализует личность. Только процесс разрушения личности происходит несколько медленнее, не так зримо. Однако если посмотреть в глаза человека, который долго слушал современную музыку или часто ходил на дискотеки, то мы вряд ли обнаружим осмысленный взгляд. На дискотеке в стадном физиологическом единении, отдавшись на волю ритма и собственных инстинктов, люди «освобождаются» от человеческого. Обстановка нравственного релятивизма и вседозволенности сочетается с антихристианским, звериным, бесовским содержанием песен. Очень многое связывает рок-музыку и сатанизм. Истерия, грохот, криминальная колышущаяся биомасса — все напоминает обстановку собраний сатанистов. В подобных условиях происходят сатанинские жертвоприношения, глумление над человеком и святынями.

«Ли ность подростка, — отмечают психологи И. Медведева и Т. Шишова, — участвующего в подобных массовках — на телевидении ли, на стадионе, на рок-концерте или на дискотеке, — на инает искажаться. Практически все родители обращают внимание на то, что ребенок становится повышенно раздражительным, агрессивным, не терпит замечаний, заводится с пол-оборота. В нем появляется какая-то непонятная жажда разрушения, пропадает сочувствие, умолкает совесть, сердце будто глохнет, досту аться невозможно. Но ведь такая сокрушительная агрессия в сочетании с душевной тупостью -одна из главных характеристик гебоидной, или ядерной (затрагивающей самое ядро личности) шизофрении!»256 (И. Медведева и Т. Шишова в своих исследованиях приходят к выводу о том, что сегодня, в связи с большим распространением патологических моделей поведения, можно

257

уже говорить о «шизофренизации» общества   . )

256 Медведева И., Шишова Т. Диктатура безумия // «Первый и Последний». 2004, №5(21). С. 15.

257 См., напр.: Медведева И., Шишова Т. Проклятие Хама // «Первый и Последний». 2005, № 1 (29).

Нужно заметить, что в любом психическом (то есть душевном; так как греческое слово «психе» переводится как «душа») заболевании, при внимательном рассмотрении симптомов (таких, как бред, галлюцинации, аффективные расстройства и т. д.), можно увидеть более или менее ярко выраженные признаки обезличенности и звериности. При шизофрении степень обезличенности, пожалуй, самая высокая в сравнении с другими психическими заболеваниями. Психиатры говорят об «изменении личности», которое проявляется, например, в эмоциональном опустошении, аутизме (состояние внутренней замкнутости, свидетельствующее о непризнании других личностей, то есть крайней отчужденности от них) и т. д. Кстати сказать, слово «шизофрения» в переводе с греческого означает «расщепление ума».

«Рок, — пишет Н. Боголюбов, — уже выходит из разряда развлечений и средств эмоциональной разрядки, он становится стилем жизни, формирует психику человека, его восприятие жизни и отношение к миру. Само появление рок-музыки в 50-х годах ознаменовалось вспышкой самоубийств и поистине психической эпидемией, разрушающей те моральные, нравственные    барьеры,    которые    призваны сдерживать

258

животные и низменные наклонности человека» .

Эстрадные песенные исполнители последнего времени почти полностью сменили музыку и слова на неистовый рев, перешли на животные звуки и душераздирающие ритуально-сексуальные и ритмические эффекты, на безумные и патологически безстыдные движения, полные сугубой пошлости и агрессивно-звериной похоти. Торжествует символика из дьявольских рогов, сатанинских и каббалистических знаков. Так эстрада превращает поддавшихся ее влиянию молодых людей в психически неполноценные, морально ущербные и сексуально-разнузданные звероподобные существа, в полулюдей, которым все безразлично — Родина, отеческие гробы, народное горе, честь сестры, нужда матери.

Примечательно, что в одной из песен популярной американской певицы Мадонны присутствует следующее воспринимаемое подсознанием слушателей   скрытое   сообщение   (записанное   способом обратного

259

звучания): « трансформируюсь в грехе» (песня «Наподобие девы») . Это еще раз подтверждает наш вывод о стремлении сил тьмы осуществить трансформацию человека в зверя.

Одна из самых популярных сегодня в России музыкальных групп так и называется — «Звери». И эта популярность, конечно, не случайна. Участники этой группы прямо заявляют, что их песни предназначены для

258 Боголюбов Н. Тайные общества ХХ века. С. 116.

259 См.: Боголюбов Н. Тайные общества ХХ века. С. 124.

нынешнего «звериного поколения». На вопрос, к какому виду зверей они сами себя относят, отвечают так: «Днем мы травоядные, а вечером хищники». Песни и клипы «зверей» (именно так «принято» называть участников группы) направлены на решительное разрушение всяческих моральных норм, а значит — на разрушение (деградацию) личности тех, кто эту музыку слушает и приходит на «звериные» концерты. «Звери» -нагляднейший пример того, как силы зла через своих сознательных (что наиболее вероятно в данном случае) или несознательных служителей осуществляют на земле программу по оглуплению (дебилизации), развращению и окончательному озверению людей, особенно молодежи. И самое страшное здесь то, что молодые люди теперь не будут бояться своего озверения. Быть человеком-зверем теперь «круто». Так сатана рушит последние внутренние нравственные барьеры в душе человека, заставляя его полностью «отключить» «груз морального выбора», то есть совесть. Равнодушные, развращенные, отупевшие и озверевшие молодые люди сливаются в пошлую, агрессивную, космополитическую толпу, где безраздельно царит смрадный грех и отчужденность. И для этой толпы, для каждого из ее обезличенных членов, почти окончательно невозможным становится стремление к личному общению с Богом и ближними, а значит, невозможным становится спасение безсмертной человеческой личности для Царствия Небесного. Мы убеждены в том, что создание такой музыкальной группы есть не что иное, как ответ сатаны на поднятие православными христианами темы духовного озверения в связи с рассмотрением современных событий и явлений в свете пророчеств Апокалипсиса.

Джон Колеман в книге «Комитет 300» убедительно показывает, что культ рок- и поп-музыки, как и наркотиков, никогда бы не прижился в обществе, если бы не существовал тщательно разработанный план внесения в жизнь людей этого чрезвычайно разрушительного элемента, изменяющего сознание человека260. Эта волна, захватившая Запад в 60-е годы, означала «ломку» традиционной культуры и морали. Молодежь была «перепрограммирована». Особенно серьезные изменения в сознании молодежи произошли в 1968 — 1969 годах, когда приобрели особую популярность песни группы «Битлз», прославляющие наркотики, появилось огромное количество разного рода произведений, прославляющих разврат как универсальную форму бунта. Именно в это время появился массовый интерес к так называемой контркультуре, произошла, выражаясь научным языком, «мутация культурной парадигмы». Ведущая роль в этом «изменении сознания» была отведена индустрии рекламы в широком смысле этого слова («научно обоснованные» статьи, «ток-шоу», фильмы, различные передачи и зрелища, прославляющие, например, смелость

260 Джон Колеман. Комитет 300. С. 115-130.

человека, «преступающего запретное», или живописующие «мир грез и символов», открывающийся перед наркоманом и т.

д.).

В 70-м году советский писатель, редактор «Литературной газеты» А. Б. Чаковский о «западном обществе» писал: «Наступил век «кика»261, утверждает Шламм (американский социолог. — Авт.), который стал важнейшим фактором в жизни нового общества… Что же лежит в основе «кика»? Ну конечно, страх, осознанный или безсознательный. Он порождает цинизм, который Оскар Уайльд определял как способность знать цену всему и не придавать ценности ничему». Шламм пишет: «Цинизм — это явление, присущее тем, кто не способен на что-либо надеяться, а потому не способен на разочарование. Циники никогда не предавались иллюзиям. Они появляются там, где царит Ничто».

Для внедрения «новой культуры» и «новой морали» в послевоенное западное общество было изобретено и организовано молодежное движение «хиппи». «Это было в Западном Берлине, — делился своими впечатлениями от поездки в ФРГ А. Б. Чаковский. — На одной из улиц сквозь огромное стекло витрины я увидел странное зрелище. В маленькой полупустой комнате (мне сказали, что это ателье для моментальных снимков, которое никем не обслуживается, поскольку полностью автоматизировано и редко кем посещается) я увидел более чем странное зрелище. Ребята в возрасте, по-моему, от шестнадцати до восемнадцати лет, длинноволосые (волосы до плеч), в рваных куртках, в протертых на коленях брюках из легкой материи, сидели в этой комнате. Нет, «сидели» — не то слово. Они расположились на полу прямо у стен, как бы прилипнув к ним, на подоконниках, прижавшись лбами к стеклу витрины. наблюдал за ними минут пятнадцать. Ребята сидели молча и неподвижно, точно в летаргии, в каталепсии. Казалось, что они живут в каком-то ином мире, в том самом, который называется «Ничто». У них -юношей и девушек — были мертвые, безжизненно-бледные лица и остановившиеся глаза. Они сидели, обхватив руками колени, откинув назад головы или прижимая лбы к стеклу,

сидели неподвижно, мол а, с пустыми, устремленными в «Ничто» немигающими глазами»262.

В статье «Призрачный мир, жестокая действительность. О «детях-цветах», их продавцах и покупателях», посвященной

261 Кик — удар, возбуждение (англ.).

262 Чаковский А. Б. Блаженны ли нищие духом? М., 1970. С. 10-11.

движению «хиппи», А. Б. Чаковский писал о господстве отчужденности между людьми в западном обществе: «В

последние годы в иностранной интеллектуальной, так сказать, прессе можно было часто встретить такие слова, как «отчуждение», «некоммуникабельность»… Отчуждение -каинова пе ать классового (читай, западного. — Авт.) общества. «Некоммуникабельность», то есть концепция одиночества человека в буржуазном обществе, тесно примыкает к понятию от уждения и является темой многих современных книг и кинофильмов, выходящих на Западе. Мне кажется, что движение (назовем его, если угодно, модой, манерой поведения) «детей-цветов» (так называли себя английские «хиппи». — Авт.) является одной из иллюстраций от уждения»263.

Итак, «новая культура», воинственно антихристианская по своей сути, была создана богоборческими силами для обезличивания человека. Вот еще одна иллюстрация. «Все эксперименты по достижению «нирваны», «развоплощению», растворению личности с помощью психоделии задуманы в аду, — пишет Ю. Воробьевский. — Вот один из них: «Ну, самое интересное было тогда, когда я захотел попробовать полное разотождествление. подготовил трех своих ребят: каждый из них должен был принять под свое руководство во время эксперимента, — один — мое тело, другой — психоэнергетику, третий — сознание. И это удалось — я разотождествился, и они потом рассказывали, как мое тело выполняло мышечные движения, как команды того человека, которому оно было поручено, психоэнергетика и сознание — тоже. Я же пребывал в пустой, как пустота, пустоте и темной, как темнота, темноте»264.

Не только современное искусство, но и современная философия заставляет людей поклоняться «Ничто». Нигилистическая по своей сути (это хорошо показал иеромонах Серафим в своей книге «Человек против Бога»), она низводит реальность и человеческую природу до возможно простейших понятий. Отец Серафим приводил очень точные слова западного мыслителя Эрика Кахлера: «Непреодолимое стремление к разрушению и обезцениванию елове еской ли ности, явственно присутствующее в самых разнообразных     направлениях     современной жизни:

263 Там же. С. 138-139.

264 Данилин А. LSD. Галлюциногены, психоделия, и феномен зависимости. М., 2001. Цит. по: Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. С. 385.

экономике, технологии, политике, науке, образовании, психологии, искусстве — представляется столь всеобъемлющим, что мы вынуждены признать в нем настоящую мутацию, видоизменение всей елове еской природы». «Но из тех, кто все это понимает, — пишет отец Серафим, — весьма немногие осознают глубинное зна ение и подтекст этого процесса, поскольку это принадлежит области богословия и лежит за пределами простого эмпирического анализа, а также не знают они и лекарства против него, так как это лекарство должно быть духовного порядка»265.

В качестве еще одного примера «многих явлений современной жизни, обретающих логику в контексте глобализма», можно привести введение в школах России тестовой системы оценки знаний — так называемого «единого государственного экзамена» (ЕГЭ). Как отмечается в «Заявлении ученого совета МГУ» от 13 октября 2003 г., ЕГЭ «ведет к доминированию принципов стандартизации и переориентации средней школы от задач развивающего обучения к механи ескому заучиванию тестовых заданий с целью сдачи ЕГЭ» и «не может выявить талант человека, который всегда является результатом отдельных индивидуальных способностей ли ности». Такая «модернизация образования», как отмечают многие специалисты, ведет его к почти полному упразднению. Помимо прочего, школьникам присваивается идентификационный номер, а на самих тест-бланках стоит штрих-код. Есть основания подозревать разработчиков тестов в применении методов нейро-лингвистического программирования с целью изменить сознание в нужном для глобалистов направлении. Все это еще раз подтверждает, что глобалистам нужно послушное пронумерованное стадо, а не мыслящие образованные личности.

Несчастные слуги диавола — сионисты и каменщики-масоны, строители антихристова «нового мирового порядка» (царства зверя) — здесь, на земле, «претворяют в жизнь» и идею сатаны о цифровом обезличивании и превращении человека в управляемого биоробота, неспособного к внутренней жизни и принятию благодати. По мнению каббалистов, цифра и имя являются важнейшими инструментами воздействия на материальный и духовный миры. Согласно каббале, имя определяет самую сущность предмета. Это прямо выводит нас на нынешнюю цифровую идентификацию, которая сочетает в себе два этих инструмента. Если человеку присвоен безличный номер, значит, он, по логике каббалистов, в действительности есть не человек, а предмет или животное. Именно с помощью цифровых имен сионисты и масоны собираются управлять человечеством.

265 Иером. Серафим (Роуз). Человек против Бога. С. 74.

Что касается организации войн и вооруженных конфликтов, то здесь тоже четко просматривается талмудическое деление человечества на собственно людей и на человекоподобных скотов, которых можно бомбить «ради достижения мира и укрепления демократии». Американские агрессии против Югославии и Ирака — ярчайшие примеры такого «цивилизованного» человекоубийства. Видимо, не без основания автор книги «Евреи, Бог и история» М. Даймонт утверждает, что «духовные и идеологические истоки западной (навязываемой всему миру, в том числе и нам. — Авт.) цивилизации коренятся в иудаизме»266. «Мы не дадим им (т. е. «гоевским» государствам. — Авт.) мира, — сказано в «Протоколах сионских мудрецов», — пока они не признают нашего интернационального Сверхправительства открыто, с покорностью» (протокол № 9).

«В прошлом десятилетии, — пишет Ю. Воробьевский, — в мире произошло свыше 200 вооруженных конфликтов, в которых погибло 35-40 миллионов человек. По данным Разведуправления Министерства обороны США, последующие 10-15 лет будут, «по крайней мере, не менее, если не более бурными, чем предшествующее десятилетие». Что это, прогноз? Или программа?»267.

Выдающийся исследователь современных цивилизаций, писатель и публицист Олег Платонов пишет, что в сентябре 1995 г. состоялся «Первый всемирный форум Фонда Горбачева», на котором обсуждались вопросы руководства процессами глобализации и «эффективных путей контроля над народонаселением путем регулирования его», а также создания «глобального мозгового треста». Смысл многих выступлений на форуме был таков: излишек мирового населения угрожает благосостоянию «золотого миллиарда человечества» и поэтому народонаселение должно быть «сокращено». Христианству ставилась в вину «проблема народонаселения». В резолюции форума отмечалось: «Существует единое мнение (среди участников), что религиозные институты должны принять на себя ответственность за взрыв народонаселения. Мы должны более отчетливо высказываться по проблеме сексуальности, контрацепции, абортов, т. к. экологический кризис есть кризис народонаселения. Сократите число живущих на земле на 90 %, и некому будет наносить серьезный вред экологии»268.

Сегодня совсем нетрудно понять (и многие, даже не знающие хорошо учения Церкви об обстоятельствах прихода

266 Даймонт М. Евреи, Бог и история. М., 1994. Цит. по: Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. С. 42.

267 Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. С. 190.

268 См.: Платонов О. А. Терновый венец России. М., 1998. С. 490-492.

антихриста, об этом догадываются), что так называемый «международный терроризм» используется как повод для «воплощения в жизнь» планов архитекторов «нового мирового порядка», в том числе для введения системы тотального электронного контроля. «Теракты», как правило, организуются не теми, о ком говорят в выпусках новостей, а спецслужбами -по заказу сиономасонского центра (подробнее об этом см. в главе 4-й «Тайны зверя»). И в этом тоже проявляется талмудическая ненависть к людям, жизнь которых, с точки зрения слуг антихриста, не имеет значения.

Настало время говорить и о вакцинации — как о таком страшном оружии, которое служителями зла сознательно направлено на разрушение иммунной и генетической системы человеческого организма. Именно сбои на уровне иммунной системы «запускают» онкологические процессы (как известно, онкологические болезни сегодня больше всего уносят человеческих жизней). Слава Богу, что в последнее время стали появляться публикации, раскрывающие истинную суть этого явления269. Особенно нужно отметить книгу «Прививки: мифы и реальность», которая была издана в 2003 году, но, к сожалению, очень небольшим тиражом. Автор этого научного труда — Г. П. Червонская, вирусолог, член Российского Национального Комитета по биоэтике РАН и Международного общества прав человека.

Для служителей грядущего антихриста вакцинация — это средство борьбы за депопуляцию, то есть мощнейшее орудие массового (в планетарном масштабе) убийства людей. Неудивительно поэтому, что о «прививках болезней» упомянуто в «Протоколах сионских мудрецов» (см. протокол № 10). Характерно, что само слово «вакцинация» буквально переводится как «оскотинивание» (от латинского ѵасса -корова). Не секрет также и то, что при создании вакцин используются различные животные ткани и даже ткани абортированных человеческих плодов.

Различные нарушения иммунитета человека (т. е. защитной системы организма) в последнее время приобрели колоссальные масштабы распространения. И причиной этому не только вакцинация,   но   и,   например,   алкоголизация населения,

269 По этому вопросу см., напр.: Щекочихина Н. Н., Щетилова Н. Г. Прививки: война «без шума и пыли» // «Русский Вестник». 2003, № 3; Ироды XXI века. О прививках против гепатита (Русинформ) // Общественно-политический сборник «Стояние за истину». М.: МОО «Святая Русь», 2002; Интервью Джона Раппопорта с бывшим создателем вакцин // «Первый и Последний». 2003, № 10 (14); Дубинин В. СПИДа нет // «Первый и Последний». 2003, № 11 (15).

химические    пищевые    добавки,    биологически активные

270

добавки , а также дрожжевой хлеб и иные продукты (пиво, вина, кисломолочные продукты и др.), производимые с применением термофильных дрожжей.

Врачи утверждают, что дрожжевые грибки, постепенно накапливаясь в организме, ослабляют его защитные силы, снижают иммунитет, делают более восприимчивым к различным заболеваниям. Более того, как отмечают современные микробиологи, именно дрожжи дают толчок к перерождению, мутации нормальных клеток и возникновению и развитию опухолевых процессов. Вот уже несколько десятилетий хлеб пекут с использованием не природной закваски, а термофильных дрожжей, сахаромицетов, технология приготовления которых антиприродная. Ученые всего мира давно уже забили тревогу по этому поводу, ими раскрыты механизмы негативного воздействия дрожжей на организм271. Слава Богу,  что  сегодня  все  больше  становится  у нас

272

публикаций и по этой теме272.

«Проект создания всемирного государства, — пишут И. Медведева и Т. Шишова, — предполагает не только отмену границ и единое экономическое и информационное пространство, но и отрыв людей от национально-культурной почвы, традиционной морали, традиционных норм поведения. Именно это и стоит за красивым словом «вестернизация». Хотя на самом деле термин обманчив, ибо и в странах Запада многие воспринимают происходящие процессы как нечто чужеродное. Они кивают на Америку, но и в Америке далеко не все в восторге от новых веяний и называют их «контркультурой», тем

270 По этому вопросу см., напр.: Иером. Анатолий (Берестов), Горская Е. М., Николаев Н. Н. Обольщение: О биодобавках. М., 1999; Иером. Анатолий (Берестов), Горская Е.М., Николаев Н.Н. Удар по здоровью. М., 2003.

271 Об этом писали: французский профессор Этьен Вольф, академик Ф. Г. Углов, Б. И. Искаков, Н. П. Дубинин (труды МИНХа им. Плеханова), Розини Джанфранко («Наличие убивающей особенности дрожжей». Канадский журнал микробиологии, 1983, т. 29, № 10, с. 1462), Г. Басси и Д. А. Шерман («Убивающий фактор — биохимия, биофизика», 1973, № 298, с. 868-879), С. А. Коновалов («Биохимия дрожжей», 1962, М., Пищепромиздат, с. 13-14), Б. А. Рубин («Брожение», БМЭ, т. 3, 1976, с. 383-384), В. М. Дильман («Четыре модели медицины», Л.: Медицина, 1987, с. 40-42, с. 214-215) и др.

272 См., напр.: Игум. Митрофан (Лаврентьев). О хлебе насущном: закваска или дрожжи // «Русский Вестник». 2005, № 3; Васильева И. Стерильный хлеб // «Челябинский рабочий». 16 апреля 1999г.; Хлеб на термофильных дрожжах и его негативное влияние на здоровье (http://ecolife.nm.ru/food/bread.htm).

самым     подчеркивая     ее     враждебность нормальной,

273

традиционной культуре» .

Идеология «нового мирового порядка» направлена на унификацию сознания и устранение неповторимости и особого пути развития народов. Глобализм стремится разрушить национальные культуры, обезличить народы, стереть с их лица национальные черты. Глобалистам необходимо уничтожить национальный характер, разрушить национальную самоидентификацию, которую они называют «стереотипным мышлением». Глобализация стирает государственные границы и ломает экономические уклады. Во всем этом видно сходство с идеями масонства, которое также «стремится создать связь между людьми различных рас, религий, национальностей, вложить им в души другие идеи, другую мораль, другие обязательства взамен тех, какие они имеют от своей расы, своей религии, своей национальности»274.

Конечно, такое объединение всех народов на самом деле является для масонов средством достижения их главной цели -мирового владычества. Унифицированным «человеческим материалом» легко управлять из единого центра. В декларации Всемирной организации здравоохранения, официально действующей в составе ООН, так и сказано: «Чтобы прийти к созданию единого мирового правительства, необходимо освободить людей от их индивидуальности, от привязанности к семье, национального патриотизма и религии, которую они исповедуют».

Каменщики-масоны стремятся к смешению народов, строят новую Вавилонскую башню. Историческая Вавилонская башня (Быт., гл. 11), инициатором строительства которой был Нимрод (евр. — мятежный, возмутительный), как колоссальное предприятие человеческое, а в действительности сатанинское, помимо всего прочего должна была символизировать равенство всех собранных в одном месте (в земле Сеннаар) людей, их единство и свободу от Бога, то есть впервые были заявлены лозунги, использовавшиеся позднее масонами. Господь, видя, что людям вредит такое единство во грехе, что научаются они друг от друга только злому, произвел смешение языков и разделил людей на отдельные народы, дав каждому народу отдельную задачу и особый путь.

273 Медведева И., Шишова Т. Диктатура безумия // «Первый и Последний». 2004,

274 5 (21). С. 18.

274 Max Doumic. «La Franc-Macconnerie est elle juive ou anglaise?» Цит. по: Игум. Феодосий (Кульчицкий). Кто мастера вкусной приправы? Кто они? С. 5.

Национальное    самосознание,   национальная культура,

275

народные обычаи , семья всегда были важнейшими факторами формирования человеческой личности. Каждая национальная культура содержит в себе свод нравственных жизненных правил. Вот почему сегодня так массированно внедряется и навязывается народам единообразие во всем: в привычках, вкусах, пристрастиях, внедряется примитивный унифицированный стиль мышления, разрушается семья. «Американизация» народов для Мирового правительства является средством подавления в человеке духовного начала и уничтожения человеческой самобытности и индивидуальности.

«Глобализация устраняет индивидуальные свойства человека и превращает личности и общества в безформенную массу… Если мы исследуем исторические данные, то увидим, что со времен Римской Империи до времен современной Америки предпринято множество попыток к глобализации и приложено немало усилий в этом направлении. Речь идет о целях, которых добивались разными способами для установления господства различных форм деспотической власти над людьми. Это те «глобализации», которые стремились осуществить «мнящие владети языки» (Мк. 10, 42), будь то грубой, будь то более изощренной и гибкой силой или властью. Сегодня попытка установить глобализацию ведется методично, более систематично, более безлично, более скрытно. С помощью методического поползновения средств массовой информации и систематического влияния на экономику осуществляется создание единой всемирной власти, которая заменит народы, государства, общества и сами личности, ибо все это станет только ступенями для достижения глобализацией ее целей. Единственным критерием оценки религий, систем власти, нравственных ценностей и достоинств отдельных личностей становится для глобализации только их польза с точки зрения сильных мира сего. Поэтому ожидаемая победа глобализации может привести к уни тожению   еловека как ли ности

и будет означать конец истории и культуры.

Довела ли нас пресловутая глобализация нашего времени до этой точки уничтожения или пока нет, еще не ясно. Но что сегодня несомненно, так это то, что глобализация реализуется не только методично и с разных сторон, но и уже исполняется на практике, о чем свидетельствуют реальные данные и излагаемые в кратких чертах развивающиеся в мире события» (Георгий Мандзаридис, «Глобализация и глобальность: химера и истина»).

Американский экономист, видный общественный и политический деятель Линдон Ларуш, отдавший многие годы жизни борьбе с мировой финансовой олигархией, говорит об этом так: «Для изменения менталитета сторонниками мирового

275 «Обычаям страны подчиняется даже гиена» (эфиопская пословица).

правительства запущена в массы антихристианская идеология «Нового века». Она отрицает, то еловек создан по образу и подобию Божию, а вместо этого внедряет в массовое сознание представление о еловеке как о развращенном животном. Именно поэтому в массы была запущена так называемая культура рока, секса и наркотиков (rock-sex-drag culture). Именно поэтому, вдохновляясь примером Римской империи, строители новой утопии стали поддерживать и пропагандировать гомосексуализм и прочие половые извращения. Они привыкли обращаться с людьми как с безмозглой скотиной, которая покорно бредет, куда ее погонят. Поэтому правящая мировая олигархия, с одной стороны, не заинтересована в росте населения, а с другой — изобретает различные средства оглупления человека. Вот почему повсюду так внедряется низкопробная массовая культура»276.

В посмертных пророческих вещаниях преподобного Нила Мироточивого немало говорится о «лихоимцах», угнетающих и обманывающих простой народ. Под этими «лихоимцами» (лихоимство -взимание лихвы, то есть процента с кредита, в чем состоит суть деятельности банков — кредитных учреждений), скорее всего, следует понимать современных финансовых олигархов, мировых банкиров (в основном, конечно, еврейского происхождения), которые, словно сетями, как некие пауки, опутали весь мир своими капиталами и которые благодаря этим капиталам обладают реальной политической властью, контролируя при этом средства массовой информации.

Джон Колеман говорит о том, что для человека создана некая «наркоти еская окружающая среда». «Окружающая среда нашего стиля жизни отравлена, — пишет он, — наше мышление отравлено. Наша способность управлять собственной судьбой отравлена. Мы столкнулись с изменениями, которые отравили наше мышление до такой степени, что мы не знаем, что делать вообще… В дополнение к тотальной компьютеризации, мы подвергнуты почти тотальной «промывке мозгов» — мы полностью лишены способности сопротивляться навязываемым изменениям. Все это означает формирование еще одной «окружающей среды», контроля над ли ностью, известной также как контроль над ли ной информацией, без которого правительства не могут играть в свои игры». Как утверждает Джон Колеман: «Все это является результатом намеренной стратегии, разработанной специалистами    по    «новым    наукам»    и «социальными

276 Медведева И., Шишова Т. Логика глобализма. М., 2002. С. 82, 84.

инженерами», которая нацелена на самое уязвимое место — на наше представление о самих себе, на то, как мы сами себя воспринимаем. Такая обработка сознания приводит к тому, что мы становимся как стадо овец, которых ведут на убой.

Нами   манипулируют   злонамеренные   люди,   а   мы не

277

догадываемся об этом»277.

Один из ведущих идеологов и властителей «нового мирового порядка» польский еврей Збигнев Бжезинский, бывший советник американского президента Картера по национальной безопасности и член ключевых структур Мирового правительства (Римского клуба, Комитета 300, Совета по международным отношениям, Бильдербергского клуба и др.) в своей книге «Технотронная эра», излагающей планы сиономасонства, говорит о том, что современное общество «переживает информационную революцию, основанную на развлечениях и массовых зрелищах (например, безконечные телепередачи о спортивных состязаниях), которые представляют собой еще один вид наркотиков для масс, становящихся все более безполезными». Джон Колеман, цитируя Бжезинского в книге «Комитет 300», отмечает: «В «Технотронной эре» Бжезинский говорит о людских «массах» как о неодушевленных предметах — возможно, таковыми мы и представляемся Комитету 300».

«В то же время возрастут возможности социального и политического контроля над личностью, — предсказывает Бжезинский в «Технотронной эре». — Скоро станет возможно осуществлять почти непрерывный контроль над каждым гражданином и вести постоянно обновляемые компьютерные файлы-досье, содержащие помимо обычной информации самые конфиденциальные подробности о состоянии здоровья и поведении каждого человека. Соответствующие государственные органы будут иметь мгновенный доступ к этим файлам. Власть будет сосредоточена в руках тех, кто контролирует информацию. Существующие органы власти будут заменены учреждениями по управлению предкризисными ситуациями, задачей которых будет упреждающее выявление возможных социальных кризисов и разработка программ управления этими кризисами. Это породит тенденции на несколько последующих десятилетий, которые приведут к Технотронной эре — диктатуре, при которой почти полностью будут    упразднены    существующие    ныне политические

277 Джон Колеман. Комитет 300. С. 129-130.

процедуры» (Bzzezinski Z. America in Technotronic Age. Encunter. Vol.XXX. n1. Ian. 1968)278. В «Технотронной эре» также упоминается о клонировании, возможности биохимического контроля над сознанием, генетических манипуляциях с людьми и «роботоидах», то есть существах, которые действуют и даже рассуждают как люди, и внешне похожи на людей, но людьми не являются.

Другой деятель всемирного масонства, основатель Римского клуба Аурелио Печчеи написал книгу «Перед бездной», основная мысль которой: в будущем мир будет ввергнут в хаос, если он не будет управляться единым Мировым правительством. В этой книге он показал планы Мирового правительства покорить еловека, которого он назвал прямо — «врагом». Джон Колеман пишет: «Печчеи процитировал Феликса Дзержинского (еврея по национальности. — Авт.), который когда-то сказал Сиднею Рейли (британский разведчик, который контролировал действия Дзержинского в период развития большевистской революции. — Авт.) в разгар Красного Террора, когда были убиты миллионы русских: «Почему меня должно безпокоить, сколько людей умирает? Даже христианская Библия говорит, что о человеке позаботится Бог. Для меня люди — это мозги на одной стороне и фабрика дерьма на другой». Именно от такого зверского отношения к еловеку, — справедливо замечает Джон Колеман, — пришел спасти мир Эммануил Христос».

Дзержинский, указывает в другом месте Колеман, «считал, что люди по развитию стоят уть выше скота». «Однажды, -продолжает Колеман, — во время очередной пьянки он сказал Рейли следующее: «Человек не имеет никакого значения. Посмотрите, что происходит, когда вы морите его голодом. Он начинает поедать своих мертвых собратьев, чтобы выжить. Человек заинтересован только в своем личном выживании.

Только это реально. Вся спинозовская философия — это куча

279

хлама» .

«Все золото мира сегодня брошено на то, чтобы создать на планете послушное елове еское стадо, — утверждает депутат Государственной Думы РФ А. В. Шульга. — Стадо контролируемое и управляемое. Стадо, численность которого

278 Цит по: Джон Колеман. Комитет 300. С. 40-41.

279 Там же. С. 26-27, 210-211.

можно сокращать в угоду кучке нелюдей, называющих себя

280

мировой элитой» .

После всего изложенного выше нетрудно догадаться, представители какого народа составляют решающее большинство устроителей «нового мирового порядка», этой самой мировой элиты. Все современные мировые события и явления можно и нужно рассматривать, имея в виду идеологию талмудизма и стремление иудеев-сионистов и их «отца» диавола окончательно уничтожить христианство и саму елове ескую природу. Послушаем, как оценивает настоящий момент истории один из носителей и выразителей идеологии талмудизма и сионизма. Элиезер Воронель-Данцевич (политолог и культуролог, профессор израильского университета в Бар-Илане) заявляет:

«С христианством кончается история Европы, история зверя, возжелавшего стать еловеком. Арийцы НЕ СДАЛИ ЭКЗАМЕН на человека. Но мы не можем оставить их на второй год. Время уходит стремительно. Славный мир организуется ныне вокруг нас. Они, бывшие властители, опустили руки, пали ниц. И ветвь исторической эволюции понесла их вниз, по ниспадающей линии. Помните?

Если все живое лишь помарка,

За короткий выморочный день,

281

На подвижной лестнице Ламарка Я займу последнюю ступень…

Вот куда направлен их бег. Тихо, скользя по стремнинам бытия, — к земле, к траве, в мягкое стойло, в хлев, во влажную солому, назад, к низшим формам духовного существования, в пепел, смрад, в навоз. Их нужно резать или стричь, как говорил

282

лучший из гоев Пушкин» . Сколько сатанинской ненависти к человеку и его духовной природе в этих словах!

280 Шульга А. В. Освенцим в мировом масштабе, или Зачем человеку личный код? // Приложение к журналу «Первый и Последний». Спецвыпуск. Ноябрь 2003 г.

281 Ламарк (1744-1829) — предшественник Дарвина, создавший учение об эволюции живой природы (ламаркизм), согласно которому виды животных и растений постоянно изменяются, усложняясь в своей организации в силу влияния внешней среды и некоего внутреннего стремления всех организмов к усовершенствованию.

282 Заключительные фрагменты лекции «О нашей победе, или Кризис христианства», прочитанной в Иерусалиме 14 июля 1999 г. // «Завтра». 1999, №

34 (299).

«Когда у еврейства будут развязаны руки для претворения в

283

жизнь принципов «Шулхан-Аруха» (все люди — скоты, только евреи — люди), — отмечает известный русский историк и публицист М. В. Назаров, — они, конечно же, постараются осуществить это в глобальном масштабе. выписываю еврейские газеты, которые уже сообщали, что в Израиле создано этническое оружие. Речь идет об уничтожении всех народов кроме еврейского»284.

Итак, «новый мировой порядок», организуемый ныне Мировым сионом и масонством, есть практическое осуществление тайных стремлений религии талмудического иудаизма. Современный иудаизм — это не просто одна из религий одного из народов земли. Целью талмудического иудаизма является мировое господство, и вся деятельность его направлена на завоевание этого господства. И здесь мы должны понять, что достижение мирового господства талмуди еским иудаизмом необходимо связано с доведением народов до скотского состояния, с уни тожением в людях елове еской природы.

Сионистам и масонам нужна всемирная политическая власть, а их господину, сатане, необходимо окон ательное озверение елове ества, полное погружение елове ества в безлично-мертвую стихию отчужденности. Здесь можно говорить о наличии некоего «взаимовыгодного» договора: «я вам помогаю в достижении мировой власти, а вы проводите в жизнь мои планы по обезчеловечению человека». Доведение народов до скотского состояния делает возможным мировое господство ограниченной группы лиц.

В книге «Духовные беседы и наставления старца Антония» прямо говорится о том, что для окончательной подготовки прихода антихриста служителям тьмы нужна не только концентрация мировой власти, но и «необходимое озверение

285

человечества» .

Цель богоборцев — вытравить в человеке образ Божий, надругаться над ним, обезличить человека. Главный удар «тайны беззакония» всегда был направлен на ли ность, на

283 «Шулхан Арух» — иудейский свод законов, составленный несколько столетий назад на основе Талмуда и обязательный к исполнению по сей день.

284 См.: Назаров М. В. Империя Третьего Рима против империи Третьего храма // Русская линия. 2003-11-28.

285 Свящ. Александр Краснов. Духовные беседы и наставления старца Антония. В 3-х частях. С. 38.

индивидуальность. «Мы посадили их («гоев». — Авт.) на конька мечты о поглощении человеческой индивидуальности символической единицей коллективизма, — сказано в «Протоколах сионских мудрецов». — Они еще не разобрались и не разберутся в той мысли, что этот конек есть явное нарушение главнейшего закона природы (знают богоненавистники, что принцип персональности -основополагающий закон бытия! — Авт.), создавшей с самого сотворения мира единицу, непохожую на другие, именно в целях индивидуальности» (протокол № 15).

Вот еще несколько цитат из этой сатанинской программы. «Еще в древние времена мы среди народа впервые крикнули слова: «свобода, равенство, братство», слова, столь много раз повторенные с тер пор бессознательными попугаями, отовсюду налетевшими на эти приманки, с которыми они унесли благосостояние мира, истинную свободу личности, прежде так огражденную от давления толпы» (протокол № 1). «Толпа — варвар, проявляющий свое варварство при каждом случае. Как только толпа захватывает в свои руки свободу, она ее вскоре превращает в анархию, которая сама по себе есть высшая степень варварства. Взгляните на наспиртованных животных, одурманенных вином, право на безмерное употребление которого дано вместе со свободой. Не допускать же нам и наших дойти до того же. Народы гоев одурманены спиртными напитками, а молодежь их одурела от классицизма и раннего разврата, на который ее подбивала наша агентура.» (протокол № 1). «Слово «свобода» выставляет людские общества на борьбу против всяких сил, против всякой власти даже Божеской и природной. Вот почему при нашем воцарении мы должны будем это слово исключить из человеческого лексикона, как принцип животной силы, превращающей толпы в кровожадных зверей. Правда, звери эти засыпают всякий раз, как напьются крови, и в это время их легко заковать в цепи. Но, если им не дать крови, они не спят и борются» (протокол № 3). И так далее.

Но духовный закон таков: если к кому-то относишься как к зверю, то сам и становишься зверем.

Действие этого духовного закона выразительно проявилось в случае с Лениным. Писатель Н. Брешко-Брешковский так описывает облик Ленина незадолго до смерти: «…Он, желавший, чтобы вся Россия ходила на четвереньках, сам превратился в животное, в разлагавшуюся падаль. Печать чего-то тихого, идиотского, заклеймило весь его облик. Он уже не мог говорить по-человечески. С губ срывалось какое-то бульканье, и нельзя было разобрать ни одного слова. Ни одной человеческой мысли и, вообще,   ничего     человеческого   в   узеньких,   мутных, заплывших

286

глазках» .

Святитель Иоанн Златоуст в «Слове против иудеев», сравнивая иудеев и христиан, говорит: «Они, призванные к усыновлению, ниспали до сродства с псами, а мы, будучи раньше псами, возмогли, по благодати Божией, отложить прежнюю неразумность и возвыситься до почести сынов Божиих. Из чего это видно? «Нехорошо взять хлеб у детей и бросить псам» (Мф. 15: 26). Так сказал Христос хананейской жене, называя чадами иудеев, а псами — язычников. Но смотри, как изменился порядок: те (иудеи) сделались псами, а мы -чадами. «Берегитесь псов, — говорит апостол Павел, -берегитесь злых делателей, берегитесь обрезания. Потому что обрезание — мы» (Флп. 3: 2-3). Видишь, как бывшие прежде чадами сделались псами? Хочешь узнать, как мы, бывшие прежде псами, сделались чадами? «А тем, которые приняли Его, — говорит евангелист, — дал власть быть чадами Божиими» (Ин. 1: 12).

«В масонстве, — пишет В. М. Острецов, — считается необходимым говорить о свободе, доброте, красоте и тому подобном, и все — с большой буквы. Но парадокс (точнее, духовный закон. — Авт.)заключается в том, что члены подобных организаций по степени свободы являются скорее рабами, солдатами, винтиками, существами безликими и пошлыми. В этих организациях ее члены не должны иметь нормальных человеческих чувств. Они должны холодно и безразлично наблюдать за гибелью миллионов людей. Они должны быть мертвыми уже при жизни; и голодные дети, и спившиеся подростки, и картина безудержного воровства не должны вызывать у них никаких особых чувств. Классические символы масонства: кубический, ровненький, обработанный камень, циркуль, наугольник, весы являются лучшим образным объяснением такому душевному состоянию члена того или

287

иного масонского ордена.» .

Об уничтожении человеческой природы как цели антихриста и его слуг вещал преподобный Нил Мироточивый: «По убиении же Еноха и Илии выпустит антихрист всезлейших чад своих. Эти чада, или духи зла, суть: прелюбодеяние, блуд,

286 Брешко-Брешковский Н. Мировой заговор. София, 1924. Цит. по: Воробьевский Ю., Соболева Е. Пятый Ангел вострубил. С. 356-357.

287 Острецов В. М. Масонство, культура и русская история. М., 1998.

мужеложство, убийство, хищение, воровство, неправда, ложь, мучительство, продажа и покупка людей, покупка мальчиков и девочек для блужения с ними подобно псам на улицах. И повелит антихрист духам злым, послушным ему, довести людей до того, чтобы люди в десять раз делали бы больше зла, чем раньше. Исполнят всезлейшие чада его сие повеление погибельное и устремятся на уничтожение человеческой природы многообразием беззаконий. От усиленного напряжения и крайней энергией его всезлейших чад погибнет чувственно и мысленно человеческая природа в людях. Увидит антихрист, что человеческое естество стало лукавее и суетнее, нежели злейшие чада его, весьма возрадуется о том, что зло в человечестве приумножилось, природные свойства

288

человеческие утратились и стали люди лукавее бесов.» .

Джон Колеман назвал «новый мировой порядок» «заговором против Бога и человека, который включает в себя порабощение большинства людей, оставшихся на этой земле после войн, бедствий и массовых убийств»289. Тайные силы, осуществляющие этот глобальный сатанинский замысел, -это и есть чудовище из Апокалипсиса — «зверь из моря». И звериную сущность этой системы чувствуют не только толкователи Апокалипсиса. «Параллельное тайное правительство, — пишет разведчик Колеман, — сродни тем жутким и намеренно леденящим кровь фильмам о «монстрах», где появляется (остается только добавить — «из моря». — Авт.) чудовище с искаженными чертами, длинными волосами и еще более длинными зубами, рыча и брызгая слюной во все стороны. Эти фильмы лишь отвлекают внимание, настоящие же чудовища носят деловые костюмы и ездят на работу на Капитолийский холм в лимузинах»290.

Мы должны понять, что антихристианская власть — это система, которая методически убивает личность, стирает ее, обращает в ничто, окончательно погружая человечество в безлично-мертвую стихию отчужденности. Именно в этом заключается чудовищная суть этой сатанинской системы, на что и указывал Спаситель, говоря в Евангелии о том, что в последние времена перед кончиной мира, «во многих охладеет любовь».

288 Посмертные вещания преподобного Нила Мироточивого Афонского. Изд. Благовещенской келлии на Горе Афон, 1912, гл. 38.

289 Джон Колеман. Комитет 300. С. 10.

290 Там же. С. 11.

Обезличивающую, дегуманизированную систему власти хорошо изобразил английский писатель Джордж Оруэлл в романе-антиутопии «1984» (только современная антихристова система еще более изощренно уничтожает в людях человеческую природу).

«Сегодня, — справедливо замечает редактор журнала «Первый и Последний» К. Ю. Гордеев, — оруэлловский роман «1984» вновь у всех на слуху, правда, лишь в той своей самой малозначительной части, которая касается некоторых технических подробностей и которая по ним легко узнаваема в нашем напичканном электроникой и помешанном на безперспективной, но неутомимой слежке за неуловимыми «террористами» настоящем. Что вспоминают? «Старшего брата», который безпрерывно «смотрит на тебя», да расставленные на каждом углу » телекраны, работающие на прием и передачу», в связи с чем » приходилось жить — и ты жил, по привычке, которая превратилась в инстинкт, — с сознанием того, что каждое твое слово подслушивают и каждое твое движение, пока не погас свет, наблюдают». Однако все это хотя и сверхактуально в наше время, отягощенное построением глобального, управляемого посредством всепроникающего тотального контроля всечеловейника, однако все же вторично по сравнению с тем, о чем пытался предупредить людей Оруэлл в своем сугубо философском романе, центром которого являются не слежка и особенности функционирования тоталитарного общества, а самоопределение человека, ищущего свое место по отношению к треугольнику оппозиций: свобода -рабство — власть. Думается, такое переключение внимания не случайно, ибо понимание причин явлений и событий позволяет влиять и изменять их последствия, а этого очень уж не хотелось бы устроителям «нового мирового порядка»» .

Если мы внимательно прочитаем роман «1984», то увидим, что

центральной его темой является тема обезли ивания, звериности и от ужденности. Вот только некоторые цитаты, подтверждающие это (они понятны и вне контекста; параллели с обезчеловечивающей системой «нового мирового порядка» очевидны). Об обезличивании и звериности:

«Уинстона вдруг осенило, что смерть матери почти тридцать лет назад была трагической и горестной в том смысле, какой уже не понятен ныне. Трагедия, открылось ему, — достояние старых времен, времен, когда еще существовало личное, существовала любовь и дружба, и люди в семье стояли друг за друга, не нуждаясь для этого в доводах».

«Правоверность (имеется в виду преданность системе. — Авт.) -состояние безсознательное».

«Глядя на хлопавшее ртом безглазое лицо, Уинстон испытывал странное чувство, что перед ним не живой еловек, а манекен. Не в человеческом мозгу рождалась эта речь — в гортани. Извержение состояло из слов, но не было речью в подлинном смысле, это был шум, производимый в безсознательном состоянии, утиное кряканье».

«Привычка не показывать своих увств въелась настолько, что стала инстинктом, да и происходило все это прямо перед телекраном».

291 Гордеев К. Ю. 1984, двадцать лет спустя: глобальная империя «большого брата» // «Первый и Последний». 2004, № 1 (17).

«Все, в чем можно усмотреть любовь к одиночеству, — даже прогулка без спутников — подозрительно. Для этого на новоязе есть слово: саможит — означает индивидуализм и чудачество».

«Пролы по своей природе низшие существа, их, как животных, надо держать в повиновении. Тяжелый физический труд, заботы о доме и детях, мелкие свары с соседями, кино, футбол, пиво и, главное, азартные игры — вот и все, что вмещается в их кругозор. Управлять ими несложно. Собственно говоря, и религия была бы разрешена, если бы пролы проявили к ней склонность. Как гласит партийный лозунг: «Пролы и животные свободны».

«И даже техни еский прогресс происходит только там, где результаты его можно как-то использовать для сокращения елове еской свободы».

«Теперь вам понятно, какой мир мы создаем?.. Мир страха, предательства и мучений, мир топ ущих и растоптанных, мир, который, совершенствуясь, будет становиться не менее, а более безжалостным; прогресс в нашем мире будет направлен к росту страданий. Прежние цивилизации утверждали, что они основаны на любви и справедливости. Наша основана на ненависти. Мы искореняем прежние способы мышления — пережитки дореволюционных времен. Если вам нужен образ будущего, вообразите сапог, топ ущий лицо  еловека — вечно».

«Вы воображаете, что существует нечто, называющееся елове еской натурой, и она возмутится тем, что мы творим, — восстанет. Но человеческую натуру создаем мы. Люди безконечно податливы. А может быть, вы вернулись к своей прежней идее, что восстанут и свергнут нас пролетарии или рабы? Выбросьте это из головы. Они безпомощны, как скот. Человечество — это партия. Остальные — вне — ничего не значат».

«- Так что за принцип нас победит?

— Не знаю. Челове еский дух.

— И себя вы считаете человеком?

— Да.

— Если вы человек, Уинстон, вы — последний человек. Ваш вид вымер; мы наследуем Землю. Вы понимаете, что вы один? Вы вне истории, вы не существуете».

«Мы сомнем вас так, что вы уже никогда не подниметесь. С вами произойдет такое, от чего нельзя оправиться, проживи вы еще хоть тысячу лет. Вы никогда не будете способны на обыкновенное елове еское увство. Внутри у вас все отомрет. Любовь, дружба, радость жизни, смех, любопытство, храбрость, честность — всего этого у вас никогда не будет. Вы станете полым. Мы выдавим из вас все до капли — а потом заполним собой».

«В твоей груди что-то убито — вытравлено, выжжено». «.  он чувствовал.   какую-то пустоту в голове». «Мы — не люди».

«Но Сайм не просто мертв, он отменен — нелицо».

О людях: «безразличные люди»; «синтетическое лицо»; «с застывшими лицами стояли автоматчики»; «голос оратора тонул в зверском реве, вырывавшемся из тысячи глоток»; «. с бледным, правильным лицом,  похожим на восковую  маску»;  «он завыл, как

животное, без слов»; «когда мы закончили с ними, они были только оболо кой людей». Об отчуждении:

«Мы разорвали связи между родителем и ребенком, между мужчиной и женщиной, между одним еловеком и другим. Никто уже не доверяет ни жене, ни ребенку, ни другу. А скоро и жен и друзей не будет. Новорожденных мы заберем у матери, как забираем яйца из-под несушки»

«-   предала тебя, — сказала она без обиняков.

— предал тебя, — сказал он.

Она снова взглянула на него с неприязнью.

— Иногда, — сказала она, — тебе угрожают чем-то таким. таким, чего ты не можешь перенести, о чем не можешь даже подумать. И тогда ты говоришь: «Не делайте этого со мной, сделайте с кем-нибудь другим, сделайте с таким-то». А потом ты можешь притворяться перед собой, что это была только уловка, что ты сказала это просто так, лишь бы перестали, а на самом деле ты этого не хотела. Неправда. Когда это происходит, желание у тебя именно такое. Ты думаешь, что другого способа спастись нет, ты согласна спастись таким способом. Ты хочешь, чтобы это сделали с другим человеком. И тебе плевать на его мучения. Ты думаешь только о себе.

— Думаешь только о себе, — эхом отозвался он.

— А после ты уже по-другому относишься к этому еловеку.

— Да, — сказал он, — относишься по-другому. Говорить было больше не о чем».

Об идеологической обработке масс:

«Все, что угодно, может быть истиной».

«Действительность существует в человеческом сознании и больше нигде. Не в индивидуальном сознании, которое может ошибаться и в любом случае преходяще, — только в сознании партии, коллективном и безсмертном. То, что партия считает правдой, и есть правда. Невозможно видеть действительность иначе, как глядя на нее глазами партии.   Для этого требуется акт самоуни тожения, усилие воли».

«В некотором смысле мировоззрение партии успешнее всего прививалось людям, не способным его понять. Они соглашаются с самыми вопиющими искажениями действительности, ибо не понимают всего безобразия подмены и, мало интересуясь общественными событиями, не замечают, что происходит вокруг. Непонятливость спасает их от безумия. Они глотают все подряд, и то, что они глотают, не причиняет им вреда, не оставляет осадка, подобно тому как кукурузное зерно проходит непереваренным через кишечник птицы».

власти:

«Власть — не средство; она — цель. Диктатуру учреждают не для того, чтобы охранять революцию; революцию совершают для того, чтобы установить диктатуру. Цель репрессий — репрессии. Цель пытки — пытка. Цель власти — власть».

«Все оправдано конечной целью».

«Мы — жрецы власти. Бог — это власть. Но что касается вас, власть -покуда только слово. Пора объяснить вам, что значит власть. Прежде всего вы должны понять, что власть коллективна. Индивид обладает властью настолько, насколько он перестал быть индивидом. Вы знаете партийный лозунг: «Свобода это рабство». Вам не приходило в голову, что его можно перевернуть? Рабство — это свобода. Один — свободный -еловек всегда терпит поражение. Так и должно быть, ибо каждый человек обречен умереть, и это его самый большой изъян. Но если он может полностью, без остатка подчиниться, если он может отказаться от себя, если он может раствориться в партии так, что он станет партией, тогда он всемогущ и безсмертен. Во-вторых, вам следует понять, что власть — это власть над людьми. Над телом — но, самое главное, над разумом. Власть над материей — над внешней реальностью, как вы бы ее назвали, — не имеет значения. Материю мы уже покорили полностью… Мы покорили материю, потому что мы покорили сознание. Действительность — внутри черепа. Вы это постепенно уясните, Уинстон. Для нас нет ничего невозможного. Невидимость, левитация — что угодно. Если бы я пожелал, я мог бы взлететь сейчас с пола, как мыльный пузырь. этого не желаю, потому что этого не желает партия. Вы должны избавиться от представлений девятнадцатого века относительно законов природы. Мы создаем законы природы».

«Человечество стоит перед выбором: свобода или счастье, и для подавляющего большинства счастье — лучше».

О войне (и «международном терроризме»), как способе установления и поддержания тоталитарной власти:

«Благодаря ощущению войны, а следовательно, опасности переда а всей власти маленькой верхушке представляется естественным, необходимым условием выживания».

«Осведомительство, которого партия требует от своих членов и которого легче добиться в атмосфере войны, приняло всеобщий характер».

Война «пожирает излишки благ и позволяет поддерживать особую душевную атмосферу, в которой нуждается иерархическое общество. В прошлом правители всех стран, хотя и понимали порой общность своих интересов, а потому ограничивали разрушительность войн, воевали все-таки друг с другом, и победитель грабил побежденного. В наши дни они друг с другом не воюют. Войну ведет правящая группа против своих подданных, и цель войны — не избежать захвата своей территории, а сохранить общественный строй».

Известный польский писатель-фантаст Станислав Лем еще четверть века назад таким увидел будущее «цифровое общество».

«Уже на пороге телотворительной эры каждый живлянин вел двойную жизнь, одну обычную, другую — моделируемую цифровым методом в центре персонального учета (хотя многих коробил этот незримый надзор, прозванный цифрократией). Но иначе было уже нельзя: никто не мог удержать в голове экономическую и прочую жизненно необходимую цифирь, а если б и мог, все равно бы не захотел. Поэтому порядок сохранялся благодаря информанкам и моделякам, что наблюдали за всею

Живлей через оптику спутников, которые в народе окрестили Верхоглядами.

Правда, случались недомогания моделирования, именовавшиеся цифрозом; в таком случае гражданин в мгновение ока лишался недвижимости, банковского счета и полностью обезличивался, но это, по общему мнению, было в порядке вещей.

Пораженный цифрозом (безличник) не имел ничего и не мог никого призвать в свидетели, ведь ни родителей, ни детей, ни супругов давным-давно и в помине не было, а лица, с которыми занимаешься блудыжничеством, впиянством и прочими формами увеселительного сквернавства, в свидетели не годились. Коль скоро каждый сквернился с каждым, никто, кроме компьютеров, не знал никого хорошенько, и персональная судьба, запечатленная в Мудре, висела на тоненькой ниточке ферритовой памяти, на глубине в тысячу миль под ногами у каждого живлянина. Порою из-за короткого замыкания судьбы двух лиц сливались в одну, или же расщеплялись данные одного индивида, — последствия были равно плачевны. Безличников преследовала навязчивая идея несуществования. Будучи всем сыт по горло, не зная, кто он, собственно, такой, говоря «нет» всему окружающему, безличник рыл где попало яму, чтобы исчезнуть в ней. Встречались любители интимных утех как раз с анонимными ямниками, которых выискивали особливые доезжачие со сворой экстерьеров, насобачившихся в отыскании нетческих ям. Отсюда видно, сколь усложнилась жизнь в ту эпоху.

Центры персон-моделирования работали в телотворительную эпоху с перегрузкой, ибо граждане двоились и троились на глазах, множа себе тела на любые оказии. Не было недостатка в миллионерах-коллекционерах; не желая ни с кем делиться радостями плоти, они размножались, разврата ради, почкованием. Персональное моделирование подобных субъектов, которые одной головой командовали целым полком тел, было нешуточной математической проблемой; в народе таких главарей прозвали телоначальниками. Они ли довели Мудро до коллапса, или, напротив, само оно довело народные массы до эротации — неизвестно и ныне. Так или иначе, Мудро объявило военное положение и провозгласило   себя   верховным   правителем   Живли   под именем

292

Мудриссимуса» (Станислав Лем, 1976 год) .

Глава 3

ТАЙНА ИМЕНИ И ИКОНЫ ЗВЕРЯ

И он (зверь) сделает то, что всем, малым и великим, богатым и нищим, свободным и рабам, положено будет начертание на правую руку их или на чело их,   и  что  никому  нельзя  будет ни

292 Цит. по: Общественно-политический сборник «Стояние за истину». М.: МОО «Святая Русь», 2002. С. 64.

покупать, ни продавать, кроме того, кто имеет это начертание, или имя зверя, или число имени его. Здесь мудрость.

то имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое, число его -шестьсот шестьдесят шесть

Откр. 13: 16-18

Печать или начертание?

«Имя зверя» всегда представляло наибольшую загадку при толковании Апокалипсиса. Разгадать заранее эту тайну было невозможно, поэтому древние толкования апокалиптического «имени зверя» не стали учением Церкви. Святой Ириней Лионский, например, предупреждал об опасности заниматься разгадыванием имени антихриста и говорил, что «вернее и безопаснее    ожидать    исполнения    пророчества, нежели

293

предполагать или предрекать какие-либо имена» . Святитель Андрей Кесарийский в своем Толковании на Апокалипсис, указав на попытки многих толкователей назвать имя антихриста, приходит к следующему заключению: «Тщательное познание (то есть ясное, достоверное узнавание. — Авт.) числа (печати), а также и всего остального, о нем написанного, откроет здравомыслящим и бодрствующим время искушения (по другому переводу «опыт и время». —

Авт.)»294.

На славянском языке эта фраза имеет такой вид: «Известное ведение числа,  якоже  и  прочая  о  нем  писанная,   время  открыет  и искус

295

целомудрствующим и бодрствующим» . В книге «Старец Паисий» находим следующий перевод этих слов свт. Андрея: «О мерзком имени антихриста и точность числа, как и остальное, о чем написано, откроет время и опыт бдительным»296.

Вот почему правильное понимание пророчества Откровения об «имени зверя» стало возможным только теперь, когда сама действительность   («опыт»),   сам   ход   событий («время»)

293 Сборник статей по истолковательному и назидательному чтению Апокалипсиса. С. 346.

294 Свт. Андрей Кесарийский. Толкование на Апокалипсис. С. 110; Апокалипсис. Опыт подстрочного комментария на основании учения Священного Писания и Святых Отцов. М., 2001. С. 165.

295 Лицевой Апокалипсис рукописной традиции XVI века с толкованием святого Андрея архиепископа Кесарийского. М.: Изд-во «Правило веры», Московский Сретенский монастырь, 2000.

296 Иером. Христодул (Агиорит). Старец Паисий. С. 138.

открывают нам, что апостол Иоанн Богослов описывает именно то, что происходит уже сегодня, на наших глазах.

Святой Ипполит Римский писал, что «из принявших печать будут многие читающие Священное Писание», а «избегнут

297

печати те, кто будет внимать Писаниям, вдумываться в них» . Именно вдумчивое прочтение 13-й главы Апокалипсиса и сопоставление ее с современной действительностью приводят к убеждению, что апостол Иоанн сказал о печати антихриста все необходимое и достаточное для того, чтобы в то время, когда она станет реальностью, «бодрствующие», имеющие духовную ясность и мудрость (ср. Откр. 13: 18), смогли без особого труда распознать ее.

Ведь цель пророчества не в том, чтобы что-то таинственно зашифровать и этим самым дать возможность поупражняться в разгадывании головоломок. Духовное предназначение и смысл практически любого пророчества есть богопромыслительное возвещение нам о каком-либо важном и чаще всего опасном событии или явлении из близкого или далекого, по земному времени, будущего. Цель пророчества — в том, чтобы ко времени его исполнения мы имели бы возможность приготовиться должным образом к этим событиям и явлениям и не были бы застигнуты их внезапностью и губительностью.

По слову старца Паисия Святогорца, «евангелист Иоанн Богослов   предельно   ясно   пишет   в   Апокалипсисе о

298

начертании» . И действительно, внимательное прочтение всего лишь трех стихов 13-й главы Апокалипсиса (16-й, 17-й и 18-й стихи) позволяет сделать вывод о том, что в них уместилось ВСЕ нужное для узнавания печати. Точное понимание смысла этих стихов Откровения позволит нам дать верную оценку происходящим ныне поистине апокалиптическим событиям.

«Составилось большое количество разнообразнейших толкований (слов Апокалипсиса об «имени зверя». — Авт.), — писал выдающийся русский ученый-богослов Н. Н. Глубоковский (1863-1937), — из коих каждое в одинаковой степени и вероятно (для изобретателей), и сомнительно (для читателей). Между тем автор (ап. Иоанн Богослов. -Авт.) внушает с решительностью, что его слова всем доставляют потребное по их восприятию разъяснение. Следовательно, обязательное экзегетическое правило вынуждает всецело сосредоточиться на самом таинственном тексте и не выходить за его пределы в темную область

297 Свт. Ипполит Римский. Творения. С. 77.

298 Старец Паисий Святогорец. Слова. Т. 2. Духовное пробуждение. С. 195.

туманных мечтаний. Необходимо взять и взвесить все текстуальные

299

частности» .

Есть две неверные установки при толковании этого места Апокалипсиса. Первая заключается в стремлении толкователей во что бы то ни стало расшифровать «число антихриста» и получить его имя.

В Апокалипсисе сказано: «начертание (не печать, а начертание), или имя зверя, или число имени его» (13: 17). Еще с древних времен было употреблено немало усилий, чтобы разгадать смысл этих слов. Сколько было попыток угадать, назвать «имя зверя» (в ответ на призыв «сочти число зверя»)! Все эти попытки были основаны на разного рода вычислениях, когда буквы предполагаемого имени антихриста подводились под число 666 (так называемая гематрия). Было предложено множество вариантов: «Титан», «Латинянин», «Венедикт», «Неправедный агнец»… Находили звериное число в именах императоров Нерона, Юлиана Отступника (гонителей христиан), в титуле Римского папы — «Викариус Филии Деи» («Наместник Сына Божия»), в именах Магомета, Мартина Лютера, Наполеона и т. д.300. Старообрядцы усматривали это число в имени патриарха Никона.

В романе Л. Н. Толстого «Война и мир» Пьер Безухов, сидя в оставленной русской армией Москве, ожидая французов, исчисляет число 666 и выясняет, что это как раз имя Наполеона Бонапарта.

На интернет-сайте радио «Свобода» сообщается, что «например, в США какой-то весельчак, демонстрируя, впрочем, большую филологическую эрудицию, предпринял любопытный эксперимент: он взял полные имя и фамилию бывшего американского президента Билла Клинтона и переложил их на еврейские и греческие буквы, потом подсчитал цифровое значение этих букв, и, в обоих случаях, получил как раз число 666» (тема передачи — «Полемика вокруг ИНН и числа зверя»).

Но Апокалипсис говорит не о ли ном имени антихриста,

не о том, как будет он именоваться! Апостол Иоанн, не изучавший математику и геометрию, не стал бы заниматься сложными вычислениями, стараясь зашифровать имя «сына погибели». Здесь иной смысл. «Имя зверя» (не антихриста, а зверя) — это имя от зверя, даваемое человеку зверем (а не

299 См.: Глубоковский Н. Н., проф. Благовестие христианской славы в Апокалипсисе. СПб., 2002. С. 136.

300 См., напр.: Архиеп. Аверкий (Таушев), иером. Серафим (Роуз). Апокалипсис в учении древнего Христианства. С. 167-168; Зиновьев А. В. Тайна Откровения.

Владимир, 1990. С. 23 — 30.

антихристом), то есть самой антихристианской системой всемирного, тотального электронного контроля и управления обществом в условиях «нового мирового порядка». Системой зверя, обезличивающей человека.

Уместно здесь упомянуть и о том, что суперкомпьютеры (в Брюсселе, в Калифорнии /США/ и др.), предназначенные для аккумулирования всей информации, также носят название «Зверь» (англ. — beast). Характерно, что многие программисты и компьютерщики называют компьютер (всякий) не только «машиной», но и «зверем».

Иеромонах Серафим (Роуз) еще в 1982 году, перечисляя в своем докладе «Православное мировоззрение» знамения последних времен, говорил и о таком знамении: «4. Возрастающая централизация информации и власти над отдельными людьми, в частности, представляемая установленным в Люксембурге гигантским новым компьютером, который способен хранить досье на каждого из живущих на земле; его кодовый номер «666», а те, кто с ним работают, прозвали его «зверь». Чтобы облегчить работу таких компьютеров, американское правительство предполагает начать в 1984 году выдачу лицам чеков социального обеспечения с номером (ясно, включающим кодовое число 666), оттискиваемым на правой руке или на лбу — именно это требование будет главным, согласно Апокалипсису (гл. 13), во время царствования

301

антихриста» .

Поэтому и «начертываться» будет не собственное имя антихриста, а индивидуальное, персональное имя человека. И будет это имя электронным. Но апостол Иоанн ничего не знал о грядущей электронике и компьютерной технике и не мог, конечно, сказать, что имя будет электронным, как не мог сказать и того, что всем людям будут присваиваться «идентификационные номера». Но он знал, что есть числа и есть имена, и потому он сказал просто: «или число имени его». А компьютеры тем и отличаются, что записывают и обрабатывают информацию в числовом виде, поэтому сегодня говорят даже о «числовой революции».

У апостола Иоанна речь идет не о том, что будет «начертываться» или имя, или число. Здесь не разделение, не выбор варианта, одного из двух. Выражение «или число имени его» следует понимать как уточнение, а именно: это имя будет числовым (электронным, компьютерным). Союз «или» в данном случае употреблен в пояснительном значении, в значении «иными словами», «иначе», то есть он не разделяет сами по себе существующие предметы, а соединяет, сводит

301 Приношение православного американца. Сборник трудов отца Серафима Платинского. С. 23-24.

воедино различные качества, обозначения одного и того же предмета.

Итак, понятия «имя» (όνομα) и «число имени» (αριφμος του ονόματος) являются синонимами, по своему содержанию они равнозначны. ИМЯ ЗВЕРЯ И ЧИСЛО ИМЕНИ ЕГО — ЭТО ОДНО И ТО ЖЕ! «Число имени» — это имя в виде числа, числовое имя.

Иначе говоря, именем индивидуальным, именем, идентифицирующим человека (для системы), будет номер, личный код. А считываться он будет как «начертание» (от слова «черта») — штрихи, ШТРИХ-КОД. То есть, начертание -это уже графическое изображение числового имени. Будущее электронное имя апостол Иоанн назвал начертанием для того, чтобы показать, что оно будет иметь не только цифровую, но и штриховую форму выражения.

Апокалипсис в оригинале писался на греческом языке, где слово «начертать» (χαράσσω) буквально значит -провести глубокие прямые линии, в&фезать их, нацарапать. Привычный же для нас термин «печать» неточно передает значение слова χάραγμα («начертание»), которое является однокоренным с такими словами, как царапина, кол, столб, то есть palisad — забор, частокол.

Международное написание слова «штрих-код» — bar-code, а слово bar в переводе с английского — брус(ок), засов, стержень, полоса, черта, столб(ик), палка, стойка (отсюда русское слово «бар»), решетка, преграда, изгородь, забор и т. п.

Учитывая то, что штрих-код действительно выглядит как набор царапин (полос) или кольев (брусков), его тождественность апокалиптическому начертанию несомненна. Это и есть та самая «решетка», за которую хотят загнать все человечество.

Примечательно также, что в Библии на английском языке начертание обозначается словом mark (клеймо, (от)метка, черта и т. п.), что невольно вызывает ассоциации с маркировкой товаров и клеймением животных.

Здесь очень важно отметить, что слово «печать», дополненное словом «антихрист», со временем заменило собой выражение Священного Писания «начертание зверя». Образовалось новое словосочетание — «печать антихриста», которое привнесло в сознание христиан несколько иное представление   об   этом   апокалиптическом знамении.

Понятие «печать антихриста» встречается и в святоотеческих творениях, наряду с понятием «начертание зверя», как синоним последнего. Однако в прежние времена не ощущалось смысловой разницы между этими понятиями: хотя слово «печать» и употреблялось, оно давало лишь общие представления о грядущей антихристовой системе, без включения в которую нельзя будет ни покупать, ни продавать.

Сегодня же такая подмена понятий является уже причиной неверного понимания сути происходящих ныне процессов построения царства зверя и может привести к большим заблуждениям. Поэтому лучше и безопаснее при толковании этого места Откровения исходить из формулировки самого слова Божия — «начертание, или имя зверя, или число имени

302

его» .

В тексте Апокалипсиса, когда речь идет об антихристовой системе, употребляется только слово «начертание» (оно встречается в Откровении 8 раз!), а слово «печать» в отношении того, что «сделает» зверь не используется вовсе. Встречаем же мы слово «печать» только там, где говорится о печати, которую дает не зверь, а Господь, — дает Своим истинным рабам.

До начала физических и духовных бедствий человечества ангел возлагает «печать Бога живого» на чело сынов Нового Израиля (Откр. 7: 1-8). («Израиль» — здесь это новозаветная Церковь.) «И видел я, — говорит тайнозритель, — иного Ангела, восходящего от востока солнца и имеющего печать Бога живого. И воскликнул он громким голосом к четырем Ангелам, которым дано вредить земле и морю, говоря: не делайте вреда ни земле, ни морю, ни деревам, доколе не положим печати на чела/ рабов Бога нашего» (Откр. 7: 2-3). Люди, не запечатленные этой печатью, терпят вред от саранчи, вышедшей из бездны: «И сказано было ей (саранче), чтобы не делала вреда траве земной, и никакой зелени, и никакому дереву, а только одним людям, которые не имеют печати Божией на чела/ свои/» (Откр. 9: 4).

«Пророк Иезекииль, — указывает епископ Александр (Милеант), -описывает подобное запечатление праведных граждан древнего Иерусалима перед его взятием халдейскими полчищами. Тогда также как и теперь таинственная печать возлагалась с целью сохранить праведных от

303

участи нечестивых (Иез. 9: 4)»303. Обращает на себя внимание то, что таинственный знак у пророка Иезекииля возлагается «на челах людей скорбящих, воздыхающих о всех мерзостях, совершающихся среди»

302 В ходе дальнейшего изложения, по сложившейся традиции, мы будем употреблять слово «печать», подразумевая под ним «начертание».

303 Еп. Александр (Милеант). Апокалипсис. Руководство к изучению Откровения апостола Иоанна Богослова. С. 30-31.

Иерусалима. Так и в нынешнее предконечное время «печать Бога живого» полагается на челах тех христиан, которые переживают о мире, скорбят о происходящих апостасийных событиях и не прикасаются к современным «мерзостям», в том числе к скверному звериному начертанию.

«Печать Бога живого», по общепринятому толкованию, «не есть некий внешний символ, но есть благодать Святого Духа, освящающая человека в Таинстве Крещения» (из обращения Священного Синода Элладской Православной Церкви 1997 г.), «печать дара Духа Святаго» (слова из чинопоследования Крещения и Миропомазания). Это видно и из слов апостола Павла: «Не оскорбляйте Святаго Духа Божия, Которым вы запечатлены в день искупления» (Еф. 4: 30). «Поистине, -говорит преподобный Симеон Новый Богослов, — просвещение от Духа Святого есть единая печать». «Даруй нам солнце правды, — обращается ко Господу священник в утренних молитвах, читаемых во время шестопсалмия, — и ненаветну жизнь нашу соблюди печатию Святаго Твоего Духа» (молитва 3). (Но как может эти слова произносить в богослужебной молитве тот священник, который на деле, в жизни своей отказывается от «печати Святаго Духа», принимая и оправдывая принятие «начертания зверя».)

Иначе говоря, «печать Бога живого» есть Божественное просвещение, которое дается истинным рабам Божиим, стремящимся к живому общению с живым Богом. Имеет эту печать тот, кто знает Бога живого, кто имеет личное общение с Личным Богом. «Печать Бога живого», которая полагается на челах рабов Божиих, — это печать духа, печать священного богоподобия. Святитель Андрей Кесарийский, объясняя слова Апокалипсиса о запеч